Вторая жизнь. Вид сбоку 1 - Ксения Чудаева

— Половины хватает на месяц. Начинает работать через двадцать минут, как выпьешь.

— Спасибо, — Хэлмираш поблагодарил и исчез.

А Лимрад ещё некоторое время смотрел на то место, где только что стоял страж, чувствуя, как губы расплываются в неудержимой улыбке. Если Хэлмираш действительно решил вернуться к нормальной жизни, то целитель был за него очень рад. Лимраду никогда не доставляло удовольствия смотреть на то, как страж зарывает себя в могилу заживо.

Первой мыслью было связаться с Дармином и поделиться раздобытой информацией, но аллар почти сразу остановил сам себя: нет уж. Только не этот лысый верзила с его полностью атрофированным из-за неиспользования чувством такта. Лучше он узнает одним из последних, пусть даже и наворчит потом на старого друга. И целитель со спокойной улыбкой вернулся к прерванному чтению.

Хэлмираш возвратился к себе, посмотрел на бутылёк в руке. Откупорил, выпил половину. Закрыл и бросил в сумку к свиткам. Ещё раз оглядел кабинет, после чего решительно взялся за ручки чемоданов и перенёсся ко входу в дом Ноат. Открыл дверь, занося чемоданы и со стуком ставя их у порога. Тот, что с оружием, слышимо звякнул, от чего у вышедшей его встречать Ноат чуть приподнялись брови. Что интересно, вопросов по этому поводу озвучено не было, однако глаза смотрели с ожиданием комментариев.

— Оружие, — пожал плечами Хэлмираш. Для него не было ничего удивительного в наличии такого арсенала.

Ноат лишь покачала головой, спросила же совершенно иное:

— Голодный?

Страж кивнул: ел он последний раз… а и не помнил мужчина, когда он сегодня ел. Стянул куртку, кинул на вешалку у входа. Первым делом прошёл в ванную, закатывая рукава рубашки, ощущая, как занесённая провожает его взглядом. Вымыл руки, направился на кухню, где Ноат уже сервировала стол на двоих. Горячее мясо парило, наполняя помещение приятным ароматом. Хэлмираш привычно молча ел, пытаясь унять странное ощущение: внутри как будто подрагивала струна. Однако занесённая не собиралась есть в тишине, её неуёмное любопытство не оставляло выбора:

— Ну и когда всё это началось? — спросила она, пытливо смотря на мужчину. Фиолетовые глаза блестели интересом.

— Что? — страж проглотил кусок, поднял голову.

— Ну вот это всё. Плащ же ты мне в дар принёс зачем-то.

— Ты сама его выпросила, — пожал плечами Хэлмираш, внутренне смеясь и удивляясь себе такому.

— Хэй, я собиралась его выкупить! И уж тем более не просила в дар! — Ноат в возмущении брякнула стаканом об стол, одарив стража гневным взглядом.

Хэлмираш улыбнулся, ему приносило удовольствие вот так провоцировать занесённую. Зачем? А страж и сам не мог ответить на это. Наверное из-за её столь живой и непосредственной реакции. Но сама Ноат как-то странно отреагировала на его кривоватую улыбку, гнев тут же пропал, она лишь пробурчала:

— Ты меня вообще недолюбливал!

— Собаку, — мужчина кивнул, отвечая предельно честно.

— Ты действительно меня не слышал или просто разговаривать не хотел? — Ноат склонила голову набок, рога почти коснулись стены.

— Не слышал, — подтвердил Хэлмираш, доедая последнюю ложку картошки и берясь за чай. — Способности оракула в пассивной форме я не использую, поэтому просто так услышать и не мог. Ты была достаточно выразительной, чтобы понимать тебя и без этого. Но у меня не было желания как-либо взаимодействовать с демонической собакой вне должностных обязанностей, — приукрашивать страж и не думал.

— И что изменилось? Я перестала быть собакой? Но демоны тебе, по-моему, не милее, — хмыкнула Ноат.

Страж вздохнул: вот надо же ей до самой сути всё время докапываться. Ох уж это её неуёмное любопытство.

— Библиотека, — Хэлмираш поднял взгляд, встречаясь с фиолетовыми глазами. — Сложно не отреагировать на человека, которого ты знаешь всю жизнь. А именно такое ощущение у меня сложилось после погружения в твоё сознание. И… я стал невольно наблюдать за тобой. Присматривать. С плащом тогда получилось спонтанно, как-то само, я этого не планировал. А дальше… Я до сих пор не понимаю, как ты умудрялась пересекать ступень за ступенью, совершенно не зная о ритуале, — хмыкнул мужчина, погружаясь в воспоминания.

— А, может, я о нём всё знала, и это был мой коварный женский план? — Ноат хитро сощурилась и сморщила нос.

Но Хэлмираш с усмешкой покачал головой. Посмотрел на занесённую исподлобья и выложил свой козырь.

— Не знала. Рейнгар ведь тебя предупреждал.

— О чём? — нахмурилась демонесса, не понимая.

— Что с абсолютным покровом я смогу слышать твоё окружение. Но он не подумал, что при таком уровне наложения я ещё и некоторые эмоции мог улавливать.

— Так ты действительно следил за мной? — удивилась. Но, что странно, не обиделась, не испугалась.

— Не целенаправленно, — махнул рукой страж. Помолчал немного, но всё-таки продолжил. Почему-то впервые за многие годы захотелось поделиться тем, что внутри. При этом он каким-то подсознательным чутьём знал, что Ноат не оттолкнет его, не отвернётся, а выслушает и попытается понять. — Когда уставал слишком сильно, иногда закрывал глаза и подключался к твоему каналу. Слушал, что ты делаешь, что тебя окружает. Твои лекции, бурчание старика Краймора, подколки напарника, дружеские посиделки на вашей поляне с Ормом и остальными. Так что я знаю, как ты среагировала на переход ступени. Никак.

Занесённая почему-то очень внимательно наблюдала за его лицом и вдруг выдала:

— Ты не собирался завершать ритуал, — сложила руки на груди в защитном жесте и откинулась на спинку стула.

Хэлмираш помедлил несколько секунд, но кивнул. Она была права.

— У меня не было в планах когда-либо ещё заводить семью, — честно ответил мужчина.

Ноат нахмурилась:

— Хочешь сказать, я тебя сейчас заставила?

Хэлмираш усмехнулся. Заставить его? Интересная версия, но не имеющая ничего общего с реальностью. Страж проговорил с полуулыбкой:

— Таши, ты уже как-то давала мне характеристику, что делать то, чего не хотел бы сам, я не буду. Делай выводы.

Ноат хмыкнула в ответ, складочка между бровей разгладилась. Но на лице появилась задумчивость, занесённая отвела взгляд, поводила пальцем по краю стакана.

— А тренировал ты меня достаточно жёстко, и не подумаешь, что это было проявление заботы.

Хэлмираш сжал зубы. Да, тут ему возразить было нечего. Тренировки должны были быть серьёзными и без поблажек.

— Не хотел, чтобы ты была беспомощной.

Не раз его тянуло подойти, прижать её к себе и закрыть от всего мира, а приходилось быть тем, кто должен показать, насколько этот мир может быть жесток. И как подарок неба, в глазах Ноат он увидел понимание. И принятие. Занесённая мотнула головой, собрала тарелки со стола, встала к раковине мыть посуду.

Хэлмираш смотрел