Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

— Сложный вопрос, Лешик. Формально — нет. С такими деньгами… Вряд ли кто-то будет доверять доступ к ним, хотя… — она сделала паузу, ее взгляд стал проницательным, — … если твой партнер обладал какой-то серьезной информацией против Эдуарда или если у него были другие инструменты давления на Черномырдина, то, в принципе, это могло быть.

Я молча кивнул. Доверял ли ему Север? Вопрос был риторическим. Север никому не доверял. Но он умел контролировать. Запугивать. Шантажировать. Эдуард Черномырдин, этот трусливый банкир… Ему много не надо, достаточно банального страха. Страха за свою жизнь, за свою карьеру, за свою жалкую, напыщенную персону.

— Ленок, подготовь мне все нужные документы по этому счету. Самые ключевые, и найди все, что связывает этот счет с Черномырдиным, — попросил я сестренку. — Мне завтра кое-куда нужно скататься.

— Будет сделано, братик, — сказала она и улыбнулась.

Я потрепал ее по волосам, вышел из комнаты и отправился в свою спальню.

В конце этого дня у меня у меня было такое большое воодушевление, что я решил — звонок Ирине будет лучшим его завершением я достал магафон и набрал ей.

На удивление она быстро взяла трубку. Еще не спит, как будто ждала этого звонка.

— Лешик, приветик! Ты так поздно, что-то случилось? — слегка встревоженно спросила она.

Я и правда никогда не звонил ей в такое время, видимо поэтому она посчитала этот мой порыв души чем-то необычным.

— Привет, моя Княжна! Я просто сейчас осознал, что безумно хочу услышать твой голос! — я постарался сказать это так, чтобы даже через трубку она почувствовала моё настроение.

— Это очень мило и голос у тебя какой-то необычный! Ты видимо хочешь со мной чем-то поделится? — Она почувствовала.

— Сегодня в моей жизни произошло одно событие, которое изменит в целом всю будущую жизнь… Надеюсь, что нашу жизнь… — ответил я.

— Безумно интересно, но ты ведь как всегда не расскажешь, что именно? — Ирина очень хорошо меня понимала.

— ты слишком хорошо меня знаешь, малышка. Но самое важное я тебе уже рассказал… — я надеялся, что когда-нибудь смогу рассказать ей все, но не сейчас.

— В любом случае я безумно рада за тебя, надеюсь мы скоро увидимся! А сейчас мне уже пора ложиться спать, завтра трудный день! Впрочем как и всегда у меня! Спокойный ночи, Лешик! — Она впервые назвала меня так, как звала только сестра.

— Спокойной ночи, княжна…

* * *

Утро было самым добрым из всех за последние несколько месяцев. Я принял обжигающий душ, как бы смывая с себя остатки вчерашнего дня и всего, что связывало меня напрямую с Севером. Позавтракал черным кофе с молоком и круассаном с арахисовой пастой. Не знаю почему, но в этой жизни в отличие от прошлой, я очень ее полюбил. Оделся сегодня нейтрально, впрочем, как и всегда: темные штаны, качественная черная футболка.

Я приехал к зданию Магобанка за десять минут до открытия. Припарковался напротив: место с хорошим обзором прямо на главный вход. Первыми пришли две молодые сотрудницы, щебеча о чем-то друг с другом и мило хихикая. Потом еще несколько человек. Черномырдина не было. Я ждал. Минута за минутой. Сука, как я ненавидел кого-то ждать в такие моменты.

Через час после открытия появился он. Эдуард Черномырдин собственной персоной. Он вышел из темного седана, который подъехал прямо ко входу. Даже походка у него была особенная — неспешная, важная, с легкой раскачкой, будто он нес на плечах невидимую мантию финансового гения, а на деле же — просто мошенник и пройдоха. Идеально выбритое лицо, дорогие очки, пальто стоимостью в несколько зарплат своих сотрудниц. Неужели никто не понимал, что на простую зарплату управляющего нельзя так хорошо жить? Хотя, может, он тоже кому-то приплачивал. Этот мир, как и мой прошлый, был полностью коррупционный. Эдуард что-то говорил по телефону, снисходительно улыбаясь.

Я подождал еще десять минут. Дал ему освоиться, раствориться в своем кабинете. Потом глубоко вдохнул и вышел из машины. Я пересек улицу, толкнул тяжелую стеклянную дверь банка. Внутри пахло дорогим парфюмом. Меня сразу же встретила девушка-администратор с ярко-красными, как свежая рана, губами и неестественной наигранной улыбкой. Как же меня такое раздражает…

— Здравствуйте, чем могу…

Я даже не дал ей закончить свою зазубренную фразу. Резко отмахнулся, показав, что мне не нужна помощь консультанта, и прошел мимо прямо в операционный зал. Я знал, что мне было нужно. С самого начала задать тон, в котором не будет места напыщенности.

Я остановился посреди зала, где тихо позвякивали терминалы и шептались клиенты. Сделал глубокий вдох и сказал громко, отчетливо, так, чтобы мой голос прокатился по всему пространству, заглушив даже тихую фоновую музыку:

— Мне бы Черномырдина сюда. Это от Севера.

Эффект был мгновенным. Несколько голов повернулись. Кассирша замерла с пачкой купюр в руках, из-за колонны, почти незаметный в своем темном костюме, показался здоровенный охранник. Не старый вахтер, а именно охранник — с квадратной челюстью, короткой стрижкой и глазами, которые сразу нашли меня и зафиксировали, как прицел. Он сделал шаг в мою сторону и остановился.

Я не двинулся с места. Вместо этого просто улыбнулся. Широко, но недобро. И начал медленно, с явным удовольствием разминать кулаки, демонстрируя не угрозу, а подготовку к неизбежному. Я смотрел прямо на охранника, и в моем взгляде читалось что-то типа: «Подойди. Попробуй».

И в этот момент, когда охранник уже начал свое движение, а атмосфера в зале натянулась как струна, из-за угла, ведущего в административную зону, почти выбежал Эдуард Черномырдин. Его лицо было бледным, на лбу выступили капельки пота. Сучонок нервничал, оно и понятно.

— Стоп-стоп! Это ко мне! — его голос сорвался на фальцет, но мужчина взял себя в руки и повторил уже тверже, обращаясь к охраннику: — Это ко мне, Сергей. Все в порядке, вернись на пост!

Охранник замер, кивнул и отступил, растворившись за колонной, но его взгляд продолжал жечь спину.

Черномырдин быстрыми шажками подошел ко мне, схватил под локоть с силой, в которой читалась паника, и поволок в сторону своего кабинета, бормоча на ходу что-то невнятное для окружающих. Мне было очень смешно от всего происходящего.

Он втолкнул меня в просторный, пафосный кабинет с панорамным окном, хлопнул дверью и обернулся. Его лицо теперь пылало не страхом, а яростью. Смешной, бутафорской яростью маленького человека, пытающегося казаться большим.

— Ты что, с ума сошел, мальчишка⁈ — зашипел он, не решаясь повышать голос. — Я говорил твоему боссу, чтобы всякие… Его подручные не имели привычки вот так, с