"Фантастика 2026-133". Компиляция. Книги 1-25 - Хелена Руэлли

Горсинг рванул вперед. С разбега пнул Сита в спину. Вовремя. Сита бросило вперед, а с ним потянулся и клинок, все еще воткнутый в его голову. Тот, кто стоял за углом, не ожидал этого.

Они этого никогда не ожидают.

Такой ход всегда работает.

Если б хватило сноровки, напавший выпустил бы рукоять или успел бы выдернуть клинок, однако он явно растерялся. На мгновение показалась его рука. Серая ткань цаниобы. Горсингу этого было достаточно.

Вложил всю силу в удар. Пустил меч по короткой дуге. В последний момент напавший отпустил свой клинок, но было поздно. Горсинг отсек ему кисть.

Вскрик. Шелест дождя нарастал – казалось, вода вокруг вскипает.

Горсинг отступил. Прижался к стене. До угла – два шага. Успеет ударить, если кто-то полезет следом. Бежать нельзя, можно получить стрелу в спину. На веранде от большого отряда не спрятаться. Значит, в Заложном доме. Последний шанс. Нужно только понять, сколько там осталось наемников. Это сейчас самое важное.

В груди растекалось тепло. Сердце глушило надрывной пульсацией. Но голова оставалась ясной. Горсинг оскалился. Рванул вперед. Нужно было рискнуть. Выглянуть. Понять, с кем он столкнулся. Если сразу не умрет, успеет отступить, там будет проще.

Замер перед углом.

Сит, опрокинутый в лужу, не шевелился. Вода возле его головы потемнела. Лезвие по-прежнему сидело в его макушке. Конра. Горсинг уже видел такие клинки.

Перехватил рукоять, поднял к подбородку – так, чтобы меч прикрыл грудь. Важна каждая мелочь.

Выставив ногу, сунулся на четверть тела.

Двое. Один ранен – обхватив руку, ползет. Второй держит лук. Пятнадцать шагов.

Толкнулся выставленной ногой и вернулся под прикрытие стены.

Стрела пролетала в двух пальцах от угла. Мимолетное промедление убило бы Горсинга.

Нужно было бежать. Пятнадцать шагов до стрелка – хороший запас. К тому же стрелок не пойдет напрямик, побоится получить такой же удар, как и его напарник. Значит, выдвинется по дуге и выглянет за угол с другой стороны улицы – так, чтобы сохранить расстояние для выстрела. За это время можно добежать до отворота на соседнюю улицу. Если б там ждала вторая засада, они бы уже вышли на него со спины.

Однако Горсинг остался на месте.

Он узнал стрелка. Несмотря на грозовой сумрак и ливневую завесу. Не мог не узнать.

Помедлив, закричал на всю силу голоса:

– Эрза!

Дождь исчерпал духоту, но в городе неизменно пахло сухой пылью и затхлостью давно покинутого и запертого на замки помещения.

– Эрза! – проорал еще раз, вложив всю злобу и все отчаяние.

Горсинг окончательно запутался, но теперь у него появился шанс разобраться во всем, что здесь происходило с тех пор, как Феонил оставил записку под убитым Тархом.

Бросил меч – так, чтобы его полет был хорошо виден стрелку. Выставил из-за угла руки. Медленно, не опуская рук, вышел сам. Остановился возле убитого Сита. Девятый из десяти. Горсинг остался один. Потерял всех людей.

В неизменных пятнадцати шагах стояла Эрза. Лук не опустила, но и стрелять в этот раз не стала. Второй нападавший уже не полз. Замер неподалеку, прижав к груди искалеченную руку.

– Эрза, – повторил Горсинг, теперь шепотом.

Им предстоял долгий разговор.

Глава 7

Комната Нитоса

Все ангоры без исключения признавали Акмеона создателем сущего и почти не вступали в противоречие, трактуя его поступки и предсказывая судьбы нашего мира. Если забыть споры об акмеонитах, лигурах и необходимости проповедовать свои знания, их главным отличием можно указать отношение к Предшественникам.

Каждый ангор устанавливал свою исключительную цель, которая со временем становилась основой их единства. Так, диаввелы считали первостепенной задачей покорение Ниол Дора, стены́ Предшественников в горах Северного предела. Наиболее известным представителем диаввелов был Толингар из рода Эрхегорда, открывший Гейзерные топи и оставивший свое имя в названии одного из рубежных хребтов.

Известно более десяти экспедиций к Ноил Дору, пеших и воздушных, оплаченных ангором диаввелов. Семь из них были включены в престольные каноничные архивы и служат неоспоримым доказательством того, что в стремлении покорить Северную стену диаввелы проявляли не меньше упорства, чем нерлиты в поисках Спящего – якобы последнего из живых Предшественников.

«История ангоров Западного Вальнора». Ферантин из Новой Инкеи

– Миа…

Я открыл глаза. Не заметил разницы. Тьма осталась холодной, непроглядной.

Поднес пальцы к лицу. Ощупал веки. Убедился, что они поднимаются и опускаются.

Не знал, сколько времени прошло с тех пор, как погас светильник. Жажды нет. Значит, не так уж много.

Комната Нитоса поглотила меня.

Холодная поверхность земли под спиной. Я лежал. Уснул. Спать здесь – безумие. Значит, сон опрокинулся на меня как наваждение. Я не мог ему сопротивляться.

Браслет стал теплым и пульсировал – совсем как сердце в груди Горсинга.

Горсинг…

Уже второй сон. Предрек то, что еще не произошло, как это было с Дикой ямой? Или показал то, что происходит сейчас? Но ведь я не мог блуждать по этой комнате больше двух суток! В конце концов я бы умер без противоядия Шанни.

– Миа…

Я сразу узнал ее. И только не понимал, как они с Эрзой оказались вдвоем. Где остальные? Погибли? А если живы, то почему не помогли?

Все еще видел, как Горсинг отсекает ей руку. Ударил кулаками по земле. Привстал. Отчаяние и злость обострили чувства. Я хотел помочь Миалинте. Но для начала должен был вырваться из западни, в которую меня завел Теор. Но как? Как выбраться из мрака, лишенного стен и дверей?

– Теор, – тихо позвал я.

Не рассчитывал услышать его голос. Подозревал, что мы с ним уже никогда не встретимся. И все же позвал.

– Я здесь.

Ответ был до того неожиданным, что я опять завалился навзничь. Дернул рукой, надеясь схватить с земли меч, но вместо этого опрокинул светильник.

– Не бойтесь.

Расширил до боли глаза, будто это могло хоть отчасти ослабить мрак.

– Я уж думал, вы меня никогда не услышите. Что с вами было? Вы потеряли сознание? Я шел за вами, кричал вам, но вы не отвечали. А потом вы упали на землю…

– Где ты? – спросил я неуверенно.

– Здесь.

Я увидел его. Теор или кто-то, на него похожий, стоял передо мной. Затаившийся в темноте огромный паук с длинными ногами и руками, с черными распущенными волосами.

Мгновением позже я понял, что мрак высветляется. Не было ни огней, ни кристаллов – никакого