Фантастика 2026-111 - Сергей Витальевич Карелин

— Да, Ваше Высочество, — покорно согласился Маркус и продублировал поток искренних извинений в сторону спутницы пришедшего молодого человека, которой оказалась лучшая подруга моей сестры, Екатерина.

Девушка была мне знакома не понаслышке, а вот ее спутник — совсем другое дело. Голубоглазый блондин под два метра ростом. Рядом с ним Катя выглядела настоящей дюймовочкой. Статная фигура с широкими плечами. Парадный мундир с множеством регалий, а вишенкой на торте послужило кольцо Стража с ало-красным камнем в середине. Первый Порядок, солидно.

Я уже догадывался, кто это может быть, но решения самого конфликта, из-за которого все и началось, достигнуто не было, поэтому возмутился:

— Кажется, Маркус, ты забыл извиниться еще перед кем-то, — невзначай напомнил я, вызвав возмущение в душе итальянца.

Спутник Екатерины, которая не знала, как поступить, взглянул на нее с недоумением и требующим пояснений голосом произнес:

— Катя, не представите нас друг другу? — и заглянул в мои глаза. Так пронзительно, прям ух. Еще немного и растаю. Нет.

— Да, конечно, — внезапно охотно согласилась девушка, найдя в этом простом, казалось бы, действии выход из сложившейся ситуации. — Люций, это мой близкий друг, граф Новиков Александр Петрович, и его невеста, молодая графиня Грошева Оксана Владимировна, — после чего девушка обратилась уже к нам, покамест я продолжал бодаться взглядом с наследником, как я понял, Римского престола. — Александр, Оксана, это Люций Юлий Цезарь Феликс. Старший сын императора Римской империи, Люция Юлия Цезаря Виктрикса, — не имена, а попадос!

Казалось, что все гости, находившееся на мероприятии затихли. Им же вторили и музыканты. Благодаря этому было слышно, как один из наблюдавших за нашим представлением аристократов поперхнулся, делая очередной глоток шампанского.

Нарушить тишину решил сам сын Римского кесаря:

— Весьма рад столь скорому нашему знакомству, Александр, — черты его лица разгладились, словно мы были давними знакомыми.

Парень подошел ко мне ближе, не отпуская руки Екатерины, отчего она невольно последовала вслед за ним. Подойдя практически вплотную, он протянул мне руку и добавил:

— Надеюсь, вы не против того, что я не использую отчества, и я никоим образом вас не обидел?

Было видно, что мой ответ искренне заботил второго человека Римской империи, поэтому я с ответом решил не спешить. Пристально вглядываясь в лицо и душу, скрытую за личиной, парня я перевел взгляд на его руку и, уверенно схватив ее, твердо заявил:

— Не против, Люций, — отвечая на рукопожатие, произнес я. — Отвечаю взаимностью на радость нашей встречи.

Вновь очередная немая сцена, пока мы вновь играем в гляделки. Все же Люций был выше положением, нежели я, и мог себе позволить некоторые обмолвки в общении со мной. Однако я чувствовал нас оскорбленной стороной, а в такие моменты нормы приличия для меня слегка стираются, поэтому я последовал примеру принцессы и назвал сына кесаря первым именем. Помнится, при первой встрече с братом Екатерины, Алексеем, наговорил ему такого, что хватило бы на несколько смертных казней. А был я тогда всего лишь обычным простолюдином.

— Ваша слава бежит впереди вас, Александр, — наконец произнес Люций. — Иногда всплывают такие факты, что страшно думать о том, правда ли это, — отпустив мою руку, улыбнулся сын кесаря, после чего он взял руку Оксаны, чтобы сразу же поцеловать ее тыльную часть. Закончив с приветствиями, он вновь обратился ко мне: — Не соизволите ли вы пояснить, по какой причине разгорелся конфликт между вами и моими людьми, которые даже не осознавали, что были на волосок от скоропостижной смерти?

— Думаю, будет лучше, если это сделает, например… — я сделал небольшую паузу, словно находился в раздумьях, кого бы назвать, но решение было принято еще до начала моей фразы: — Маркус, — второго мужчину спасло то, что я просто-напросто не знал его имени.

Люций бросил взгляд на своего человека, который все еще был с согнутой спиной, и приказал ему выпрямится, после чего требовательно дублировал свой вопрос. В разговоре со своими людьми его тон не был столь мягким, как это было со мной или же с Екатериной.

Следствием этих действий стал подробный рассказ со стороны Маркуса, в течение которого он никаким образом не пытался исказить сути произошедшего. Видать, врать члену императорской семьи было не в почете среди аристократов Римской империи.

В течение этого рассказа, Маркус не забыл упомянуть того, как мне довелось обозначить речь Самодержца Всероссийского, на что я просто улыбнулся, а Екатерина закатила глаза. Однако после того, как Люций с интересом посмотрел на нее, мол, с чего это мне такое позволяется, Романова кратко пояснила, что отношения между мной и императором, мягко говоря, натянутые.

Сыну Римского императора захотелось узнать подробности, на что девушка согласилась рассказать ему в разговоре тет-а-тет, но при условии, если я не буду против.

Против я не был, поэтому пусть рассказывает. Уверен, что врать Катя не станет, особенно после того, как подвергла репутацию своего старшего брата угрозе, подтвердив мои слова на несостоявшейся свадьбе Оксаны и Джона Миссурийского.

В это же время закончить свой рассказ Маркус решил с искренних извинений, направленных в сторону Оксаны. Вслед за ним повторил и его товарищ. Оба итальянца свои извинения сопровождали поклоном, но не таким глубоким, как это было с Люцием.

— Надеюсь, на этом конфликт улажен? — с надеждой спросил наследник Римского престола. — Оксана, вам достаточно искренних извинений со стороны моих людей?

— Достаточно, — несмело буркнула моя невеста, за что сразу получила нагоняй через мыслеречь от Кей, которая была недовольна тем, как Оксана, цитирую, блеет как овечка.

— А вам, Александр? — не зная о потоке брани в мыслеречи, перевел на меня свое внимание Люций.

— А вот мне недостаточно, и я поясню почему, — холодно заявил я. — Это было бы достойным поступком, если бы ваши люди, Люций, извинились сразу, как их надменное и весьма грубое отношение к моей невесте было замечено. Тем не менее они воспротивились моему требованию, а принесли свои извинения, которые хоть и были вполне искренними, только после того, как узнали о том, кем я являюсь, а также тогда, когда вы приняли непосредственное участие в самом конфликте. Поэтому, да, меня такой исход событий не устраивает.

— Что ж, весьма разумное замечание, — внезапно быстро согласился Люций.

Сразу же после своих слов парень высвободил свою руку от хватки Екатерины и подошел