Обратный отсчет - Токацин

— Ешь, — отозвался Гедимин. — Встретимся на выходе.

Он прошёл вдоль ограждения, остановился у пустой скамейки, думая, присесть или продолжить путь. На окраине космодрома было тихо и пусто — экипажи спрингеров отдыхали в городе перед утренним вылетом, ближайший барк на Землю ожидался через полчаса. Небольшое скопление людей собралось у карантинного ангара. Гедимин подошёл, остановился в отдалении, — у ангара стоял большой толстостенный контейнер, внутри которого кипела жёлтая муть, а в ней мелькали округлые тени.

— Плавунцы? — спросил Гедимин, подойдя ближе. — С Венеры?

«Привезли на спрингерах, с которыми мы работали,» — подумал он, разглядывая опечатанные контейнеры. «У кого-то свой экзотариум… Стой! Их же запрещено вывозить. На Земле есть закон…»

За своими мыслями Гедимин не заметил, как люди, оказавшиеся слишком близко к нему, отходят, и опомнился, когда оказался перед полукольцом жителей, очень недовольно на него глядящих. Кто-то уже держал руку на закреплённом у пояса станнере.

— Теск!

— Я ремонтник, — Гедимин ткнул себя пальцем в нагрудную пластину скафандра. — Откуда здесь плавунцы? Есть же запрет на ввоз…

Жители переглянулись. Кто-то в сером комбинезоне коммерческого флота нервно ухмыльнулся и щёлкнул пальцем по рукояти бластера.

— Куда ты лезешь, теск? Ты, что ли, инспектор?

Из ангара послышался шорох. В следующую секунду ворота распахнулись, выпустив наружу сердитого человека в пехотной броне с символом биологической опасности на груди.

— Ну что, ещё не увезли? — он посмотрел на контейнеры и недовольно сдвинул брови. — Где там ваш глайдер?

— Минут через десять будет, — ответил космофлотчик.

— Куда их везут? — спросил Гедимин. — Запрет на ввоз сняли?

Человек перевёл на него сердитый взгляд.

— Теск? На космодроме? Что, законы да Косты уже отменили? Где, чёрт бы их подрал, полиция⁈

Над воротами ангара трижды мигнули красные светодиоды. Гедимин шагнул назад, но сирена уже взвыла. Через пару секунд из-за ангара выглянул человек в жёлтом экзоскелете.

— Стоять! Что происходит? Кто включил тревогу?

— Тески, — человек, выглядывающий из карантинного ангара, указал на Гедимина. — Ходит без надзора, задаёт странные вопросы. Проверьте его, офицер. Он похож на диверсанта.

Гедимин изумлённо мигнул.

— Ясно, — ответил экзоскелетчик, поворачиваясь к сармату; тот наконец узнал и голос, и смуглое лицо — и снова мигнул. — За мной. Разрешение есть?

Они отошли за ангар, повернули ещё раз за следующим, и Уриэль Хадад, остановившись, озадаченно хмыкнул.

— Джед! Я думал, тебя каждая бактерия знает. Диверсант… Надо же такое придумать! Чего ты от них хотел? Я пойду — может, мне ответят?

Гедимин качнул головой.

— Там венерианские плавунцы. Я думал, их запрещено вывозить. Видимо, запрет сняли. Я не следил…

Уриэль развёл руки в стороны — пожимать плечами в экзоскелете было неудобно.

— Там всегда какое-то зверьё. Я тоже не слежу. Тут главный — инспектор Лоусон, наш шериф этого вообще не касается.

Гедимин рассматривал его экзоскелет, пристально наблюдая за движением коленных сочленений.

— Вроде работает, — пробормотал он, поднимая взгляд на Уриэля. — Присядь и выпрямись.

— Зачем? — выпалил тот, уже поднимаясь на выпрямленные ноги.

— Проверял привод. Пока в порядке, — ответил Гедимин. Вокруг было тихо — напарники Хадада, где бы они ни были, ещё не заметили его исчезновения.

— Кого ищёшь? — спросил Ури, пару раз перепрыгнув с ноги на ногу; привод выдержал внезапное увеличение нагрузки, и Гедимин одобрительно хмыкнул. — Пойдёшь в тир? Все разошлись, а у меня ещё полчаса.

— Пойдём, — кивнул сармат, пересчитывая бластерные сопла и кинетические стволы экзоскелета. Ракетомёт Хададу пока не доверили — только маленькую сигнальную ракетницу, закреплённую за плечом.

— Опять не взяли в космофлот, — вздохнул Уриэль, пропуская Гедимина в тренировочный ангар. — И рекомендации не помогли. Три ублюдка запугали всю галактику, а я сижу в Кларке! Я же писал этим полудуркам из Совбеза, — все указания есть, только ищите! Даже не ответили…

Он сердито фыркнул и протянул Гедимину кинетическую винтовку — старую, ещё довоенную модель «Скара». Сармат машинально отжал пластину на корпусе, поправил спусковой механизм и опомнился, только возвращая пластину на место. «Ремонтный рефлекс, мать моя колба…»

— Они никогда его не найдут, — с мрачной уверенностью сказал Хадад, занимая место рядом с Гедимином и приводя в действие мишени. — Суханов мог бы. И он нашёл. А вот как — никто уже не узнает.

«Это Лиск его нашёл,» — Гедимин недобро сузил глаза, но промолчал. «А я даже не узнал, что стало с „Бетом“…»

— Видел памятник Суханову в парке? — спросил Уриэль. Бластер в его руках лежал, не вздрагивая, — только в скользящей от стены к стене мишени появлялись новые отверстия, выстроенные в слегка искривлённую цепочку.

— Не был, — отозвался Гедимин. — Некогда. Нас тут выселяли…

Уриэль скривился.

— Идиоты! А всё потому, что меня никто не слушает. Будут кидаться на мирных тесков, когда диверсанты у них под носом. В январе попробую ещё раз — должны они, в конце концов, меня взять⁈

— Почему не берут? — спросил Гедимин, когда молчание неприятно затянулось. Стрелять из кинетики было непривычно — лёгкая мишень после трёх попаданий развалилась. «Надо другую, потолще,» — сармат оглянулся на груду листов фрила, оставленную для стрелков у оружейной стойки. «Эти все такие же. Соединить две вместе?»

— Чтоб я знал, — отозвался Уриэль. — Что-то несут про неуравновешенность… Идиоты! Весь уравновешенный флот не может найти одного террориста! Надо было идти к Суханову — он хотя бы идиотом не был! Сейчас был бы жив…

Мишень, разделённая почти ровным рядом отверстий, развалилась пополам. Хадад довольно хмыкнул и, поставив бластер на предохранитель, вернул его на стойку.

— И правда, в экзоскелете проще. Удобная штука.

— Где твой плазмомёт? — спросил Гедимин, снова пересчитав стволы и сопла. Ничего похожего на генератор плазмы в снаряжении Хадада не было.

Человек, заметно смутившись, оглянулся на прикрытые ворота и понизил голос.

— Дома лежит. Веду испытания. Трудно — вечно что-то попадается. Проверял на листовой стали — пробил три стены. Пришлось пообещать, что испытания брошу, не то было бы много шума. Куда в этом городе пойти, чтобы никого не пристрелить⁈

— На нижний ярус. Стрелять вертикально вниз, — предложил Гедимин, вспоминая устройство автономки — Хадад жил в одной из них, а плазмомёт у него получился дальнобойный. «Три стены!