Фантастика 2026-44 - Александр Коротков

— Ага, и вот эта яма тоже, — уныло буркнули ей в ответ, — «Для платы». Для какой платы?

— Узнаем, наберись терпения, — не сдавалась очень молодая, но мудрая гоблинша, — Тем более, что нам есть чем тут заняться…

— Чем? Ворон считать? — проявил совершенную некомпетенцию гоблин, за что и был дёрнут за ухо. Пораженный орган жена не стала отпускать, а начала в него ворчать на тему, что в любой нормальной семье принято иметь детей, а уж им-то они нужны срочно и в большом количестве, так как волшебник обещал оволшебить всю семью, а не только их двоих. Следовательно…

— Ох! — понял устремления любимой жены гоблин, начиная несколько нервничать, потому что энтузиазм Валисы в деле получения прибыли его всегда несколько пугал.

Увы, развить тему молодой парочке, уже почти перешедшей к делу, не получилось, потому что на полянку обрушилась гигантская туша самого настоящего дракона. Оба гоблина, кажущиеся совсем крошками рядом с этой машиной убийства, должны были бы впасть в шок и полную прострацию, но не смогли — они слишком были поглощены другим шоком, который возник из-за того, что дракон, этот величественный хищник небес, одно из самых могущественных существ мира, неудержимо плакал. Огромная зубастая пасть кривилась, из глаз катились слёзы величиной со снежки, ноздри были заполнены соплями, а из глотки доносилось очень жалобное рыдание.

С ним дракон, крайне неловко переступающий на задних лапах, дошёл до «ямы для платы», чтобы опустошить в неё принесенный с собой огромный мешок, из которого в разверстую твердь хлынул поток золотых самородков. Шокированные и обескураженные гоблины, так и стоящие в объятиях друг друга, молча наблюдали, как дракон опустошает свою ёмкость, а затем, не прекращая рыдать и сопливить, бредет к ним уже на четырех ногах.

Подойдя, чудовище с пару секунд попялилось на гоблинов, а потом простонало:

— Маленькая яма, копайте еще одну! Я скоро буду-ууу…

Глава 11

Эклектика отношений

— Милостью богов, а также небес и земли, мой славный отец нарёк меня Джаном ибн Рахматбуллы Олизаровым. Когда-то, еще будучи простым воином, он посещал благословенную Раваджу, откуда и привёз домой мою мать, ставшую его женой. Её рассказы о вашем славном городе вдохновили меня его посетить! А это — моя верная помощница, благородная эльфа Самбука Зис Овершналь. Её прекрасный ум давно уже стал незаменимым помощником в моих торговых делах!

Я разливался соловьем, улыбался, делал приятные жесты, кивал прислужнику, чтобы он подлил вина моему высокому гостю. Тот, в свою очередь, отвечал тем же, источая приторность, однако, наши глаза то и дело встречались, обмениваясь пакетами данных, имеющих смысл. В отличие от всего остального.

«Я хочу денег…», — твердил льдистый и колючий взгляд Ахмабеба, представителя купеческой гильдии города Раваджи, — «Ты привез потрясающий товар в мой город, иностранец. Ты поделишься»

«Облизывайся и плачь, лошара усатая», — отвечал ему мой дружелюбный мимический спазм, — «Ты ничего не получишь! Пошевели мозгами, презренный пустынный варвар, вспомни фамилию моей подруги, которую я тебе только что назвал!»

Он вспомнил. Не сразу, а после того, как я несколько раз обратился к «Самбуке», очень недовольной своим новым именем, чуть ли не лебезя перед ней, но купец всё-таки сбледнул и оставил свои речи, полные туманных намеков и обещаний покровительства. Выходил он с трудом, выталкивая перед собой своё огромное недовольство, но деваться ему было некуда. Увы и ах, городские купцы в пустынях — всего лишь перекупщики, очень зависящие от мнения местных правителей, которые запросто могут отправить человека со шнурком, чтобы удавить того, кто сильно мешает международным отношениям.

Властелинам пустыни нужно многое. Им нужны редкие товары, произведения искусства, красивые рабы и рабыни, тренированные причудливые животные. Нужно же куда-то девать деньги, собираемые в качестве налогов со своих безгласных подданных? Вот именно. А теперь представьте себе — пустыня, везде песок, даже в штанах песок, а у тебя мебель из зеленого, одуряюще пахнущего свежей растительностью, дерева! Не растущего, причем, в этом мире! Да еще и речь про страну, которая всех своих волшебников загнала под плинтус!

Пока нам оставалось только возлежать на подушках, кушать шербет и пить свежевыжатый кумыс в снятом мной доме, расположенном в купеческом квартале Раваджи. Большой торговый город, раскинувшийся в довольно плодородной долине, благословленной большим непересыхающим озером, питаемым несколькими подземными источниками, принимал десятки иностранных купцов ежедневно, так что никакого особенного ажиотажа мы не вызывали. Пока что. Пробнички, состоящие из небольшой шкатулки зеленого дерева, украшенной эльфийскими рунами, содержали в себе небольшую, но очень приятную фигурку из хриобальда. Это дело разносила пятерка моих суккуб, одетых прилично, но в меру красиво.

Малу-помалу процесс шёл, но, как и любой очень солидный процесс — шёл неспешно и внушительно. Серьезным господам, получившим мои пробники, необходимо было проверить, понюхать и полизать, выясняя, что именно они получили. Затем, выполнив необходимые проверки, собраться и обкашлять этот вопрос, пытаясь попутно выяснить, нельзя ли натянуть иностранного купчину или хотя бы войти к нему в долю. На этом моменте мы уже подстраховались, отправив щедрый подарок во дворец принца Ахриза кар Махнуддиба, но тот, видимо, еще не увидел, что именно ему было заслано.

Так что пока можно было ждать. Шербет, относительная прохлада, красавицы в полупрозрачных одеяниях, сосредоточенная Наталис, которой понравилось вымораживать эльфийской надменностью случайных посетителей, ну и нытьё Лилит из жанра «Бритни Спирс на каторге». Суккуба нашла утешение в пении под местный вариант зурны, так что теперь стенала под брыканье какой-то пустынной гитары, что было даже аутентично, потому что у неё на всякий случай отняли амулет-переводчик.

Дома, тем временем, в моем благословенном богами Баронстве Ленивых Побережий (ой), закончилось изучение котёнка, порожденного Шайном. Причем, не просто так. Когда я вернулся в своё тело и зашел в собственный кабинет, там оказались как Шайн с Лючией и Эфирноэбаэлем, так и Вермиллион, а также сидящая на столе курица, болтающая свешенными к полу лапками.

— Едрит мадрид, — удивился я, — Да тут уже пантеон!

— Скорее консилиум, Джо, — не поддержал моей шутки бывший архимаг, — Мы пытаемся разобраться, что ты натворил.

— Я⁈ — не понял наезда некий скромный волшебник, который над котом уж точно никаких экспериментов не проводил.

— Ты-ты… — пробурчала его возлюбленная (?) богиня, — То метлу разумную сотворит так, что даже я разобраться не могу, то быка говорить