Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

«связке», конечно… — ответил я, прекрасно понимая, что на самом деле стояло за этим вопросом. И порадовал девчат еще чуть-чуть: — Прыжок — не тренировочный, а значит, я имею полное право радоваться жизни в вашей компании. Кстати, кто затянет «связку» на «единичку»?

Маша подняла руку и сообщила, что у нее такого опыта чуточку меньше, чем у Даши, поэтому я кивнул, дал команду загружаться в корабли и пошел к аппарели. Следующие четверть часа занимался текучкой — поверял все и вся, общался с оперативными дежурными и выводил корабль из ангара. А потом передал управление Темниковой, оценил очередные изменения в ее технике пилотирования, похвалил прогрессирующую девчонку и «поймал» конвертик. Особой необходимости контролировать исполняющую обязанности первого пилота на финальном отрезке «коридора» не было, поэтому я развернул файл в отдельном окне ТК, врубил воспроизведение и вслушался в баритон Игоря Олеговича:

— Доброй ночи, Тор Ульфович. Понимаю, что у вас поздновато, но у меня только что сложилась очередная неприятная картинка из десятков вроде как не связанных друг с другом событий, и чутье забило тревогу. Объяснять, что именно идет не так, по вполне понятным причинам, не буду. Попрошу лишь вкладываться в подготовку своих напарниц чуть энергичнее… Минуточку…

После этой просьбы он поплыл взглядом секунд, эдак, на тридцать, а потом снова уставился «на меня» и снова заговорил:

— Мне доложили, что вы уходите на Смоленск, и объяснили, для чего. Я вам искренне сочувствую и желаю спокойного полета. Кстати, забыл сказать, что Дарья Алексеевна и Мария Александровна уже официально выпущены из ИАССН лейтенантами и отданы под ваше командование, что идентификаторы ваших подчиненных отображают корректную информацию, и что оформлять командировочные больше не надо. Хотя бы потому, что стажер ССО СВР вне юрисдикции военных патрулей. На этом, пожалуй, все. Хотя нет, опять не все: по моим данным, на Смоленске неспокойно: на нем — как, собственно, и на других приграничных планетах — начался передел собственности. Воюют как дворянские рода, пытающиеся наложить лапу на чужое добро, так и недобитые криминальные группировки, преследующие те же цели. Поэтому покидайте корабли по-боевому — то есть, не забывая личное оружие. И не стесняйтесь его применять: флотские, поддерживавшие относительный порядок первые дни, уже заняты боевой и физической подготовкой, в местных отделениях полиции катастрофическая нехватка сотрудников, а простой народ страдает. В общем, будет возможность приструнить вконец охамевших тварей… — вырезайте их к чертовой матери. Причем что родами, что группировками. И можете считать, что санкцию государя вы уже получили. На этом точно все. Еще раз искренне сочувствую. Желаю удачи и до связи…

Закрыв этот файл, я привычно разложил по полочкам всю полученную информацию, поискал «странности» и нашел. Поэтому подключился к общему каналу и спросил у девчат, что у них со стрельбой из табельных «Штормов».

Марина сказала, что была шестой на курсе и четырнадцатой в академии, а Ослепительные Красотки расстроили: дома их по этой дисциплине не гоняли от слова «вообще», а в ИАССН дали самую «базу» и сочли стрельбу не самым важным навыком для курсанта, занимающегося по ускоренной «военной» программе. Я мысленно выкатил претензии и себе, затем забил на рефлексии и принял решение:

— Что ж, тогда с сегодняшнего дня начинаем заниматься еще и стрельбой: по часу убиваетесь в вирткапсулах и по полчаса развлекаетесь холощением. Мариш, контроль за последним — на тебе.

— Принято! — отозвалась она, а потом спросила, есть ли необходимость корректировать программу еще и так.

Я процитировал часть монолога Цесаревича, выслушал экспрессивные мнения девчат о бардаке на приграничных планетах, почувствовал, что Даша с Машей начали заводиться, и переключил их внимание на приятную новость:

— Это мелочи. Главное, что вас официально отдали мне. Обаятельными юными лейтенантами и очаровательными стажерами нулевого отдела ССО в каждом отдельно взятом прелестном личике. И что новые статусы официально прописались в идентификаторах. С чем вас, собственно, и поздравляю.

— Надо тискать… — «предельно серьезно» заявила Кара, девчата, конечно же, согласились и спросили, когда я их порадую этим счастьем.

Я отшутился, потом дал команду рассчитать вектор разгона для прыжка к ЗП-четырнадцать, дамы переключились в рабочий режим, и в рубках стало тихо. К слову, не на пять-десять минут, а на все время пребывания в системе. Да, после стыковки кораблей я разрешил Марине с Машей перебираться к нам, но и на этом этапе девчата были сфокусированы на деле. Зато стоило Костиной поменяться местами с Дашей, затащить нас на струну и переключить корабль в зеленый режим, как парочка, обретавшаяся в шестой каюте, вытребовала нас на первую палубу, уставилась на меня и спросила, получил ли я разрешение сгонять на Смоленск.

Тут я виновато вздохнул и покаялся:

— Да. Все от того же Цесаревича. Но поделился с вами самыми важными новостями, а об этой, увы, забыл…

— Мы тебя, конечно, простим… — начала Завадская. — Но только в том случае, если ты дашь команду избавляться от скафов и разрешишь как следует отпраздновать аж три серьезнейших события…

— Четыре… — уточнил я: — Девчата выпустились из академии, получили чины, были распределены в нулевой отдел и отданы мне.

Она притворно нахмурилась и выдала вердикт:

— Что ж, значит, праздновать придется еще отвязнее…

Глава 12

5 июня 2470 по ЕГК.

…В мою родную систему вошли по-боевому, то есть, через «смежную» мертвую и по струне с коэффициентом сопряжения два-сорок девять. Честно говоря, я был уверен, что Ослепительные Красотки хоть разик, да накосячат. Ан нет — и одна, и другая отработали боевую задачу баллов на девяносто пять из ста возможных. И, до кучи, поставили личные рекорды.

Мы с Мариной бездельничали и оставшуюся часть перелета до планеты: я зашевелился только тогда, когда потребовалось организовать «коридор», а Кара перетянула на себя управление уже над белым сектором космодрома. Впрочем, чуть позже все-таки «понапрягалась» — переоделась, позаимствовала в оружейном шкафчике игольник и проследила за выгрузкой «Борея». А потом снова навелась на меня и превратилась в слух.

Я изобразил намек на благодарную улыбку, дал команду забираться в флаеры, поухаживал за Темниковой, метнувшейся к моему, забрался в свое кресло, завел движки, накрыл ладонью ладошку, обнаружившуюся на бедре, и легонечко сжал пальчики. Потом тронул машину с места, вывел в лабиринт подземных коридоров под космодромом и порулил по указателям. А секунд через тридцать сорвал злость на дежурном по КПП, невесть с чего решившем, что имеет полное право досмотреть