Генеральный попаданец 6 - Ал Коруд

войсковой разведки. Думать приходится обо всем самому, потому что основная работа предполагает автономность и свободу действий. Здесь поощряются самостоятельность и нет обычного армейского правила — «Инициатива имеет инициатора». Но в ее основе должен быть богатый полевой опыт. А выживают, к сожалению, не все.

Полковник вообще не припоминал таких времен, когда группы Управления не вылезали из заграницы. Но он был согласен с таким положением. Сюда шли добровольно, и как раз те, кого можно было назвать «волкодавами». Пока они работали вдалеке, обычные парни из Советской Армии могли делать вид, что готовятся воевать. Речкалов не раз убеждался в том, что никто на самом деле не готов к войне. Ни в джунглях Вьетнама, ни в сельве Центральной Америки, ни в песках Леванта. Лилась чужая и своя кровь, но зато армия получала тех, кто умеет и может. Вот их и стоило оставлять в армии, а не набирать вчерашних студентов. Тем достаточно КМБ, чтобы в случае чего под ногами не болтались. В бой первыми должны идти «волкодавы». Перемены в войсках за последние лет пять лишь радовали и придавали уверенности в правильности курса.

Автобус въехал в кварталы города, и все прилипли к занавешенным от посторонних глаз окнам. Большая часть спецназовцев за границей толком не была, пусть и в такой дыре. Но центр Солсбери смотрелся неплохо. Много домов в стиле модерн, есть дома и в современном брутализме. Кругом зелень, пальмы, множество цветов, улицы широкие и свободные. По проезжей части движутся автомобили незнакомых моделей и мотоциклы. Неподалеку сияет сталью и стеклом деловой центр с небоскребами, твердо ассоциирующийся у советских людей с капитализмом. Затем автобус свернул на север, после ряда особнячков, увитых зеленью, пошли настоящие бедные кварталы, иногда переходящие в трущобы.

— Пальмы, — брякнул кто-то.

— Негры, — решил пошутить второй.

— Разговорчики!

— Бананов хоть поедим.

— Ага, манго с папайей.

Полковник повернулся:

— Товарищи военные, еще раз повторяю: все в рот не тащить. Пока идет акклиматизация организма быть крайне осторожными с незнакомой едой. Дристуны, получающие командировочную валюту, нам не нужны. Какие у нас основные блюда?

Бойцы дружно ответили:

— Рис мясом и мясо с рисом.

— Вода только кипяченая или в бутылках.

— А если есть только Кока-кола?

— Пейте. Только сначала помолитесь Марксу.

Рон Рид-Дэйл прошел в палатку и сел за стол, тут же потянувшись к бутылке с содовой.

— Что скажешь насчет немцев?

Капитан Ян Брейтенбах из южно-африканского САС сплюнул жвачку и неспешно ответил своему коллеге из недавно созданного подразделения Selous Scouts Regiment.

— Они такие же немцы, как я датчанин.

— Я также считаю, ругаются на славянском.

— Мне сказали, что они прилетели на югославском самолете.

— Так и есть. Русские наняли кого-то из своих «братьев». Как это на них похоже.

— Одно точно — учились они у русских. Их странная борьба «SAMBO», крайне эффективна. Я не знаю пока практику лучше.

— Что по делу?

— Базовая подготовка отличная, пока нет знаний реалий нашего ландшафта. Но после нескольких выходов научатся. Все лучше парней из деревни. Те храбры, отличные следопыты, но учить их и учить.

— Тогда ставлю их в график выхода. Как твои люди?

Брейтенбах скривился:

— Страдают от отсутствия хорошей выпивки. Из-за санкций у вас не достать даже бутылку приличного виски. Вот эти сволочи и приспособились возить сюда из дома на самолетах разные виды «противозмеиной сыворотки», так именуют бренди, «физраствора», это виски, «средства от ожогов» — ром.

Его коллега рассмеялся.

— Находчивые, черти! Можно мне тогда бутылку «средства от ожогов».

— В следующий раз привезут.

Прибывших «немцев» натаскивали на территории базы, где стояла «4-я рота Родезийской САС», состоящая исключительно из солдат и офицеров спецназа ЮАР. В силу секретности южноафриканцы были расквартированы отдельно и практически не имели контактов с внешним миром. Очень малое количество людей во властных структурах обоих государств знало о том, что в родезийских вооруженных силах есть отдельное секретное подразделение.

Капитан Ян Брейтенбах из южно-африканского САС решил, что южноафриканцам стоит пройти боевую обкатку в Родезии, где уже полным ходом шла война, и связался с командиром РСАС Брайаном Робинсоном. После того как предварительные договоренности были одобрены как родезийским, так и южноафриканским верховным командованием, было решено, что две группы южноафриканских спецназовцев по пять человек каждая будут приданы батальону местного САС для участия во «внешних» специальных операциях на период до шести месяцев.

Причем операции будут в полном смысле слова совместными — оговаривалось, что обособленно южноафриканцы действовать не будут. В то время родезийская САС активно работала в мозамбикской провинции Тете, к северу от Замбези. Группы южноафриканцев убыли в Солсбери, где им выдали родезийскую форму, снаряжение и ввели в курс дела — в течение недели на базе САС проводились совместные тренировки для отработки боевого слаживания команд.

Родезия, размером примерно с Калифорнию, столкнулась с войной на четырёх фронтах: вторжениями ЗАНУ на северо-восток и восточные нагорья из Мозамбика, террористическими атаками ЗАПУ на северо-западе и ограниченным терроризмом и вербовкой, осуществляемыми преимущественно ЗАПУ вдоль западной границы с Ботсваной. Только 350 километров границы с ЮАР можно было назвать дружественными по отношению к Родезии.

В Родезии, управляемой белыми, не хватало белой рабочей силы; и поскольку в начале семидесятых годов война против партизанских сил Джошуа Нкомо, базировавшихся в Замбии, и его соперника Роберта Мугабе, базировавшегося в Мозамбике, становилась всё более ожесточённой и кровопролитной, призывать местных белых поселенцев оказалось недостаточно для пополнения рядов. Поэтому сначала скрытно, а затем всё более открыто, режим Яна Смита начал вербовать профессиональных белых солдат со всего западного мира. Большинство из них были британцами и американцами. Но все в мире меняется.

Рон Рид-Дэйл отошел палатки в размышлении. Ему вообще было странно, что Восточный блок пришел к ним на помощь и теперь помогал бороться с недавними союзниками. Но имеющийся у него жизненный опыт говорил, что союзы никогда не бывают вечными. И он видел, как в Солсбери постоянно прибывают люди из разных стран Европы. Стабильность привлекала многих, кто не забыл, для чего живет человек. Количество белого населения растет. И это чаще всего специалисты. Экономика в итоге получила резкий подъем. Растет и количество школ для черного населения, что строят на деньги зарубежных фондов. Образование — вот лучший