Станция "Глизе" - Мария Павловна Лунёва

Сверху загудело, и замигали по очереди зеленые огоньки.

— Немного снотворного, чтобы результат был четче. Приятных сновидений, Эль.

… Мне снились зеленые коровки на лугу. Я прыгала по травке, собирая букет из цветов. Правда, он тут же в моих руках преобразовался в венок.

Рядом, как ни странно, резвился здоровяк Зейн, сбивая хвостиком одуванчики, за его спиной, расставив руки в стороны, крутилась Фиомия. Я видела её смеющейся светловолосой девчонкой с озорным вздернутым носиком и беленьким хвостиком…

А чуть дальше скакал Рихард Фрац в образе козла. Рога и копыта, а также бородка — всё было при нём.

Пережёвывая травку, он всё мне пытался чего-то там про фильтры втирать. Якобы он где-то читал, что их нужно трижды в день менять. И не какие-то там использовать, а вот определённой марки.

На какое-то мгновение его глаза залила уже знакомая мне нефтяная жижа, но козёл… то есть Рихард, моргнул, и она исчезла.

При этом наш горе-моторист размахивал почему-то пачкой женских прокладок известного бренда. Я же стояла, держала за хвост Зейна и пыталась у него, как у старшего по званию, узнать, с каких пор на корабле вместо фильтров используют… ну, вот собственно, те самые прокладки.

Он пожимал плечами и советовал спросить у Краса.

В общем… Всё было очень странным, но безобидным. Даже Рихард в образе козла мне нравился куда больше обычного…

…Сигнал. Открыв глаза, я уставилась собственно на Краса.

— А вы что-нибудь понимаете в прокладках? — выдала не подумав. — Зачем их в фильтры вставлять?

Он хохотнул и, повернув голову, важно так кивнул своему котейке, сидящему на его плече:

— Ты глянь, Дэм, какое у нас интересное поколение подрастает. Ни с добрым утром тебе, ни когда ужин будет. А о корабле думает. О фильтрах!

Сжав веки, я распахнула глаза и сообразила, что в капсуле.

— Док! — мой вопль сотряс стены.

— Здесь я, Эль, не голоси. Смотрю, что у нас получилось.

— И? — в нетерпении я привстала на локтях и нашла его взглядом.

— Всё в норме. Если не считать один нюанс. Это или сбой, или ерунда какая-то.

— А подробнее?

Почувствовав себя неуверенно, села и свесила ноги.

— Что у нашей девочки там, Хайян?

— Чертовщина там, Крас. В какой-то момент мозговые волны задвоились, но на краткий миг.

— Это как? — я обалдело уставилась на врача.

— В вашей голове есть что-то, Эль. И это что-то мыслит. Оно сообразило, что идёт обследование, и скрылось.

Я повернулась к Красу. Тот, знай себе, коту ухо начёсывал.

Нет, ну что за ерунда.

— Док, вы не пили? Может, с капитаном вискарь? Совсем немного? — уточнила. Ну, мало ли… Пропустил стаканчик, пока я спала, вот и задвоилось у него там всё…

— Нет, Эль, — доктор Хайян поднялся. — Я прекрасно слышу, как это звучит. Но результат такой, какой есть. Капсула зарегистрировала деятельность мозговых волн двух обследуемых. Но второй как появился, так и исчез. Что тебе снилось, Эль?

Глава 16

Услышав вопрос, я даже как-то смутилась.

— Да ерунда всякая, нестрашная, — уточнила. — Лужок, козлики… Вернее, один козел с лицом Рихарда… Зейн еще рядом бегал.

— Любопытно, — Крас улыбнулся. — Наш хвостатый пилот даже во сне вас оберегает.

— Да при чем тут это… Нет… Ну, как бы все наводит на мысль: природа, хвостатые. Логично.

Крас и вовсе захохотал.

— Слышал, Дэм? Зейн ей снился, а ты нет. Недостаточно хвостат. Надо исправлять.

Мелкий рыжий комочек на его плече даже как-то возмущенно подернул этим самым хвостом.

— Вот не надо, — снова возмутилась я. — Он для меня вне конкуренции. Его рыжая лохматость выше всяких похвал.

Крас покачал головой и, поймав меня за руку, принялся откреплять манжеты.

— Беда с тобой, девочка. Ох, беда.

Смущенно улыбаясь, я помогала ему избавлять себя же от датчиков. Ощущения при этом были такие странные. Он вел себя как отец: с той же ворчливой заботой, немного неуклюжей и искренней.

— Что скажешь, Хайян?

— Да ничего. Не помогут здесь никакие препараты. Следить нужно, чтобы не вляпалась ни во что. Ну и контролировать связь… Чтобы жалобу никто на нее не отправил. А дальше думать будем. Что бы там ни было в ее голове, это нужно вычислять и блокировать.

Слушая их, я чесала плечо, оставляя глубокие красные полосы.

— Успокойся, Эль, — док заметил мое жуткое волнение. — Что бы там ни было, мы справимся. А пока всем в столовую на ужин. Режим и хорошее питание — наше все…

Да какой там. Меня мелко трясло. Я даже осознать все услышанное до конца не могла. Во мне живет кто-то, способный мыслить. Это мать его, как? Где оно там живет и откуда оно взялось? И что это вообще за оно?

Бестолково хлопая ресницами, я слезла с медицинской капсулы и направилась на выход.

Во мне живет кто-то…

— Да бред! — не выдержав, я развернулась. — Слушайте, два года назад погиб мой отец. Следователи приходили в интернат со мной поговорить. Они утверждали, что я последняя, кто говорил с ним, что я видела момент его смерти. И это настолько шокировало, что я упала в обморок. У меня кратковременная потеря памяти на фоне сильнейшего эмоционального потрясения. Только и всего. Я не помню один чертов день. И никого во мне нет. Откуда бы взяться?

Выговорилась и сдулась. Вроде и волновалась, но даже легче стало. Я об этом вообще ни с кем никогда не говорила.

Доктор смотрел на меня с такой жалостью, будто я побитая собака. Это бесило. Крас же просто улыбался, как будто не услышал ничего интересного.

— Эль, мы летим на Глизе. Выполним заказ, разведаем, что там и как, а после будем разбираться с твоей проблемой. Возможно, ты права, и это нервы. А у дока сбоит капсула. Не переживай ты так, мы за тобой проследим. Рты кому надо закроем. И все будет хорошо. Правда, Дэм?

Кот дернул ушами и принялся намывать лапу.

… В столовой уже сидели остальные члены команды. Стоило нам зайти, как мужчины слаженно подняли головы и уставились на меня. Но если в глазах Зейна читалась тревога, то Рихард и Карлос откровенно скалились.

— Рожи добрее сделали, или я сама вам их мимику подправлю, — рявкнула на них. — Уткнулись в контейнеры и жрать.

Мое волнение выплеснулось в агрессию.

— Так их, — над плечом Зейна появилась довольная мордашка Фиомии. — Женщины рулят. Бей хари и доминируй!

Зейн отправил ложку с бульоном в рот, но,