Большая охота - Виктор Гвор

вообще нуль. Мамой клянусь, финикийский или турецкий. Или вообще экзотика типа баскского. Только он сам этого языка не знает, просто заучил фразу. Три раза повторил, слово в слово, пока дошло, что мы не те, кого он ждал.

— Пароль?

— А что ещё? А когда понял, что мы русские — перепугался. Да так, что чуть не обделался. Пиратов с железной мордой ждал, а от нас шарахнулся, как черт от ладана! Чуть не обоссался от переполняющих эмоциев. Ручонками махал, ногами сучил. Идти не мог, пока леща не получил!

— А без леща никак было? — хмыкнул Тимофей.

— Не, — замотал головой Лёшка. — Говорю же, у него ноги от страха отказали. Не лечить же придурочного! А вмазал всего разок, зато мигом выздоровел. Да я аккуратно, никаких следов! Не докажут. В общем, мутный хмырь!

— Принцессе тоже ты бланш под глаз поставил?

— Ты чё, командир! — парень сделал вид, что обиделся. — Чтоб я девчонку, хоть она сто раз принцессой будет⁈ Да и Кристя прикольная девка! На Наташу похожа, хоть и не дотягивает. Плавать со связанными руками совсем не умеет.

— Знаешь, в нормальных государствах принцесс такому не учат.

— А Наташа умеет. Она же у нас, так-то, тоже принцесса получается.

— Кто тебе сказал, что у нас нормальное государство?

Лёшка почесал затылок:

— Тоже верно. Вон, несётся. Легка на помине. Зуб даю, сбежала из больнички!

Глаз у скандинавки открылся, синяк поблек, ушки заросли немного, но ещё полечиться ей точно не помешало бы.

— Князь, — сходу взяла быка за рога Кристиджана. — Я так понимаю, что доставить нас в ближайший цивилизованный порт Вы откажетесь?

— Безусловно, — улыбнулся Тимофей. — Ближайший цивилизованный порт, в который мы зайдём, называется Южно-Курильск. Можем заглянуть в Коломбо, Джакарту или Сингапур. Но оттуда непонятно, как выбираться. А из Южно-Курильска до Стокгольма можно и за сутки долететь.

— То есть, мы идём с вами до Южно-Курильска. Как долго?

— Рассчитывайте на два месяца. Но мы сегодня же выйдем на связь и сообщим о случившемся.

— Кому?

— Своим, конечно. А они передадут по цепочке. Несколько часов, и в Стадсхольмене будут в курсе событий.

Девушка помолчала, что-то обдумывая.

— Женщин у вас в экипажах нет? Ни одной?

Тимофей развёл руками.

— Всё. Конец моей репутации! Тогда я хочу плыть с ним, — принцесса ткнула пальцев в Тишкова. — На «Наталье».

— Не пойдёт! — опередив Тимофея, отмахнулся шестнадцатилетний капитан. — У меня и каюты для тебя нет отдельной. Корабль крохотный, все в одном кубрике в три слоя спим.

Врал, конечно, но скандинавской принцессе не положено знать, где спят капитаны на курильском эсминце.

— Я тоже могу спать в кубрике с матросами! — заявила наследница скандинавского престола.

— Ладно, хочешь спать с матросами — спи с матросами, — кивнул Лёшка. — А жрать солонину с перловкой, как матросы, можешь?

Никакой солонины с перловкой в матросском меню не наблюдалось, но опять же, откуда ей знать?

— Что есть «перловка»? — поинтересовалась принцесса.

— Каша, — разъяснил Лешка. — Невкусная.

— Кашу есть могу, — согласилась дочь Хинрика. — И невкусную могу. И даже овсянкой способна питаться!

Лешкин эсминец примерно такой же, но совершенно не похож

Командир эсминца вздохнул:

— Слушай, Кристя! У меня на судне восемнадцатилетние пацаны. Специально помоложе отбирал. И них гормоны играют и между ног чешется! А тут появляешься ты, такая вся из себя. Ты думаешь, они принцессу увидят? Девку они увидят! Молодую и красивую.

— Я такая и есть, — выпрямилась принцесса. — Но я могу за себя постоять!

— Да никто тебя не тронет! — отмахнулся Тишков. — Парни между собой передерутся за право отнести тебе овсянку! Вот только на хрена мне такое счастье⁈ Они же всем экипажем будут в коридоре слоняться. Иди на «Надежду» или «Афанасия». Там и мужики постарше, и каюты адмиральские есть.

— Я хочу с тобой!

— Вот только не надо в меня влюбляться! — заявил Лёшка. — У меня девушка на Кунашире! Такая же душная, как ты. И тоже принцесса. Мне только не хватает, чтобы вы при знакомстве друг другу глазки повыцарапывали!

— Вы, мужчины, только об одном и думаете! — крикнула покрасневшая Кристиджана. — Маленький ты ещё, чтобы в тебя влюбляться! — она вдруг совершенно по-детски показала парню язык. — И вообще, у меня жених есть! Вон, граф Лундберг!

— Только ты за него не хочешь, — хмыкнул Лёшка.

— Тебе какое дело⁈ — вспылила принцесса.

— Мой капитан задал правильный вопрос, Ваше Высочество, — вступил Тимофей. — Он Вам не нравится. А мой царственный брат не прочь породниться с Лундбергами. И Вас отправили в романтическое путешествие. Верно?

Девушка всхлипнула.

— Кто приказал уйти так далеко на юг?

— Я, — ещё один всхлип. — Он заявил, что я трусиха. А я не трусиха! — в голосе на минутку прорезалась сталь. Или ослиное упрямство…

Тимофей кивнул:

— Цена Вашей не трусости — жизни погибшей команды.

Лешка за спиной Кристиджаны провёл пальцем по шее. Тимофей покачал головой.

— Я… — снова всхлипнула принцесса, — просто… ну… если что вдруг… Лёшка меня точно спасёт!

— Тебя здесь любой спасёт, — чуть дал слабину польщенный мальчишка.

— Мне с тобой спокойней!

— Потому что ты никого не знаешь! Пойдём, я тебя с ребятами с «Надежды» познакомлю!

Лёшка обнял девушку за плечи и повёл в сторону.

— Эй ты, быдло! А ну немедленно отпусти Её Высочество! Как ты посмел своими грязными руками…

Лундберг выглядел замечательно. Мало того, что не пострадал, так ещё и платье сменил, добравшись до собственной каюты. Красавец мужчина во всём великолепии.

— Пошёл на хер, — бросил Тишков. И клацнул зубами, — а то лицо обглодаю, попугай стокгольмский!

— Граф! — вмешался Тимофей. — Подойдите ко мне! Хочу задать Вам несколько вопросов.

— Но князь! Этот оборванец смеет…

— Сюда иди, хмырь, я сказал! Её Высочество сама разберется, кому что можно. Она совершеннолетняя. А ты мне скажи, с кем вы договаривались о нападении на яхту?

— О каком нападении? — Ларс вытаращился столь натурально, что если Харза и испытывал крохотные сомнения в его виновности, тут же убедился бы в их не