Большая охота - Виктор Гвор

— Ну как же! Чтобы вы могли спасти принцессу из безвыходного положения, сначала надо было поставить её в это положение! А потом Вы чудом вызволяете девушку из лап страшных финикийских пиратов, протаскиваете её через полстраны… А как ты собирался выбираться? Вряд ли ты в состоянии достоверно изобразить захват самолёта. Хотя о чем я, вам бы определенно помогли. Операция-то явно организована не таким недоноском, как вы, мин херц.

— Да как Вы смеете, князь! Я граф Лундберг!

От оплеухи Харзы граф сполз по переборке, сел на задницу, захлопал глазами…

— Жениться захотел⁈ Романтическое спасение разыграть? Пожертвовав командой!

— Это простолюдины! Быдло! Кто их считает! — Ларс, сидя, отползал от Тимофея.

— Мы считаем! — хмыкнул Куницын. — И вас тоже считаем. Кого на кол, кого в петлю…

— Отец сотрёт тебя в порошок! Вместе с твоим опереточным княжеством! Всех! Всех! Только я могу вас спасти!

— Себя спаси для начала!

— Мы можем договориться! У нас много денег. Очень много.

— У нас тоже. Так что, во всём виноваты только твои родственники? Мстим им?

Лундберга разобрал истерический смех:

— Мстите⁈ Вы? Какое-то микроскопическое королевство на краю Земли мстите самым могущественным магам цивилизованного мира? Что смотришь, русская свинья? Тебя распнут… Сожгут… Колесуют! Разорвут дрессированными медведями, самое то для такого дикаря как ты!! Да, мы хотели женить меня на Кристиджане, чтобы породниться с Хинриком! И что? Ты думаешь, ты мне помешал⁈ Нам никто не может помешать! Да, я слабосилок! Но с отцом и братьями мог сравниться лишь Генрих Кауфман! А теперь его нет!

Тимофей дослушал до конца. Присел рядом, наклонился поближе:

— Ты знаешь, кто убил Кауфмана?

— Понятия не имею!

— Я, — ласково улыбнулся Харза. — Так что, если у тебя есть козыри, пора их выкладывать.

Лундберг, оскалившись, швырнул клубок силы, сотканный из множества замкнутых в кольца нитей, вращающихся с сумасшедшей скоростью. Плетение сотнями циркулярных пил вгрызлось в защиту, разнося её в клочья. Но слишком медленно. Тимофей ответил потоком голой силы, сносящей назад и растворяющей вражеское заклинание, перекатом ушёл с линии атаки, всадил в щенка три пули, нырнул в астрал, выдернул суть Ларса, разорвал её, поглотил и вернулся в реальность. Старик даже высунуться не успел. Уже не торопясь, добил вражеское плетение.

Всё-таки, рискованно и непривычно. Вместо того, чтобы просто убить врага, долго и нудно провоцировать его. Но Харза чуял, что у Лундберга есть какой-то козырь. Конечно, можно было поглотить суть сразу, всё бы узнал. Вот только… Так и не привык Тимофей поглощать человеческую суть без серьёзной причины. Вызывал этот процесс лёгкую брезгливость. Физически — просто усваиваешь информацию, но вот шевелится внутри какое-то непонятное чувство уважения к личности. Почти любой. Не то, чтобы табу, но… В общем, лучше рискнуть.

Достал рацию:

— Адмирал — Харзе. Иван Степанович, объявляй часовую готовность к выходу. Девчонку на «Надежду». Яхту на буксир. Боцмана скандинавского пристрой. Мне нужно пятьдесят минут поспать.

Новости дня

Яхта Её высочества коронной принцессы Скандинавского Союза Кристиджаны Хинрикдоуттир, совершающей морской круиз в честь собственного совершеннолетия, подверглась нападению марокканских пиратов возле берегов Африки. Яхте удалось потопить нападавших и уничтожить гнездо пиратов недалеко от города Сафи. Её Высочество лично участвовала в боевых действиях.

Необходимую помощь получившей повреждения яхте оказали корабли недавно образованного Курильского княжества.

Султан Марокко заявил протест Скандинавскому Союзу в связи с уничтожением крупнейшей военно-морской базы страны и базирующегося на ней флота.

Да́генс нюхе́тер, Стокгольм.

[1] СРЗ — судо-ремонтный завод

Глава 7

Про стычку с компанией Маня родителям не рассказала. Сообщила только, что познакомилась с классными ребятами, и теперь будет гулять с ними. Обычно секретов от папы с мамой девочка не держала, но тут… Сделать они против дворян ничего не смогут, только зря перенервничают. Папа и так переживает, что его работу, из-за которой и переезжали, закрывают. Боярин решил, что она не нужна роду. Пусть лучше родители радуются, что у дочки и в новом районе друзья появились. О том, что курильчане через декаду или полторы вернутся в свою Гавань, Маня старалась не думать. Полторы декады — это же почти вечность. Зачем настроение самой себе портить?

Вот в школу идти не хотелось! Но деваться некуда. Маня только оделась так, чтобы удобно было бегать. Если что, задать стрекоча, и пусть попробуют догнать! Она и в старой компании многих мальчишек обгоняла, а уж местные слабаки, у которых ни стадиона под рукой, ни Измайловского парка… Но всё оказалось не так плохо.

Возле школы обнаружились новые знакомые. Одеты в пятнистую форму, очень похожую на военную, на рукаве красный герб с белым цветком и желтым зверем, похожим на соболя. И у каждого кобура на поясе! Пистолеты не прятали, как вчера, выставили напоказ. Ученики на компанию смотрели с опаской, близко не подходили. А Маня подошла. Поздоровалась, похлопала по ладошкам и потопала к входу. Но не тут-то было!

Откуда-то вывалилась вчерашняя троица и начала что-то бессвязно бормотать, перебивая друг друга. Девочка даже не сразу поняла, что они просят прощения. Напыщенные, самоуверенные дворяне наперебой просят их простить за глупую шутку, которую они не хотели, но сделали, потому что идиоты, а если кто-то к Мане сунется, то они все втроём этого кого-то, и старший брат тоже, и вообще все силы трёх родов бросят на защиту, и всё такое. Только обращения «Ваше Высочество» не хватало!

И не успокоились, пока Маня не сказала, что прощает. Забывать, конечно, не собиралась, но не отстанут ведь! А ещё подумала, что сама дура. Давно надо было соколинских пацанов собрать, приехать и всем объяснить, кто есть кто, и кому прилететь может. Против Соколинки никакие дворяне не катят! Но теперь-то чего кулаками махать, поздно.

На переменах тоже никто не приставал. Только девчонки шушукались за спиной, а в столовой подошла Светка Панкратова из девятого «А», признанная королева школьной красоты, тщательно осмотрела Маню, фыркнула и ушла, ничего не сказав.

Курильчане обнаружились у школы и после уроков. Спросили, идёт ли она гулять, и всем скопом отправились домой, класть портфель. У подъезда Витёк вручил Мане свёрток:

— Вот, переоденься, — почему-то пряча глаза, сказал мальчик. — Чтобы не выделяться.

Девочка кивнула и помчалась наверх.

Кинула портфель, переоделась. Покрутилась перед зеркалом в прихожей. Форма сидела, как влитая. И очень Мане шла. Вот только забыла, что сегодня мама дома! А та не