Консультант - Александра Торн

Рейден привалился спиной к кухонной двери, и замок защелкнулся. Бреннон сжал рукоять трости.

– Сколько любопытства, – процедил Рейден. В полутени его лицо казалось бледнее, а глаза стали совершенно черными. Натан не сводил с него взгляд и все же упустил момент, когда в черноте зрачков вспыхнули янтарные огоньки.

Стоя перед родным департаментом, Бреннон пытался сообразить, как он здесь очутился. Он точно помнил, что вышел и куда-то направлялся, но куда и зачем? Явно шел с какой-то целью, не стал бы он просто так бродить в разгар расследования, но с какой? Натан сунул руки в карманы – может, там осталась записка? Улика? Что-то же толкнуло его пойти черт знает куда! И как он вернулся?..

– Мистер Бреннон!

Он обернулся. Этот голос ему всегда был приятен – но сегодня в особенности, потому что мелодичный оклик несколько развеял туман, клубящийся в голове. Вдова ван Аллен спешила к нему в сопровождении старшего сына и приветливо улыбалась.

– Добрый день. – Комиссар поклонился и благодушным кивком ответил на почтительное приветствие молодого человека. – Как ваши дела?

– Благодарю вас, превосходно. Однако вы не были у нас уже два дня. Не желаете ли пообедать?

При слове «обед» в душе (и желудке) Натана все всколыхнулось, тем более что в департаменте срочных дел не предвиделось, а результаты вскрытия раньше вечера можно было не ждать.

Когда комиссар покончил с десертом и придвинул к себе большую чашку чая, миссис ван Аллен присела за его стол и смущенно кашлянула.

– Великолепное жаркое, – сказал Натан, чтобы начать беседу. – Тает во рту.

– Да-да, спасибо, – рассеянно согласилась вдова. – Скажите, мэр все-таки разрешил гулянья на озере или нет?

Бреннон посмотрел на нее поверх чашки. Хозяйка кафе отвела взгляд и призналась:

– Мы прямо напротив вашего департамента и открыты с раннего утра до поздней ночи. Их уже четверо, верно?

– Верно, – проронил комиссар.

В самом деле, трудно не заметить подводы с глыбами льда… Но как она догадалась о том, что это?

– И будут еще?

Она испытующе смотрела Бреннону в лицо. Натан задумчиво побарабанил пальцами по блюдцу. В конце концов, скоро уже пойдут слухи.

– Вероятно, если мы не предпримем мер предосторожности.

– Каких?

– Не выходите из дома ночью.

Миссис ван Аллен слабо вздохнула. Бреннон подбирал слова:

– Не открывайте никому после заката. Даже если вам будет казаться… м-м-м… что вас зовут, что с улицы слышен звон или чей-то голос, даже если вам захочется выйти.

– Боже мой, – тихо проговорила миссис ван Аллен. – Это не человек.

Комиссар подобрался. Она не спрашивала. Значит, знала.

– Почему вы так уверены?

Женщина как будто не услышала. Она смотрела сквозь собеседника, глубоко задумавшись, а потом вдруг накрыла руку комиссара своей. Бреннон вздрогнул так, что чуть не окатил себя чаем. Более неприличного жеста от такой уважаемой дамы и представить трудно.

– Миссис!

– Простите, – очнулась вдова, вспыхнула румянцем и убрала руку. – Вы так это описываете, словно уверены, что нам угрожает не человек. Кроме того, в вашем департаменте появился этот консультант по странностям.

«Вот трепло!» – подумал Натан совокупно обо всех полицейских. Шум в голове утих, и комиссар почувствовал, что память несколько прояснилась. По крайней мере, теперь он был уверен, что шел к дому Лонгсдейла. Если еще немного поднатужится, то, глядишь, даже вспомнит – зачем.

– Это пока еще не установлено, – заметил Бреннон, но по лицу женщины понял, что отговорка вышла неубедительной.

– Возьмете с собой медового напитка? В нем ни капли спирта, его можно при исполнении.

– Пожалуй… Скажите, у вас есть друзья за городом?

Миссис ван Аллен покачала головой:

– Нет. Думаете, это повторится?

Бреннон поднял бровь.

– Их привозили в департамент каждые три-четыре дня. А сегодня уже пятый после того, как…

«Хорошо, что дураков больше, чем умных», – подумал комиссар. Не все способны подсчитать дни, как миссис ван Аллен. Но пока не все и знают, что эти дни нужно считать. А вот что будет, когда трупов станет слишком много…

– Вы позволите мне предупредить друзей? Обещаю, что никакой паники…

– Да.

Вдова улыбнулась, но улыбка тут же угасла.

– Вы уверены, что этот человек, которого ваши люди называют консультантом, сможет нам чем-нибудь помочь?

– По крайней мере, он скажет, как эту тварь прикончить.

Миссис ван Аллен, чуть нахмурившись, задержала взгляд на полицейском департаменте и поднялась.

– Я принесу вам напиток.

Бреннон проследил за ее взглядом. Консультант и его пес стояли у крыльца и пристально смотрели на пекарню.

– Садитесь, Бреннон, – буркнул Бройд, – подвезу.

Покатиться в одном экипаже с начальством было большой честью, но Натан понимал, что шеф просто не хочет обрести вместо комиссара ледовую скульптуру. Бреннон забрался внутрь, и кучер тронулся с места.

– Еще немного – и они откажутся выходить на улицы, – негромко сказал Натан. – Сегодня детективы спрашивали об амулетах против нечисти.

– И что сказал консультант?

– Сказал, что это не нечисть.

– А что ж тогда? – удивился Бройд.

– Нежить.

Шеф полиции поразмыслил.

– А есть разница?

– Для нас принципиальной нет. Вопрос в том, насколько мы можем доверять его объяснениям.

Память Натана прояснилась еще до конца бутылки с медовым напитком. И Бреннон не стал таить от начальства ценные сведения насчет консультанта и его дворецкого. Пусть он ни черта не понял в том, что именно Рейден сделал, зато было ясно как день: так можно защищать только какой-то крайне важный секрет.

– Мы вообще знаем, откуда он? У него имперская фамилия, – закончил свою речь комиссар.

Бройд покряхтел несколько виновато, как различил Натан.

– Тут немало людей с имперскими фамилиями. Лонгсдейла мне посоветовали из столицы, письма, рекомендации, отзывы – я все проверил. Все настоящее.

– Это им так кажется, – сказал Натан. – Откуда нам знать, что этот дворецкий может внушить человеку.

Шеф хмуро молчал. Бреннон отвернулся к окну. По стеклу ползли морозные узоры, потихоньку съедая его от краев к центру. Натан вздохнул, и дыхание превратилось в пар.

– Как это начинается? – спросил Бройд.

– Становится холодно.

– Что, еще холоднее?

– Угу.

– Да тут и так не майский день, – пробурчал Бройд и откинул с сиденья узорчатую мазандранскую шаль. На комиссара блеснули длинными дулами два револьвера «Морриган». Бреннон не видел их с тех пор, как Бройд палил из них в красные имперские мундиры.

– Это единственные, в которые я смог засунуть серебряные пули, – пыхнул сигарой бывший полковник. – Бери.

– Думаете, поможет?

– Думаю, не только у меня была кормилица из деревни.

Натан положил на колени револьвер. В темноте напротив тлел красный