Алхимик - Галина Мерзлякова

находила, да и уже хотелось кушать. А вдова Шэнь упоминала, что на ужин сегодня будет что-то кроме риса и вегетарианской еды. Точнее, она обещала приготовить пельмени. Я уже представляла себе эту тарелку пельменей из упругого теста, исходящих жиром, посыпанных хорошо прожаренным зелёным луком. А рядом — несколько плошек с уксусом, сметаной и сложным соусом, замешанным на основе горчицы. Живот подвел и сильно заурчал: кажется, съеденной утром каши мне все же не хватало.

Идти вниз по тропинке оказалось неожиданно спокойней, чем подниматься вверх. Может быть, это спокойствие мне дарило осознание, что у меня есть относительно тихая гавань, где я смогу расслабиться и хоть как-то наладить собственный быт. Однако быстро наступающая темнота подсказывала мне, что стоит поторопиться. Находиться ночью в лесу далеко не так безопасно, как мне бы хотелось. Вот когда обустроюсь окончательно, то развешу вдоль тропинки самосветящиеся бусины, которые видела в лавке торговца. И хотя я понимала несбыточность этого плана, одно его наличие уже меня радовало. Если когда-нибудь соберусь с духом, загляну к нему, уточню, сколько подобное стоит. Если не как крыло от самолёта, то буду копить хотя бы на одну. Что-то подсказывало, что вышивать при свечах — не самое полезное занятие для глаз. А в связи с отсутствием других развлечений… почему бы и не заняться вышивкой? В конце концов, у моего тела раньше это неплохо получалось. К тому же, если я планировала её продавать, было бы неплохо набить руку. В данном случае мозги не успевали за телом, а мне их надо было как-то синхронизировать. Я подозревала, что качественная вышивка, как у оригинальной Лу Шиань, у меня не получится. Но стремиться к идеалу надо.

В город я успела перед самым закрытием, узнав для себя, что с закатом ворота закрываются и никого уже не впускают. Официально. Было у меня подозрение, что те, кого пропускали вне очереди, проходят ночью, но доказать, как говорится, я не могла.

Меня уже ждали. Вдова Шэнь. А ещё меня ждали пельмени — со свининой, редькой и капустой по-пекински. Совершенно не похоже на то, что я представляла. И вместо привычных мне завитушек, похожих на ушко, здесь было что-то вроде пирожка, просто меньше. Да и тесто почти прозрачное, даже начинку видно. Однако менее вкусными от этого они не становились.

О моих похождениях вдова Шэнь уже имела общее представление и понимала, что я планирую съехать. Вот только в её взгляде я читала некоторую обеспокоенность. И эта обеспокоенность меня согревала — не хуже, чем раскалённый кан. В этом мире, где я была абсолютно одна, есть кто-то, кто хоть немного тревожился обо мне.

Глава 6

Осел оказался не в восторге от того, что его куда-то потащили с груженой тележкой за спиной. Ну ничего, переживёт. Задача у него такая, таскать грузы, которые хозяйка не поднимет, по тем дорогам, по которым хозяйка не пройдет. С последним я несколько преувеличила - хоть тропинка все еще петляла, периодически скрываясь в траве, пройти по ней, даже с тележкой, было можно, но сложно.

На этот раз добираться до домика мне пришлось дольше — что поделать, тележка с вещами не обладала повышенной проходимостью, и порой ослу приходилось помогать. Не раз и не два я вспоминала увиденный где-то на Ютубе урок, как правильно выталкивать застрявшую машину. Но, слава богу, серьезно мы нигде не завязли, однако я задумалась о том, что если буду брать осла в город, а я буду, надо озаботиться чем-то, что будет удобнее, чем неповоротливая телега, например, чересседельные сумки или корзинки. В них вместится, конечно, намного меньше, но да ладно. К тому же животинка у меня старенькая, почти вся морда седая, за исключением пары оставшихся рыжеватых пятнышек.

Когда мы добрались до места, осел внимательно осмотрелся, дергая длинными ушами, а потом окатил меня недовольным взглядом, а мне осталось пожать плечами — нормального загона здесь не было. Ему было чем возмущаться. У меня тоже, но я была здесь вчера, и проспав ночь с мыслями о новом доме, преисполнилась оптимизма и боевого настроя. Из разряда нет – сделаем, сломано – починим. Так что и нормальным загоном постепенно обзаведёмся.

С трудом зафиксировав телегу, что б, не дай бог, не укатилась куда нибудь, я принялась распрягать всё ещё безымянное животное, и это оказалось сложнее, чем я себе представляла. Даже с учетом того, что мне показали, как запрягать и распрягать животное. Из хорошего: осел, понимая, насколько криворукая хозяйка ему попалась, терпеливо сносил этот процесс, в конце которого облегчённо вздохнули и он, и я.

Найти небольшое место, куда можно было пристроить животину, удалось довольно быстро. Возможно, когда-то здесь был дровник; сейчас эта стена с навесом были пустыми — дрова предстоит ещё найти. К тому же я не наблюдала чурбачка с воткнутым в него топором для рубки этих самых дров. Заносим топор в список того, что нужно купить.

Перетащив вещи в первую комнату — не стоять же им на улице — я достала ведро (три вэня), верёвку (ещё один вэнь)… и несколько тряпок, которых мне от щедрот душевных выдала вдова Шэнь взамен на вышитые ленточки для А-Юнь. Вышить пару цветочков у меня много времени не заняло, тем более не двухсторонние же ленточки надо было делать. Да, получилось не так хорошо, как если бы вышивала изначальная обладательница моего тела, но даже так, осмотрев цветочки и листочки, вдова Шэнь покачала головой и сказала, что такую вышивку легко можно продать за хорошие деньги. Малышка была в восторге, моя бывшая хозяйка довольно щурилась, а я стала обладательницей старого тряпья и корзинки со снедью. Предстояло самое сложное — прибраться! Ну и да, важнейшее оружие уборщицы — веник — я наломала с ближайшего куста.

Найдя в багаже самое простое и потрёпанное ханьфу, я убрала волосы, закрыла лицо платком и принялась