Выживала. Том 4 - Arladaar

Ивановы жили рядом, этажом выше, у них тоже был маленький ребёнок, двух лет от роду, и санки в наличии имелись. Мария Константиновна попросила их на время, вернулась домой и стала одевать дочь, себя и велела одеваться Женьке.

Потом вышли во двор. На одни санки мама посадила Анастасию, к ним привязала другие санки и положила на них макулатуру. Таким необычным поездом тронулись до пункта приёмки, который находился недалеко, рядом с универмагом.

Женька думал, что прохожие будут заглядываться на них от явной необычности процессии. Однако этого не произошло. Детские сани — обычный советский ручной транспорт, на котором перевозили не только детей, но и вообще всё на свете, даже телевизоры! Марии Константиновне и Женьке попались два мужика очень непрезентабельного вида, которые на санках везли целую стопку деревянных ящиков с пустыми водочными бутылками.

Пункт приёма макулатуры выглядел почти так же, как пункт приёма стеклотары, только рядом с ним не кучковались плохо одетые люди в грязной одежде, с фингалами под глазом, которые попались им по пути. Видно его было издалека: в основном, заметно по очереди человек в пять, стоявших на лестнице, поднимавшейся к деревянной двери. На двери висела грозная табличка в виде альбомного листа с надписью от руки: «Картон не принимаем!»

Приёмка макулатуры шла шустро, люди проскакивали в дверь один за другим. Некрасовы заняли очередь и ждали всего 10 минут.

— Постойте тут! — велела Мария Константиновна и показала место у крыльца.

Когда подошла очередь, взяла две большие стопки газет, перевязанных бечевкой, и вошла внутрь. В небольшом помещении, чуть не от пола до потолка заваленном стопками старых газет и журналов, сидел плоховато одетый старичок интеллигентного вида, по виду бывший учитель или врач, и выжидательно смотрел на входящих к нему посетителей. Увидев молодую женщину с двумя кипами газет в руках, поздоровался, засуетился, но всё-таки бегло осмотрел пачки, чтобы в них не находился картон, взвесил и аккуратно положил макулатуру в угол.

— Сейчас в наличии только Иван Иванович Лажечников, роман «Последний Новик», — с лёгким смущением сказал он. — Издание качественное, подарочное, дорогое, в кожаной обложке, стоит 1 рубль 80 копеек.

— А что это за книга? — поинтересовалась Мария Константиновна.

— Лажечников — это русский писатель-историк девятнадцатого века. Один из первых русских писателей, писавших историческую прозу, — объяснил приёмщик. — Книга эта про то, как Пётр I захватил Лифляндию. Роман очень интересный, так сказать, взгляд на историю человека 19 века.

— А больше ничего нет? Приключения, фантастика, детективы? — с разочарованием спросила Мария Константиновна. — Ефремов, Конан Дойл, Агата Кристи, Жорж Сименон?

— Этого сейчас ничего нет, — покачал головой приёмщик. — Но я могу записать ваше имя, фамилию, отчество и выдать талон, что вы сдали 10 килограммов. Потом придёте сюда и спросите, что есть в наличии.

— Нет, давайте уже этого Лажечникова, — вздохнула Мария Константиновна. — Может, действительно интересная книга…

Старичок на специальном талоне написал, что сдано 10 килограммов макулатуры, и название книги. Потом протянул талон Марии Константиновне.

— Выкупать надо в книжном магазине на проспекте Металлургов, это у горсовета, — пояснил старичок и виновато добавил: — Правда, скорее всего, в нагрузку придётся ещё что-нибудь взять.

Мария Константиновна согласно кивнула головой, положила талон в кошелёк и вышла на улицу, запустив следующего по очереди.

— Ну что, как всё прошло? — с любопытством спросил Женька, сидевший рядом с Настей и развлекавший её разговорами.

— Нормально всё прошло! — покачала головой мама. — Сейчас пойдём в магазин, книгу выкупать.

— Что за книга-то? — поинтересовался Женька.

— Какая-то историческая! — махнула рукой Мария Константиновна. — Садись на санки, я вас двоих потащу.

Женька сел на освободившиеся от макулатуры санки, и поезд тронулся в обратном направлении. Пока ехали, Анастасия, слышавшая, что сзади сидит и едет Женька, хотела всё время развернуться и посмотреть, что он там делает. Впрочем, шли недолго. Вот что значит жить в центре, когда всё рядом!

Книжный магазин оказался большим, но народу в нём почему-то было мало. Пока Мария Константиновна разговаривала с сотрудницей в отделе заказов, Женька бегло пробежался рядом с книжными полками.

Полное собрание сочинений Владимира Ильича Ленина. Трилогия Леонида Ильича Брежнева: «Малая земля», «Возрождение», «Целина». Биографическая серия «Жизнь замечательных людей». Серия «Классики и современники», причём большинство книг, стоявших на полке, были написаны классиками: Пушкин, Некрасов, Толстой, Тургенев, Чехов. И рядом всё тот же советский реализм: книги Михаила Шолохова, Александра Фадеева, Аркадия Гайдара, Александра Твардовского, Николая Островского, Максима Горького, на отдельных шкафах учебная и краеведческая литература. К сожалению, больше в магазине ничего не было.

Марии Константиновне помимо «Последнего Новика» стоимостью 1 рубль 80 копеек пришлось в нагрузку купить книгу в красной обложке под названием «Материалы 25 съезда КПСС», стоимостью 25 копеек. Книжка была довольно объёмная, страниц 300, причём при одном унылом внешним виде, её хотелось спрятать подальше, а то и выбросить, либо пустить на растопку. Внутреннее содержание такое же, а ведь она была выпущена тиражом в 500 тысяч экземпляров! Очевидно, что советские люди не хотели покупать эти материалы, и их насильно вручали вместе с другими книгами, в так называемую нагрузку.

— Политиздат, 1976 год, — прочитал Женька, раскрыв первую страницу, пока мама рассчитывалась на кассе, потом посмотрел содержание. — Отчетный доклад генерального секретаря ЦК КПСС Л. И. Брежнева, доклады о пятилетнем плане развития СССР, заключительные слова съезду, резолюции съезда, основные направления развития народного хозяйства СССР на 1976–1980 годы, доклады членов Центрального Комитета и Политбюро ЦК КПСС. М-да уж…

Книга Ивана Ивановича Лажечникова «Последний Новик» смотрелась намного приятнее. По объёму страниц 500, аккуратный синий кожаный переплёт, белые страницы, мелкий красивый шрифт. Действительно, такую книгу можно кому-нибудь подарить, о чём говорила и цена: 1 рубль 80 копеек.

— А у вас что, мальчик читать умеет? — спросила сотрудница, увидев, как Женька листает купленные книги. — В каком классе он учится?

— В первом, — с гордостью ответила Мария Константиновна. — Читать он умеет. Ладно, пойдём мы домой, спасибо большое.

Анастасия, сидевшая в санках прямо рядом с кассой, услышала знакомое слово «дом», обрадовалась и замахала руками. Наконец-то! Вас как за смертью посылать! Я уже кажется, в штаны напрудила!

— Мама, а почему такие интересные книги нельзя просто прийти в магазин и купить? — неожиданно спросил Женька по пути домой. — Почему весь этот громадный магазин завален всякой лабудой, и никого из людей в нём нет? Пока мы стояли, ни один человек не вошел!

— Сенька, я не знаю, что ты меня спрашиваешь? — рассмеялась Мария Константиновна. — Хорошие книги, дефицитные книги