Выживала. Том 4 - Arladaar

— Женька, я тебе бутербродов положу, — заявила мама. — Правда, вот что только пить в дороге будешь…

— Может, термос ему дать? — предложил батя, но тут же отказался. — Я ему лучше свою фляжку дам.

Одним из больших неудобств в Советском Союзе было отсутствие пластиковых бутылок. Грёбаная пластиковая бутылка, даже из-под той же самой газировки, в которую в 21 веке можно было налить хоть воды из-под крана и взять с собой в дорогу, особенно если она предполагается долгой. Сейчас же, в Советском Союзе 1978 года, такой ёмкости просто-напросто не существовало! Были литровые, двухлитровые и трёхлитровые стеклянные банки, в которых наливали всё: от пива до молока и кваса. Были бидоны, были бутылки «Чебурашка» и водочные бутылки. Пластиковых бутылок с завинчивающимися пробками не было. Что хочешь, то и делай! Вот даже сейчас родители собирали перекус в дорогу. А какой в нём толк, если бутерброды надо чем-то запить, а запить нечем? Не давиться же всухую?

Хорошо, что у бати была литровая пластиковая фляжка, с которой он ходил на рыбалку. Фляжка была классической овальной формы, поэтому пользоваться ей было отчасти неудобно: невозможно было поставить стоймя, как бутылку. Но хоть что-то… Путь в автобусе предполагался долгий, как минимум, шесть часов, и без воды будет трудновато. Если в поезде можно взять хотя бы чай из титана или просто кипячёную воду, то в автобусе взять нечего, негде и неоткуда.

Батя налил в литровую кружку воды, положил несколько столовых ложек смородинового варенья, тщательно перемешал и получившийся морс налил во фляжку.

— Вот тебе, Семёна, питьё! — рассмеялся батя. — И бутерброды не забудь.

Бутерброды: кусочки батона с колбасой и сыром, мама завернула в кулёк из газеты и положила в спортивную сумку. Туда же сунули фляжку с морсом.

Немного посидели на дорожку, разговаривая о том о сём, уговаривая Анастасию не баловаться, а сидеть спокойно и провожать брата, а потом через окна раздался автомобильный клаксон, и все сразу поняли, кто это.

Внизу, у подъезда, стоял коричневый УАЗ-452, из которого вышла Светлана Владимировна в спортивной куртке, шапке и оглядывала окрестности. Она ещё ни разу не была у них дома и поэтому не знала, где находятся окна квартиры. Мария Константиновна постучала в окно и крикнула тренеру, чтобы она зашла. Однако Светлана Владимировна отрицательно покачала головой, улыбнулась, поняв, что её увидели, и сделала приглашающий жест рукой: пусть Евгений выходит на улицу.

Одежда уже заранее подготовлена, сумка собрана, осталось только надеть спортивный костюм, ботинки, спортивную куртку, шапку, шарф, перчатки, закинуть сумку на плечо и последний раз повернуться к родителям.

Папа и мама стояли у входа в зал с Анастасией на руках. Вид у них был очень удивлённый и какой-то умилительный, по-видимому, им доставляло огромное удивление то, как сын ответственно, серьёзно, практически по-взрослому собирается на свои первые в жизни соревнования в другом городе. Это же какая-то фантастика! Всего за год вырасти из обычного пацана до настоящего спортсмена, который претендует на самые высокие места на всесоюзном старте… Они до сих пор не могли понять и принять это всерьёз.

— Ну ладно, сын, ни пуха ни пера тебе! — сказал батя и помахал рукой.

— Сыночка, смотри там осторожно, желаю тебе всего лучшего! — сказала мама и улыбнулась. Из уголка глаза сбежала небольшая слезинка.

— Се! Ы-ы-ы! Дя! — сказала Анастасия и махнула рукой. Сенька, медаль привези и отдай мне!

Ну что ж, при таком напутствии, за медаль, конечно же, можно было попробовать побороться…

Затем он спустился по лестнице, покинул подъезд и заметил в окне бывшей спальни соседа всю их семью. Он помахал им, после чего сел в открытую дверь УАЗика.

— Здравствуй, Евгеша! — улыбнулась Светлана Владимировна. — Я вижу, настрой у тебя боевой, даже не имеет смысла об этом спрашивать, ведь так?

— Именно! — подтвердил Женька и уставился в окно УАЗика на проплывающие мимо него серые советские дома и добавил: — Попробую заявить о себе.

Светлана Владимировна с большим удивлением посмотрела на ученика: в который раз удивил своими разумными словами… Впрочем, совсем скоро слова не будут значить ничего. Только характер, стойкость, мужество и скорость будут иметь значение…

Глава 8

В Белокуриху!

В Белокурихе Женька бывал в 21 веке, в самом начале нулевых годов, когда тоже участвовал в первенстве России по юниорам, и, кажется, тоже в первый раз. Спортсмены жили тогда в санатории «Катунь», который был построен ещё в СССР, но и даже в девяностые-нулевые годы имел вполне достойное состояние и внешний вид. Интересно, где они сейчас будут жить?

Санаторий «Катунь» находился в центре курортной зоны, прямо посреди леса, у подножия горы Церковка высотой 801 метр, как раз на которой и проводился чемпионат России. Гора прекрасная, с огромными выкатами, с множеством трасс, полностью оборудованная для горнолыжников. Был подъёмник, причём в нескольких десятках метров от санатория. Конечно, можно спросить сейчас у Светланы Владимировны, где они будут жить, но почему-то не стал, решил, пусть это будет сюрпризом. Было бы приятно и неожиданно вступить в одну реку дважды.

Водитель служебного автомобиля городского комитета по физкультуре и спорту довёз до автовокзала, проверил, чтобы забрали все вещи, пожелал удачи и уехал. Женька и Светлана Владимировна отправились в зал ожидания, как две капли воды похожий на зал ожидания в железнодорожном вокзале. Те же жёсткие скамейки с облицовкой из лакированных досок, те же кассы, похожие на железнодорожные, разве что всё это поменьше, и даже объявления по громкой связи звучат потише, не раскатываясь громким эхом. А вот запах беляшей-чебуреков точно такой же.

Светлана Владимировна поводила носом, сказала, что надо бы прикупить закуску в дорогу, и направилась в кафетерий. Когда пришла, несла в руках кулёк из вощёной бумаги с несколькими аппетитными беляшами.

— Будешь? — спросила тренер, протягивая кулёк Женьке.

— Нет, спасибо, я пока не хочу, — отказался Женька. — Я дома позавтракал, и мама в дорогу бутерброды дала.

— Молодец твоя мама, — улыбнулась Светлана Владимировна.

Сама она тоже есть не стала, положила кулёк в спортивную сумку.

Большие круглые часы на стене зала ожидания показывали 9:30, и вскоре должны объявить посадку на автобус. В ожидании этого Женька разглядывал местный советский социум.

Автобусы отсюда ходили до близлежащих областных центров: до Кемерова, Новосибирска, Томска, Барнаула, до более мелких городов, Бийска, Белокурихи, Заринска, Белово, поэтому, как и на железнодорожном вокзале, кого здесь только не увидишь! Военные и гражданские, молодые и старые, родители и вездесущие дети, которые, как всегда,