Школьные Воины - Сергей Булл

А с моим нынешним телом даже раунд нормальной схватки неоправданный риск. Первую стычку не назвать полноценным раундом. У меня и так ноет рука от неё.

И это только одна грань. Вторая, и не менее важная — надо изучать местность, где я живу.

Поэтому свернул на параллельную улицу.

Здесь было немногим приличнее, чем в переулке у дома. Асфальт хотя бы не превращался в утрамбованную грязь через каждые пять метров. Вдоль тротуара тянулся ряд низких построек, слеплённых с чуть большей заботой, чем те лачуги на холме. Уже было больше похоже, что строили их не дети — а взрослые. Возможно, даже строители, но не самые лучшие.

Здесь было за что зацепиться глазу.

Магазинчик тканей с выцветшей вывеской. На пороге сидела старуха, обмахиваясь бумажным веером и щурясь на редких прохожих с той же смесью подозрительности и скуки, с какой смотрели все бабульки вне зависимости от страны.

Такое хорошо запоминается, а я побывал во многих странах. И почти везде видел эти взгляды.

Рядом прачечная, оттуда тянуло горячим паром и порошком. Возле неё курил мужчина в майке, вытертой до серости, тяжело привалившись плечом к стене, будто держал её.

Дальше — пара пивнушек, из открытых дверей сочился запах жареного мяса, пережаренного масла и разлитого пива, даже несмотря на дневное время.

У одной прямо на тротуаре стояли пластиковые столы, за одним из которых трое пожилых мужчин играли в какую-то настольную игру, не обращая внимания ни на жару, ни на проходящих мимо. А в прохладе им помогало пиво.

Ребёнок лет пяти гонял мяч вдоль стены, звонко отбивая его от кирпича, пока мать не окликнула его с балкона второго этажа, повесив бельё сушиться прямо на решётке окна.

Странное чувство. Разруха та же, что и в переулке у дома, но здесь она была обжитой, а не брошенной — люди не просто существовали среди упадка, они умудрялись строить внутри него что-то похожее на нормальную жизнь.

Забавно, что именно эта деталь цепляла больше всего — не бедность сама по себе, а упрямство, с которым люди продолжали в ней жить, будто назло остальному миру.

Особенно если учесть, что отсюда открывался вид на великанов из стекла и бетона, где мы проезжали с матерью в районе полудня.

Подобное я видел во многих странах мира. Бедность и богатство по соседству.

Я прошёл ещё немного, разглядывая и наслаждаясь этой странной атмосферой.

Заметил, что детей здесь было немного. Всего пару-тройку мелких. А подростков моего возраста или младше не видел ни одного. Ну, кроме той троицы. Не удивлюсь, если залётные.

Да даже взрослые здесь были все гораздо старше моей матери — преклонного возраста. И её ровесников тоже мне попадалось мало. Но эти хотя бы могли работать. А в основном с сединой, скукоженные из-за долгих лет работы. Да и возраст такой, что тянет к земле. Но скорее всего просто потому, что большая часть, кто помладше покинула это… как оказалось, не такое и гиблое место.

Не сказать, что жизнь здесь кипела. Она просто текла своим чередом. Не бурлящая и кричащая, как там, откуда мы приехали с матерью. Спокойная, размеренная и без видимых перспектив. Хотя…

Я оглянулся осмотреться. Перспективы тут хорошо видны. Те самые блестящие небоскрёбы. Но надо ли?

Вскоре мне попался ещё один маленький магазинчик, я уже проходил несколько подобных.

Судя по вывеске, что-то среднее между продуктовой лавкой и мини-маркетом, встроенный прямо в жилой дом. Хозяйка, женщина в летах, в переднике поверх простого платья, раскладывала на прилавке у входа связки сушёных водорослей, изредка перебрасываясь парой слов с покупателем — низкорослым дядечкой с сединой в волосах.

У входа, чуть в стороне от прилавка, привалившись к стене магазина, стояла знакомая мне троица. Они ели кимбап и переговаривались. Или всё-таки они местные?

Не сбавил шаг. Вообще, ничего не изменилось, сейчас для меня они были лишь мимолётной точкой интереса. Я шёл как и раньше — не торопясь. Заметил их, прежде чем они меня. Тот же состав.

Хулиган, что получил по шее, теперь держался чуть позади остальных. И чаще дружков смотрел по сторонам, как и раньше, но теперь ещё активнее. Уже боится?

Завидев меня, схватился картинно за шею. Попятился машинально в противоположную сторону от меня, толкая своих дружков, которые уткнулись в телефон.

Лидер оттолкнулся от стены первым, без спешки, с той же расслабленностью, что и в переулке.

— О, гляньте, герой дня, — сказал он, растянув губы в улыбке, которая не доходила до глаз. — Далеко собрался, братишка?

— От вас подальше, — ответил я, не останавливаясь и даже не глядя в их сторону, но видя периферическим зрением.

— Вот так просто? — он произнёс фразу с лёгкой издёвкой и пошёл рядом, держась на безопасном расстоянии. — А ты в курсе, что натворил? Мой друг теперь говорить нормально не может. Скажи ему, Чхоль.

Тот, кого назвали Чхолем, выдал хриплый, натужный сип, явно наигранный — слишком уж театрально, слишком старательно, с преувеличенными паузами между звуками.

Мои губы тронула лёгкая улыбка. Такая жалкая игра.

— Реально? — сказал я вместо этого, сохраняя ровный тон. — В актёры ему точно не светит, как и в музыканты.

Лидер чуть дёрнул уголком рта — полуулыбка, что-то похожее на раздражение, смешанное с весельем. Видно, что он и сам понимал, насколько у Чхоля жалкая игра.

— Значит, теперь ты из себя ещё эксперта строишь? Может, ты из агентства какого-нибудь? Ладно Чхоль, но я в актёры точно сгожусь? Или может айдолом возьмёте? Господин кастинг-менеджер? — сказал лидер троицы, пытаясь преградить мне путь, но я его ловко обогнул.

Порой поражаюсь этому телу. Ловко и без особого напряга выполнил такой непростой манёвр. Задаток у Хва Джина точно был, но почему он его не развивал?

— Не строю. Просто вижу, когда меня разводят на понт. Дешёвый понт.

Лидер всё пытался догнать меня, а два его подручных плелись чуть позади.

— Дешёвый понт? — лидер опять поравнялся со мной. — Ён Гван, а дай-ка мне телефон.

Второй в их иерархии протянул телефон лидеру с уже включённым видео.

— Посмотри.

Я продолжал идти, даже не поворачивая голову в его сторону.

— Что там? Дешёвый компромат? Наверное сняли, как я даю по шею вашему дружку и обрезали. В современных реалиях такое не прокатит.

— Ещё как прокатит. Ты что не догоняешь?

— Ну так иди в полицию. Чего ты от