Путь Стратега 2 - Саша Токсик

мне было уже недостаточно. Нет, мне нужен был «глава отдела добычи». Человек, который будет иметь представление о том, сколько и чего добывает наша деревня и на что я могу рассчитывать в конкретный момент.

А ещё мне был позарез нужен глава «отдела обработки» — тот, кто сможет всё добытое нами богатство превратить во что-то дельное. У него уже должна быть при себе сработавшаяся команда и помощники.

На роль главы «отдела добычи» я, ясное дело, метил Ростислава. Парень имел все задатки, чтобы стать крайне полезным активом в моем распоряжении. Отдел же обработки я планировал поручить Йорику — старик больше всех загорался, когда ему выпадала возможность поучаствовать в чем-то «этаком».

Кто-то спросит — зачем всё это? На кой-черт такие сложности? Что мешает и дальше работать по-старому — наматывать круги по деревне и выдавать одно поручение за другим?

А я отвечу — это только на бумаге любая реформа в управлении проходит гладко и без запинки. В реальности же всегда в первое время возникает путаница и беспорядок. Так пусть эти «детские болезни» мы переживем сейчас, когда ошибка не будет стоить нам слишком дорого.

И тогда, быть может, к приезду новых переселенцев и каравана у нас уже будут налаженные «отделы», готовые принять в себя свежую кровь, и это позволит мне сосредоточиться непосредственно на противостоянии Стратегов, а не отвлекаться на каждый бытовой вопрос.

Об этом я и рассказал Йорику. Не слово в слово, конечно, но так, чтобы он понял. Так, с моих слов отделы обработки и добычи превратились в бригады. И Йорику я планировал поручить управление над одной из них.

— Возьмёшь себе новых работников, — указал я на бывших бандитов, — а заодно начнёшь подтягивать своих помощников. Самое время им учиться управлять людьми, а не прятаться в твоей тени.

Не сказать, что Йорик был вдохновлён моими словами.

— Не знаю, как-то всё это мудрено слишком. Бригада какая-то…

Я уже знал, какой козырь использовать.

— Зато представь, какие возможности нам откроются, — понизил я голос. — Если у тебя будет при себе больше толковых людей, а не ты один, то мы не только за кабестан сможем взяться, но и за кое-что действительно невероятное!

Йорик не ответил, но я видел, как жадно блеснули его глаза. Чего-чего, а старый плотник горел желанием приложить руку к чему-то большему, нежели невзрачные землянки да сараи.

— Черт, ладно, господин Стратег! — после недолгих раздумий решился старик. — Натаскаю я бездарей своих! Не хуже меня будут! Но и вы о своих словах не забывайте!

— Будь уверен, не забуду.

— В это я, так уж и быть, поверю, — хмыкнул Йорик, переключаясь на работничков. — А чего это мы встали? Работать, олухи, солнце ещё высоко!

* * *

Новую печь проверили ближе к обеду. Она досохла раньше срока, и Елисей дал добро.

Крестьяне под руководством Елисея — травник успел стать кем-то вроде негласного консультанта — аккуратно разобрали обмазку загрузочного отверстия. Изнутри пахнуло тем самым горьким, терпким запахом, что уже был мне хорошо знаком по первым опытам.

— Ну что, вскрываем? — с надеждой спросил один из крестьян.

— Вскрывайте, — кивнул я.

Каменную плиту сдвинули в сторону, и мы увидели, что было внутри. А там аккуратными рядами лежали куски древесного угля. И никаких вам недожжённых кусков или гор золы! Всё точно по заказу!

— Не развалилась! Слава магии! — выдохнул кто-то из рабочих.

Я не сдержал улыбки. Вторую печь, со слов Елисея, удалось сложить куда как проще — сказался накопленный опыт.

Теперь у нас было сразу два действующих источника топлива на продажу. Не бог весть какое достижение по меркам моей прошлой жизни, но для Рубежа — очень даже неплохо. Тем более что для заготовки заказа для Упахалово нам не придется теперь круглые сутки жечь уголь. Эффективность-то увеличилась на целых сто процентов!

Всегда бы такой прирост к показателям!

— Молодцы, — похвалил я крестьян. — Загружайте следующую партию, и чем быстрее, тем лучше.

Народ довольно загудел, а я, оставив их разбираться дальше самостоятельно, направился обратно к терему. На носу оставался куда более насущный вопрос… Ледошкур.

* * *

Когда небо уже окончательно заволокло тучами, а воздух пропитался запахом озона и сырой прохлады от скорого дождя, в моем тереме собрался небольшой совет.

Надо было понять, как быть с Ледошкуром, и для решения этого вопроса я вызвал Голубцова, Ростислава и Елисея.

Дождавшись, когда все рассядутся за столом, я взял слово.

— Итак, я собрал вас, чтобы наконец решить, как разобраться с нашим мутантом.

— А надо ли вообще с ним разбираться? — спросил Голубцов. — Гадина сидит себе в дубраве, так пусть там и остаётся.

— Увы, но мы не можем оставить мутанта без внимания, — качнул я головой. — Из-за появления Ледошкура мы не можем добывать дуб — главный козырь в борьбе за первый этап Испытания. А ещё он, напомню вам, нужен не столько для продажи караванщикам, сколько для торговли с упахаловцами. Не будет дуба и угля — кузнецы перестанут с нами работать.

Тут Голубцов вынужденно кивнул, признавая, что при таком раскладе действительно надо что-то делать.

— Ледошкура вообще видели за последнюю неделю?

— Зак два дня назад что-то такое говорил, — откликнулся Голубцов. — Но я посчитал, что он бредит. Позвать его?

— Люба, — обратился я к служанке, и та кивнула, шустро выскочив на улицу. Уже совсем скоро она вернулась, а вместе с ней и наш рыбак, Зак. Мужчина явно волновался из-за того, что его выдернули на «допрос», но говорил четко и по делу.

— Я толком-то и не уверен, что видел, — начал Зак. — Вышел я к броду, чтобы сети проверить. Утро, кругом туман. И вот заметил я на том берегу огромную тень. Для простого зверя слишком велика она была. Ещё и холодом лизнуло, хотя я стоял на противоположном берегу.

Зак поежился после своих слов.

— Я думал, всё, не жить мне. Что какой-то брод для целого мутанта? Но тот так с места и не сдвинулся. Я зажмурился тогда от страха, а когда глаза открыл, тени и не было!

— Получается, мутант испугался брода?

— Вообще к воде не подошёл! — закивал Зак. — Видать, постоял там, постоял, да в лес обратно вернулся.

Убедившись, что мужчина больше ничего не знает, я его отпустил.

— Спасибо, Зак. Можешь идти.

Рыбак раскланялся и оставил нас в прежнем составе.

— Я что-то такое слышал от своего деда в молодости, — вдруг произнес Елисей, молчавший всё это время. — Будто мутанты, изменённые холодом, не любят воду.

— И почему это? — заинтересовался я.

— А потому