Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

магией смерти существами, заканчивался сломанными шипами, растаявшими в воздухе лапами или лишившимися зубов челюстями. Этого металла все тёмные боялись пуще серебра, он разъедает нечестивую плоть не хуже концентрированной кислоты, и чем темнее было существо, тем сильнее мифрил на него влиял, а окружившие нас монстры были чернее некуда, так как, по большей части, состояли из некротической магии. Но будь это живые твари нам бы пришлось несладко.

Земля рядом с моими ногами взбухла горбом, из неё вылезли клешни Скорпа, хватая несущееся на меня существо, утаскивая его под землю, а я судорожно вытер рукавом пот и бросил взгляд на часы.

2. 01.

Три минуты выстояли.

Десятки скастованных стен пали, теперь на их месте передо мной высилась странная решётчатая конструкция, собранная нашими рудокопами. Видимо, предназначение её было в пещерах крепить своды и стены, но здесь из неё получился защитный периметр. Она была насквозь дырявой и замедляла противника ненадолго, который буквально просачивался сквозь неё, зато прочность её была невероятной, и она слабо поддавалась всем атакам сотворённых чудовищ.

Однако, как только нам удавалось справиться с какой-то бедой, тут же появлялась другая.

Сейчас чернильные стены поднялись чуть ли не выше деревьев, начиная нависать над нами и с их бурлящих краёв вниз посыпались клочки черноты, на лету превращающиеся то ли в зубастых птиц, то ли в ощипанных птеродактилей. Пришлось отрядить на их устранение Снегиря, и наш сектор обстрела резко увеличился, и ещё через тридцать секунд я понял, что мы не справляемся.

— Все назад, — взревел я, — живо, ставлю купол!

Не понимаю: или наш уровень ещё маловат, или сюда надо было тащить весь наш клан, или защита ритуала подразумевала использование барьеров, но без них у нас ничего не получалось, придётся рискнуть. Я скастовал ещё два ледяных бурана, отшвыривая наседающих на нас монстров назад и отскочил, активируя Солнечный купол.

Среди остальных свитков на аукционе подобные были самыми дешевыми, так как мы изнутри него не могли атаковать наступающих существ, но он был объёмным и сам наносил атакующей его нежити урон солнечным светом и к тому же был одним из самых прочных. Миг, и он заколыхался у меня перед лицом, огораживая площадку диаметром метров в двадцать, наполняя внутреннее пространство тёплым светом, даря нам краткую передышку. Мелкие птеродактили тут же начали биться о его купол, налетая со всех сторон, долетая и начиная плавиться, как кусок масла на раскалённой сковородке, шипя, потрескивая и превращаясь в облачка быстро тающего дыма. Я на них даже не посмотрел, обернулся назад, глядя на разукрашенный рисунками камень. Тот уже почти освободился от покрывающих его кристаллов, которые всё продолжали и продолжали всплывать, с тихими щелчками занимая свое место в висящей в воздухе сфере.

Слава Богу, накрывший его магический купол никаким образом не повлиял на процесс сборки пробойника. Отлично, их у нас несколько и теперь я уверен, что мы должны справиться. Твари навалились на купол со всех сторон, грызя, разрывая, терзая его с упорством достойным лучшего применения. Но даже так аппаратный отсчёт его прочности показал, что он продержится не меньше двадцати секунд, есть время выдохнуть.

— Ох, усталая я, — пожаловалась Кэт, плюхаясь на пятую точку и доставая из коробки кусок экзотического сухофрукта, и вонзая в него свои острые зубки, — но я мочно им наваляла.

С этим было трудно не согласиться, на начальном этапе я пару раз оборачивался на неё и видел, как она шинковала тварей парой лучей, будто свитых из свёрнутых в трубочку радуг. Магия жизни самая действенная в данном случае, и думаю, что она покрошила врагов если и меньше моего, то очень ненамного.

15секунд

— Все готовы к завершающему раунду?

Все неуверенно кивнули. Тогда по моей команде активируем защитный периметр, надеюсь, он хотя бы частично уцелел во всём этом бедламе.

5секунд

— Насчёт раз активируем: три, два, один.

За секунду до падения купола, который сейчас до середины высоты был залит непроглядным чёрным туманом, мы произнесли слова активации и мир дрогнул. По всему периметру вокруг нас раздался грохот взрывов. Яростный огонь не смог пробиться сквозь толщу смертоносного тумана, а вот святая вода и жидкое серебро, которые эти взрывы разнесли по всей округе, в единый миг превратили цельную массу тумана в вопящее, шипящее и ревущее от боли решето.

Я, помнится, предлагал зарядить туда ещё мифриловую картечь, но наш скряга-бухгалтер сказал, что дешевле будет кидаться в противника золотыми кирпичами, и зарезал все мои благие начинания на корню. Впрочем, может быть он был и прав, жидкое серебро, распылённое по округе взрывом, подействовало на мертвяков не хуже кислотного облака, разъедая сотворённых магией существ, и превращая их в быстро испаряющуюся дымку.

— Мне двухсотый уровень капнул, — восторженно воскликнул сзади Дорин, — но всё моё внимание было обращено вперёд, на пошедший трещинами Солнечный купол и на черноту, которая после взрыва отпрянула, отхлынула от нас как морской прибой, отползая за дальние деревья.

— Что-то мне это не нравится, — проворчал Снегирь, — обычно на море такие отливы предвещают скорое цунами.

— Готовь ещё один купол, приказал я, быстро оборачиваясь назад туда, где магический пробойник обретал последние свои детали. Время тоже отсчитывало последнюю минуту, подтверждая увиденное.

— Поставишь только по моему приказу.

Сам я поднял посох обеими руками, начиная формировать в сознании картинку заклинания, которое я хочу применить. Эта картинка наложилась на реальность и почти растаяла перед жестокой действительностью. Снегирь оказался прав. Весь остров содрогнулся и та его часть, что не была укрыта непробиваемой завесой, рассыпалась прахом: исчезли и поднимающиеся до пояса травы, и кусты, и развалины зданий, и остатки торчащих повсюду деревьев. Всё это превратилось в прах, оседающий на землю и превращающийся в поднадоевший уже чёрный туман. Он поднимался гигантскими столбами то там, то здесь, внутри которых начали бить изумрудные молнии, высвечивающие зарождающихся там существ.

Умертвия, чей взгляд заставлял леденеть кровь, а душу съёживаться и прятаться где-то в районе пяток, личи, потрясающие гигантскими посохами и готовые выпить эти души, где бы они не прятались, неведомые чудовища с сотней черепов повернувших свои пустые глазницы в нашу сторону, протягивая к нам багровые от засохшей крови лапы, просто сгустки тьмы расплывчатой и неуловимой, но от этого не менее жуткой. И молнии, изумрудные, фиолетовые, цвета болотной тины, они метались над землёй, пробивали коконы, били в затянутые серостью небеса, обвивали зарождающихся существ, соединяя их одной цепью. Где-то на