Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

Мимо пролетали целые и разрушенные дома, заборы, деревья, опавшие рекламные щиты и ларьки с выбитыми стёклами. Как хорошо, что не нужно никуда сворачивать! Ну и разведка выходит. Я намеревался осмотреть всё спокойно, вдумчиво, найти выживших, пообщаться, собрать сведения… Ага, держи карман шире! Тут, дай бог, ноги унести!

Наконец мы смогли начать обмен мнениями.

– Знаешь, Екатерина, беру свои слова обратно, мне уже что-то не хочется делать кружок по городу…

– Захваченному синяками, – дополнила она. – Ты что-нибудь понял?

– Похоже, они умнеют, – вынужден был признать я.

– И успешно адаптируются. А это означает, что синяки способны выживать гораздо больший период времени, чем все предполагают.

– Согласен. Что позади?

– Ну, так быстро они бегать не могут.

– Пока…

– Алексей! Не нагнетай.

Очередная сотня метров ушла под колёса, и городская постройка закончилась полуразрушенным зданием, обдавшим машину густым трупным запахом. До сих пор его не было, это верный признак того, что службы – медики, МЧС и полиция – работали честно, до конца.

В небесах разлетались веером перистые облака.

Под ними на эшелоне опять шёл на север большой пассажирский джет. Это второй.

* * *

Впереди слева показалось зеленое трёхэтажное здание. Глебова подвинулась поближе и с тоской в голосе поведала:

– Это Енисейский педагогический колледж, у меня подружка в нём училась. Просто ужас! Уже и не верится, что когда-то были спокойные времена. А мы всё ныли и требовали больше и больше… Сейчас будет стела «Город-памятник».

За окнами пролетел памятник из железа, рассмотреть его толком не успел. Верно написано, теперь это город-памятник, вдвойне.

Дальше я ехал уже спокойней. Мы без приключений миновали Самсоновский затон, наполненный скелетами старых судов и дебаркадеров. Деревушка по соседству выглядела пустынной. Как было и в Енисейске, нигде не видно дымов из труб. Учитывая, что электричество и централизованное отопление, где оно имелось, теперь отсутствует, без дымящих печей людям никак не обойтись. Ночи стоят прохладные, надо готовить горячую пищу, да и баню никто не отменял.

Отсюда дорога шла вдоль Енисея.

Замечательные виды ничуть не радовали, в голове всё ещё не укладывались новые печальные реалии: я ошибался, и у человека отныне есть довольно грозный противник, который не торопится сойти со сцены. Он уже понимает, что такое оружие, и умеет пользоваться хотя бы самым примитивным. Мало в том весёлого…

Здесь дорогу совсем недавно отремонтировали, причём задорого – по полю тянулась настоящая автомагистраль, с хорошо заметной разметкой, правильным профилем, современными знаками дорожной обстановки. Даже отбойники кое-где есть.

– Сейчас будет мост, вот он! – предупредила напарница, глядя на карту. И тут же выкрикнула: – Останавливайся!

Что опять?! «Нива» встала. Мы, взяв оружие, осторожно оглядываясь, вышли на дорогу. Речушка-то барахловая… Вот же засада!

Почему всё не так, почему не везёт в ключевом?

– Река не хочет отпускать.

– Прекрати. Зачем они разрушили мост? – со злостью спросила Глебова, от отчаяния стукнув ботинком коварную дорогу.

– Ну, и как на Москву ехать? Где-то мост будет разрушен, где-то мутные менты встанут или местечковые самодуры. Как выяснилось, попадутся и самые настоящие кластеры синяков, – вслух размышлял я. А что мне оставалось делать? – Вот же сволота, били точечно, разрушая переправы, между прочим, верная методика.

Сука, идеальный удар! Высокие технологии.

– Может, вброд получится? – Я с сомнением подошёл к краю последней плиты и поглядел на водный поток. Когда-то справа был нормальный брод. Был да сплыл – после ремонта строители забрали берега бетонными плитами, к воде не съедешь. И воды многовато.

– Нет, Лёша, не получится.

– Что дальше делать будем, подруга боевая? – устало спросил я, приваливаясь к горячему капоту.

– Надеюсь, ты меня спрашиваешь, а не машину. – Екатерина распустила волосы, что-то с ними сделала и опять собрала в хвост. – Моё мнение такое: надо возвращаться в Енисейск. Даже если прорвёмся здесь, то вполне можем нарваться на следующий взорванный. Они же это сделали, чтобы подкрепление не подошло, да?

– Ну, типа так… Не знаю, насколько это могло реально парализовать войска. Есть ведь грунтовки всякие, Енисей, в конце концов, такой вариант наверняка отрабатывали на учениях.

– Грунтовки развезло в кашу, лето!

– Значит, это не единственная преграда. Может, мотоциклы добыть? Не люблю я их, да и гарантии нет. В задницу всё, ты права, надо возвращаться!

Теперь я не гнал. Возле стелы остановил машину и хорошенько рассмотрел памятник. Ничего, симпатичный.

– Может, селфи?

– По́шло, Лёша.

– Да плевать. Тут вообще сплошной сюр. Солнышко светит, облачка плывут в Магадан, зелено местами… И синяки в городе! Поэтому мы ни одной собачки и не услышали, синева всех пожрала…

– Ты думаешь?

– Точно говорю. Ладно, поехали, максимум, побьют нам стёкла.

– Уже и не знаю, максимум или минимум, – возразила Глебова, пристраивая в окне полуавтомат. – А что, если они прибрали у полицейских эту шипастую штуку, которой машины останавливают?

– Типун тебе на язык!

Я настолько загрузился её пугающим предположением, что рисковать не стал. Не доезжая злополучной аптеки, будь она неладна, свернул на улицу Лазо и дальше пробирался на берег огородами.

Господи, вот и дебаркадер! Родненький.

– Катя, лезь через лодки на «Баджер», режь концы, заводи мотор, я на фишке.

Чуть опустив карабин так, чтобы можно было быстро вложиться и обработать спуск, я внимательно смотрел на милитаристского вида бетонный туннель, который мне теперь представлялся частью береговых укреплений в Нормандии и по которому мы относительно спокойно поднимались наверх. Не забывал и про незачищенный дебаркадер… Что там с лодкой? Пока тихо, хоть закуривай. Тем временем Глебова перелезла через катерок, хорошо.

Фьить, фьить, фьить! Я вздрогнул. Раздался громкий тройной свист, а за ним и знакомый вой, от которого мороз по коже. Выпасли, сволочи!

– Екатерина, бодрей!

Ответом было мерное тарахтение лодочного мотора. Отлично. «Баджер» выплыл от дебаркадера на чистую воду. Я показал девушке большой палец, а она указательным ткнула мне за спину. Развернулся – от бетонного угла отделился силуэт и, набирая скорость, полетел к нам.

Ба-бах!

– Лежи, болезный.

Ещё один! Но только я вскинул ствол, как синяк спрятался за бетон. Ого, вот это школа! Второй выглядывает, третий! Тогда вот так – я пальнул ещё пару раз, пусть послушают рикошет в туннеле. Что притихли, сволота, ушли, что ли? Но магазин «колчака» пополнить надо. Добиваем.

– Катя, перетаскивай всё из машины!

Враг больше не показывался, только подвывал изредка, на этот раз со стороны пивной палатки. Их много. Вот это городок, кол бы осиновый ему в памятники, – настоящий