Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

Достаточно. — Интервьюер морщится. — А вы не сильно напуганы. Вам уже что-то пообещали с другой стороны? Погодите, угадаю. Перевод в другую компанию или переход с повышением между службами здесь, под крыло вашим покровителям?

— Последнее было бы интересно, — оживляюсь, представив перспективу. — Хоть в айти, хоть в финансы: набор знаний требуется примерно одинаковый, а я в математике так же силён, как вы — в португальском.

— Откуда вам знать мой португальский?

— Предполагаю с высокой степенью вероятности. Готов спорить, вы его не понимаете.

— За словом в карман не лезете. Иногда это большой минус.

— Абсолютно то же самое имела в виду Хонока Хаяси-сан, только значительно грубее. Говорила о моих манерах. Вакаяма-сан, не сочтите за вызов, лично к вам я отношусь подчёркнуто ровно, — коротко поклониться сидя. — Если уместно, я бы даже сказал, с симпатией: чувство юмора с трудом пробивает себе дорогу в наших краях, особенно на работе, а у вас оно как минимум в наличии…

— Продолжайте.

— … На самом деле я, хотя и теряюсь в догадках, разумеется, первым начинать не буду: я же не идиот.

— Поясните.

— В кабинетах типа вашего только полный кретин начинает проявлять инициативу, давая интервью по собственной инициативе.

— А как надо? С вашей точки зрения?

— С моей точки зрения логичнее сперва выяснить, с какой целью сюда вообще позвали. А уж потом переходить к делу и не тратить времени уважаемого и занятого человека вроде вас. Рассказами о том, чего он и слушать не хотел.

— Вы слишком хорошо ориентируетесь. Ничего, что откровенно?

— Мне тридцать с лишним, — пожимаю плечами. — Самая низкая должность в компании из возможных, даже теоретически. Я стажёр уже много лет. Люди на почти десятку моложе обогнали меня на несколько ступенек. Зарплаты ниже моей в этом здании скорее всего нет, перспектив роста лично для меня не просматривается.

— Это вы к чему?

— Как говорят в фильмах, у меня было время осмотреться и начать прокачивать рассудительность. Даже если её приходится задействовать в кабинетах типа вашего, — глазею по сторонам.

Чужие пальцы выбивают дробь по крышке стола:

— Исключительно для моего понимания; вы сейчас убедительно бравируете и блефуете? Или реально не дорожите текущей работой? Можем ведь и сразу к увольнению перейти, моих полномочий хватит.

— У меня в силу этнического происхождения чуть отличается от вашего понимание «хорошо и плохо». В нашем японском обществе ведь как: бессрочный контракт равно пожизненный, мечта большинства. Верно?

— Вы считаете иначе?

— Есть мнение, что обратная сторона пожизненного найма — завуалированная форма рабства. Да, добровольная — но, но но. «Подсаживая нас на наркотик зарплаты, работодатель убивает ежемесячной дозой нашу способность мечтать о будущем».

— Ух ты. И какой вывод из сказанного делаете лично вы?

— Не то чтоб я рвался увольняться сам, но манипулировать более чем тридцатилетним стажером посредством его должности — ну, не знаю. Высок риск нарваться на встречные принципы взрослого человека. — Подумав, добавляю. — Вы выглядите умным, тем, кто понимает в мотивации пожившего мужика.

— Вы знаете, с кем сейчас разговариваете? — без перехода, словно резкая смена курса.

— Только имя и фамилия на вашем бейдже плюс департамент. Точнее, служба.

— Вообще-то функция модерации есть на страничке нашей службы, на внутреннем сайте компании. — Вакаяма кладёт на стол визитку, где кроме прочей информации написано «модератор». — Но большинство сотрудников почему-то не берут на себя труда прочесть.

— Каюсь, я из их числа. А что за модерация⁈

— Кроме очевидных вещей, мы занимаемся профилактикой. Межличностных разногласий, как в вашем случае, если их возможное обострение чревато бо́льшим, нежели банальный скандал пары человек.

— Загадочно. Теперь вообще ничего не понимаю, — тру затылок. — Вы что, психолог?

— В том числе. Когда это необходимо.

Молчу. Он продолжает:

— Такидзиро-сан, вы сегодня расстались с невестой, которая тоже работает в Йокогаме.

— Вам какое дело? — холода не изображаю, получается естественно.

— Никакого. — Собеседник поднимает раскрытые ладони. — Не было бы. Но.

— Говорите.

— К сожалению, Тика Такахаси сделала очень большую ошибку в ваш адрес, которая относится уже к нашей компетенции. Это первая причина вашего тут появления.

—??? — лицо у меня сейчас глупое, но несомненно искреннее.

— Такахаси-сан запустила в ваш рабочий компьютер вирус по сети перед тем, как вызвать вас на улицу. Перед началом сегодняшнего рабочего дня.

— Я заинтригован так, что не передать словами.

— В ходе ваших отношений вы несколько месяцев обменивались с ней фотографиями, в том числе на работе. На ваших персональных гаджетах я не в курсе, а вот с вашего рабочего ноутбука свои фотографии вполне определённого плана она захотела удалить любой ценой — отсюда вирус.

— Впечатлён. — Не вру. — По самой верхней планке. Так вы меня за этим позвали⁈

— Изначально да, дальше совпало. За то время, что наш вызов вас достигал, вы успели поучаствовать уже в других процессах, с другими людьми — и теперь я не знаю, с чего лучше начать разговор. — Доброжелательный и приглашающий к ответным откровениям взгляд собеседника напоминает кое-что из другой оперы.

Не могу сказать, что смешное, но в любом случае нескучное.

— Звал я вас по одному поводу, а пока вы добрались, актуальных тем в повестке прибавилось, — завершает прелюдию Ватару Вакаяма. — И неясно, что в первую очередь.

Глава 7

Ватару Вакаяма не мог объяснить, почему его так потянуло в неформат и откуда возникло желание быть откровенным. Если б не профессия, версии могли бы стать фантастическими.

— Вы позволите проявить инициативу? — посетитель на каком-то этапе оживился и с энтузиазмом придвинулся ближе.

Впрочем, тип и правда занятный. Взять хотя бы его должность на фоне возраста.

— Попробуйте, — тон беседы хозяин кабинета задал собственноручно, корректировать не хотелось.

— Наверняка есть что-то, о чём у вас однозначно потребуют отчёта после разговора со мной. Давайте начнём с этого? — предложил Решетников.

— Хорошо, — Вакаяма опять согласился. — Пункт первый: очень прошу воздержаться от любых эскапад в адрес бывшей невесты, — он со значением помолчал. — Хотя в душе я вас понимаю и сам на вашем месте даже не знаю, как поступил бы.

— Вы сейчас о том, что, когда я получу