Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

гостинице. Лишним было говорить, что Чаиро позаботился о безопасности девушки и нанял людей, которые принялись патрулировать район рядом с гостиничным комплексом. Кроме того, два внушительных охранника расположились у самой двери. Этаж просматривался как на ладони, и что бы подобраться к Вилоре незаметно, надо было стать невидимкой. Проникновение через окно исключалось, так как его в комнате попросту не существовало. Вместо окна на одной из стен имелась 3D-панорама с изображением летнего парка, где время суток менялось в соответствии с реальным, поэтому у жильцов не возникало ощущения замкнутого пространства. Одним словом, под охраной и под присмотром роботов, Вилора была в безопасности. Надо ли говорить, что она очень надеялась на связи Чаиро и на лояльность друзей Восьмого. Один в поле не воин, но если их соберется целая команда, то это уже реальная сила. Тревога за Миру угнетала, однако каждый верил, что они смогут вырвать её из лап врагов.

***

Миру вели по коридору. Ошейник нещадно натирал кожу, а закованные в наручники руки затекли настолько, что даже покалывание в пальцах прекратилось. Однако Мира понимала, что это только цветочки. Внутренне она была готова к боли, но прекрасно осознавала, что и у её храбрости есть предел. Этот псих Колборн мог пойти на любые действия, лишь бы достигнуть желаемого. В данный момент он желал восстановить формулу страшного вещества, которое превращало людей в покорную рабочую силу. Заботиться об их благополучии никто не будет. Погибших быстро заменят новыми, и все эти действия будут защищены контрактом о неразглашении. Именно им пользовались крупные корпорации при заключении сделок, но обычно вторая сторона знала, на что подписывается, а все риски были оговорены заранее и щедро проплачены. В данном же случае никто не собирался тратить на оплату труда ни копейки. Придраться юридически было сложно — будущие колонисты добровольно подписывали документ. Поэтому, чтобы сокрушить такого гиганта, как «Небирос», были необходимы очень веские доказательства.

Одним из таких доказательств могли стать слова Миры. Девушка помнила, каким внушительным был список тех, кто погиб от неудачного тестирования. Так же она помнила, как именно выглядели люди, пережившие эксперимент. Нейромедиаторы отвечающие за чувства, вплоть до инстинкта самосохранения, блокировались, и подопытные становились абсолютно безэмоциональными. Именно такой эффект давал препарат, который когда-то изобрёл отец Миры.

Идея о его создании родилась из-за его неосмотрительных рассуждений. Как-то раз, за обедом в столовой, он с увлечением рассказывал одному из коллег о своих предположениях, а рядом сидел один из помощников главы компании. Он же потом и рассказал Колборну о возможных перспективах, после чего тот словно клещ вцепился в учёного, который так неосторожно говорил о генной инженерии. По иронии судьбы, то, чего этот учёный опасался, его и заставили делать. Да ещё и вовлекли в это дело дочь, угрожая её жизни, если он не согласится на добровольное сотрудничество.

Тогда лишь Мира смогла остановить последние тестирования. Организованные ею взрывы нарушили все планы и сделали очень сильный откат назад в почти завершённых исследованиях. И не сразу стало понятно, что она и есть единственный носитель утерянной информации. Все копии, отправленные на запасной сервер, были повреждены, и когда это выяснилось, Колборн схватился за голову. Он нанял людей, и те по крупицам восстановили произошедшие события в надежде найти малейшие зацепки, могущие привести к необходимым данным. Поэтому неудивительно, что на Миру устроили охоту. Корабль корпорации, отправленный на Гекату, разминулся с шаттлом Хлои всего на пару дней. Когда же Мира появилась на Инчхоне, местные камеры, фиксирующие прибытие гостей, сразу передали информацию на запрос о девушке-полукровке, что и закончилось похищением последней.

Колборн потирал руки. Всё устроилось как нельзя лучше. Осталось поднажать на девушку, и они смогут восстановить записи, а затем и саму формулу. Но, видя, как Мира упрямо сжимает губы, не желая сотрудничать, он понял, что меры придётся применить крайне жёсткие, иначе они не выбьют ни слова из этой упрямой полукровки.

Тем временем Миру ввели в большое и светлое помещение, по центру которого стоял стул с высокой спинкой. Её посадили и обездвижили, закрепив за ошейник таким образом, что металлическое кольцо буквально впилось в горло. Руки привязали к подлокотникам, а ноги к ножкам стула. Теперь Мира не то чтобы шевелиться, но даже дышать могла с трудом.

Когда охрана отошла, она смогла увидеть стоящих неподалёку несколько человек, одетых в белые халаты. Один из них держал в руках планшет и что-то в нём непрерывно записывал, другие суетились над мониторами. На Миру пока ни кто не обращал внимания, однако довольно скоро открылась дверь, послышались шаги, и в помещение зашёл Колборн. Мужчина обошёл стул, на котором сидела его пленница, и внимательно на неё посмотрел.

— У тебя было время подумать, — сказал он, — используй свой шанс и начни сотрудничать. Я приставлю к тебе талантливых учёных, и они помогут воспроизвести записи твоего отца. Мои люди сказали, что для конечного результата им не хватает только одного соединения в нужной пропорции. Тебе всего лишь надо напрячь память и вспомнить последовательность смешивания реактивов, а так же какой именно элемент твой отец добавлял перед завершением.

Мира помнила. Она очень хорошо помнила, как её отец, несмотря на тяжесть ситуации, с восхищением говорил, на сколько формула оказалась проста, так же как это оказалось с сывороткой на Гекате. Всего лишь правильная последовательность и нужный реактив. Отец не смог не похвастаться, что после серии неудачных опытов только ему удалось его обнаружить. И Мира знала, что именно это был за реактив: концентрат одного невзрачного растения, свойство которого её отец обнаружил на Гекате. В ту пору с ним в паре работал талантливый биолог, и именно он обратил внимание на целительные свойства минолиума, а потом открыл ещё несколько полезных растений. Но корпорации подобное было неинтересно. Штат лаборатории сократили, и биолога отправили на другую планету, где с ним случился несчастный случай. В связи с этим у «Небирос» остался только один учёный, который знал, откуда взялась идея с угнетением нейромедиаторов.

Мира тоже знала, откуда всё началось. И знала, как называлось растение, которое с помощью яда на кончиках своих колючек давало эффект временного паралича, воздействуя именно на чувства и эмоции. А ещё она знала, как его надо обработать, чтобы получить необходимый результат. На данный момент учёные из лабораторий Небироса бились над завершающими штрихами и никак не могли их обнаружить. Всё от того, что погибла вся коллекция растений, одно из которых и являлось тем самым секретным ингредиентом.