Фантастика 2026-163 - Алексей Иванович Ефимов

Некоторые, устав, дремали на диванах, другие сидели прямо на полу, у громадных плоских панелей настенных экранов. Те казались окнами в какие-то немыслимо прекрасные, живые миры – вероятно, нарисованные при помощи суперкомпьютеров, потому что реальность никогда не бывает столь продуманно-красивой.

Найко ошалел при виде этой вечеринки – после всего увиденного она сама казалась ему совершенно нереальной, – но Охэйо не растерялся и на миг. Его появление вызвало громкие аплодисменты. Он раскланивался, прижав ладони скрещенных рук к груди и широко улыбаясь, – однако пересек зал, не задерживаясь ни на секунду. Ещё одна толстая, тяжелая дверь – из тускло блестевшей чеканной бронзы – вывела их в коридор, облицованный подсвеченными изнутри витражами. Здесь было очень тепло и очень тихо. У усталого Найко возникло вдруг ощущение, что здесь уже четвертый час ночи. Народу тут почти не было. Им встретилась только пара темно-золотых ламайских девушек – хмурых, пухлогубых, синеглазых. Их лохматые спутанные гривы доходили до задниц и были чернее самой ночи, а одежда, в основном, состояла из украшений.

Новая, точно такая же дверь привела их в просторную квадратную комнату со стенами из толстых резных блоков матового стекла; оно сочилось мягким, таинственно-розоватым светом. Вдоль стен бежал сплошной диван, обитый тисненым сафьяном. У него стояли низкие столики с крышками из хрусталя, обрамленного черным деревом. Центр помещения занимала низкая круглая сцена, посреди неё почему-то стояла старинная потемневшая бочка. Пол был покрыт сплошным же пушистым ковром.

Найко ещё никогда не видел такой роскоши – и даже не представлял, что она вообще может быть. Впрочем, все мысли вылетели у него из головы, когда он увидел здесь Иннку среди других девушек.

Глава 15: У запертых ворот

Хониар, 201-й год Зеркала Мира,

Вторая Реальность.

1.

Лэйми отложил книгу и задумался. Прошлое, по его мнению, было местом отвратительным и страшным. Впрочем, настоящее – внешнее – наверняка было ещё хуже. Ему повезло – он попал под Зеркало Хониара, но совершенно не помнил, как именно. В сей судьбоносный час он спал так крепко, что и не мог ничего запомнить. Но на самом деле его семья прорвалась сюда с очень большим трудом...

Он поднялся, и, сделав несколько шагов, запустил руку в глубь полки, вытащив наружу тонкую пачку пожелтевших, исписанных от руки листов, заключенных в самодельную обложку из картона – мемуары своего старшего брата. Ликсу тогда было всего лет семнадцать. После включения Зеркала он продержался достаточно долго, чтобы записать свои впечатления и адресовать их ему, младшему брату, который, как он уже знал, сможет тут жить. Собственно, им надлежало находиться в Муравейнике, в его собственном личном архиве, но Лэйми притащил их сюда – слишком важным и интересным было то, что скрывали эти, выцветшие и уже с трудом различимые строчки...

Он поудобнее устроился в любимом кресле и начал читать. Первые листы рукописи давно пропали, но это не огрочало его. Он всё равно никогда их не видел.

2.

«...Граница городского щита встретила нас чудовищной суматохой. Здесь собрались сотни тысяч людей, искавших укрытия за Зеркалом. К нашему удивлению Врата в нем были заперты. Мроо продолжали наступать, но то ли по приказу наместника, то ли просто из страха, охрана не пропускала внутрь никого. Отец, конечно, не захотел в это верить. Проехать к Воротам было уже невозможно и мы направились туда пешком.

Границу Зеркала с окружающим миром отмечал высокий вал выжатой при землятрясении глины. Между ним и уцелевшими домами окраины возник широкий пустырь, заваленный обломками разрушенных при включении поля зданий. Возле Ворот в этом валу уже был прокопан широкий проход. Напротив них толпились люди, но близко к ним никто не подходил. Я решительно направился вперед, не обращая внимания на повисшее вдруг вокруг молчание. Но, стоило мне сделать едва десяток шагов, из амбразуры левой башни в меня плюнуло белой молнией.

Я не сразу понял, что выстрел был предупредительный – мне опалило брови, а волна раскаленного воздуха отбросила меня назад с такой силой, что я покатился по бетонным обломкам и пребольно ободрал локти. Встать на ноги удалось относительно легко, но в ушах звенело, а перед глазами плавали темные пятна.

Я зажмурился и помотал головой, затем перевел взгляд на широкое пятно развороченной, обожженной земли. Таких пятен здесь было уже много, они накладывались друг на друга, образуя причудливый узор...

Я заорал с такой силой, что мне отозвалось эхо. Но, как я ни старался, никто мне не ответил. Нас не слушали и даже не хотели слушать.

Хотя наш дом остался там, за Зеркалом, мне, если честно, совсем не хотелось туда лезть. Но Мроо, как сообщили по радио, двигались по шоссе, ведущему к Хониару, и ещё до вечера могли быть здесь. Сам я ничего толком не знал, но говорили, что это нечто чудовищное. Конечно, мы могли уйти в леса, но если они и не отыщут нас там, многие из нас умрут от голода. Другим план штурма тоже не нравится, но выбирать не приходилось. Мне совсем не хотелось, чтобы мой маленький брат и все мои родные погибли...»

Лэйми вздохнул. Здесь одна страница была кем-то вырвана – может, им самим, когда ему было лет шесть.

«...Отец провел меня в угрюмое серое здание, которое было, наверное, полицейским участком. В маленьком зале на втором этаже шло что-то вроде совещания. Некоторые люди были в форме полиции, некоторые в штатском, но все они не понравились мне. Я чувствовал, что ими движет не желание спасти всех нас, а в первую очередь спастись самим. Что же касается Ворот, то я узнал...»

Лэйми постарался вспомнить всё, что он знал о Вратах Зеркала и их защитниках. Ни того, ни другого в его мире уже давно не было, но в свое время он один раз видел Врата, а потом много читал о них. Действительно, попытаться прорваться сквозь них можно было лишь от безысходного отчаяния – укреплены они были очень хорошо.

Врата Зеркала были единственными в Хониаре. Их исполинские створки помещались в громадном портале из голубовато-сизой стали. Его массив был укреплен двумя стальными же башнями с множеством узких амбразур. Их плоские крыши венчали турели двух гигаджоулевых лучевых пушек, способных поразить цель на любом расстоянии в пределах прямой видимости.

Начинавшийся за воротами туннель пронизывал силовое поле и выходил в стиснутую толстенными бетонными стенами громадную выемку, похожую на ущелье. Та,