Фантастика 2026-159 - Анна Сергеевна Платунова

Звуки шагов гулко отдавались от металлического пола и заполняли собой пространство узкого коридора. Здесь не было ковролина, как в кабинете Колборна, или ламината, как в секциях лаборатории. Здесь было аскетично, убого, холодно и мрачно.

Камеры, закрытые толстыми хромированными решётками, произвели не меньшее впечатление, чем сидящие на своих кроватях молчаливые люди. Они не были закованы в наручники, потому что в этом не было никакой необходимости. Мужчины и женщины, расселённые по двое в одну камеру, сидели на своих кроватях и безучастно смотрели в одну точку. Последний эксперимент оказался провальным. Испытуемые не слушались приказов и ни на что не реагировали. Их приходилось кормить с ложки, и если бы не вынужденный уход, они бы погибли от голода, не проявив никакого интереса к тому, что с ними происходит. Это был провал по всем фронтам. И только Мира знала настоящую формулу препарата, которая снижала уровень агрессии, делая индивида абсолютно послушным, но при этом не затрагивала другие жизненно важные потребности и трудоспособность. Именно эту формулу из неё так и не получилось выбить. Даже когда ей дробили палец, Мира не сказала ни слова. Перед глазами девушки стояла картина того, как детей, которых они спасли и привезли на Светлую, лишают родителей, а затем используют в страшных экспериментах.

В своём прошлом, находясь рядом с отцом в недрах лаборатории, она видела записи, на которых чёрным по белому был расписан план выращивания новой, покорной расы людей. Расы, которой не нужен препарат для подавления их воли. Они станут тихими и послушными сразу после рождения. Будут покорно выполнять все приказы, не теряя при этом ни своих сил, ни репродуктивной функции. Нарушая все законы, компания «Небирос» собиралась выращивать рабов. Тех, кем будет так легко манипулировать. До благополучного завершения экспериментов оставалось совсем немного — столько, сколько содержалось в памяти девушки, волю которой не удавалось сломить. Миру несколько раз подвергали пыткам, но она стойко выносила их все. Она оказалась крепким орешком, достойным глубокого уважения, а в данный момент — сочувствия. Из последних сил она держалась лишь на силе своего духа.

Момент, когда Восьмой увидел её прикованную к стене, он не забудет никогда. Голова девушки была опущена на грудь, а бледное, исхудавшее лицо выглядело вконец измученным. Дополняли картину окровавленная повязка на одном из пальцев и широкий ошейник, через кольцо которого была протянута довольно увесистая цепь.

Роботы предупредили, что Мира по их просьбе сделает вид, что потеряла сознание, но, даже зная это, Восьмой едва сдержал себя, чтобы не кинуться к ней, а затем не пристрелить того, кто сейчас стоял среди них и являлся причиной всего происходящего. Он сжал зубы, и пока потрясенные увиденным члены комиссии громко переговаривались, а так же делали фото для своих отчетов, Восьмой нагнулся над девушкой и дотронулся кончиками пальцев до её щеки. Только почувствовав её тепло, а так же еле слышное дыхание, он выдохнул. Мира жива, и это главное. Он вернёт её домой, вылечит и больше глаз с неё не спустит. Вся эта история с «Небирос» должна остаться в прошлом, однако не стоило забывать и о том, что Мире грозит суд, поэтому необходимо набраться терпения и сил, а так же веры в связи Чаиро, и только по завершении всех процедур они все смогут выдохнуть. Сейчас же требовалось сохранять остатки самообладания и не испортить тщательно выверенный план. Поэтому, как только члены комиссии собственными глазами убедились в том, что полученные донесения не ложь, и компания «Небирос» перешла все мыслимые и немыслимые границы, Восьмой повернулся лицом к Колборну и потребовал:

— Освободите эту девушку немедленно! Она нуждается в медицинской помощи, как и те, кого мы видели в соседних камерах. С этой минуты они все под защитой космической гвардии.

Тем временем, шокированные увиденным члены комиссии очнулись, заахали и загомонили. Мужчины с сочувствием смотрели на ту, кто в одиночку противостоял откровенным негодяям, место которым было однозначно за решёткой. Надо ли говорить, что все, кого отправили инспектировать лаборатории «Небирос», заранее были предупреждены о том, что они могут увидеть, но если у них до этого момента были некоторые сомнения, то теперь они полностью развеялись.

Колборн, с побелевшими скорее от злости, чем от страха губами, подошел к стене, нажал на кнопку коммуникатора и отдал одному из своих помощников приказ, требуя, чтобы тот принёс ключи от соседних камер, а также от наручников и цепей.

Восьмой опустился перед Мирой на колени и легонько сжал руку девушки в своей ладони, а затем выдохнул, когда та ответила ему едва заметным пожатием пальцев. Им пришлось подождать ещё пару минут, прежде чем с шеи Миры сняли ошейник, и она начала заваливаться на бок. Восьмой подхватил невесомое тело и поднял на руки. Получив разрешение, он пошел к выходу, собираясь как можно скорее унести своё сокровище туда, где его больше никто не обидит.

Неся в руках измученную пытками девушку, Восьмой тихо шептал ей на ухо:

— Я никому больше не позволю тебя обижать. Слышишь? Мы засадим их всех за решётку. Ты просто не представляешь, как мне было без тебя плохо. Ты моё сокровище, и я без тебя больше не могу. Если тебя вдруг сошлют на рудники, я отправлюсь следом. Куда угодно, только вместе. Слышишь, Мира? Теперь только вместе. Хоть в рай, хоть в ад.

Закрыв глаза, та слушала и пыталась поверить, что всё уже позади. Прижатая к крепкой груди и чувствуя защиту, она в данную минуту была счастлива. Мир за ней пришёл, не бросил, не оставил наедине с давним врагом, а поднял все свои связи. Благодаря его авторитету, а так же помощи как давних, так и новых друзей. он успел во время. Ещё одной пытки Мира бы не перенесла. Теперь же могла расслабиться и отдаться на волю судьбы. Если суд, выслушав её показания, примет во внимание отсутствие злого умысла, то, возможно, отправка на рудники ей не грозит. Но это будет не сегодня. Сегодня её поместят в мед.блок и окажут необходимую медицинскую помощь. В данную же минуту ей хотелось только одного: закрыв глаза. прижаться к груди своего мужчины, запах которого был таким родным. Убаюканная его голосом, уставшая от переживаний и нервного истощения, Мира задремала. Она в надёжных руках, и теперь всё будет хорошо.

Колборн же, перестал надеяться, что всё закончится хорошо, и когда бдительность охранников на секунду ослабла, он