Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Глава 16.2

Взяв себя в руки, я прошла к лестнице и там натолкнулась на раненого гостя, он успел спуститься и даже присесть на нижние ступени, наверное, так подслушивать удобнее. Я обошла его и начала подниматься к себе.

— Смотрю, в твоей жизни страсти кипят, — он поднялся и отправился за мной. — Не припомню, чтобы кто-либо вот так общался с Дарланом Бурхадингером и остался после этого жив и здоров. Ты что, и с ним спишь?

Я резко повернулась:

— С вами очень трудно иметь дело, альтьер Актер, вы слишком проницательны. Разумеется, я с ним сплю. Я вообще с мужчинами общаюсь только единственным известным мне способом.

— Да я…

— У вас что-то еще? — перебила я, не в силах продолжать словесные перепалки.

— Возможно. Про охоту на меня Бурхадингер все правильно сказал… если он не наймется моим личным охранником, велик риск заполучить еще одну пулю и в этот раз умереть по-настоящему. Выходит, все твои старания были напрасны.

— Тяжелая у вас судьба, альтьер. Я едва сдерживаю слезы сочувствия. Но должна напомнить, что к вашему спасению я причастна самым косвенным образом: то заслуга девушки по имени Беа. Кстати, сегодня ее нашли мертвой, но это вы и сами должны были слышать, раз так старательно подслушивали.

Актер застыл возле моей комнаты.

— Слышал. И предпочел бы остаться у тебя еще на день или два. Разумеется, за это я в долгу не останусь, проси что угодно.

— Оставайтесь, — разрешила я и захлопнула перед ним дверь. С согласием поторопилась, конечно, ведь могла отправить его жить к Дару. Эти двое уж точно нашли бы общий язык, и мне меньше головной боли.

Но с Актером я еще не закончила, вопросы остались. К тому же, есть его враги, о которых он осведомлен лучше моего… если мне захочется подойти к убийству с этой стороны, пусть Актер крутится рядом, будет под рукой. Не придется ехать за ним куда-нибудь в театр и терпеть целую постановку ради встречи.

Обдумывая все, я быстро оделась и вышла к Дару.

По дороге он коротко пояснил, что Эбергард как сидел безвылазно дома, так там и сидит, его охраняют надежно. Сам мужчина трясется и боится всего подряд, уверен, что в итоге убийца может прийти и за ним. О смерти Мал ему сообщили, после он два дня не мог встать с кровати, не из-за душевных переживаний, а из-за страха.

Пока Дар все это рассказывал, я наблюдала за ним и пыталась понять: он уже знает о сивиллах? Догадался? Или до сих пор нет. Может, Дар знает, но молчит, так же, как и в случае с Беа? Он же прямым текстом озвучил свои подозрения. Вдруг и с сивиллами ситуация похожа.

— А что насчет убитой девушки? — спросила я со странным чувством смирения.

— Нашли на улице, — пожал плечами Дар. — Пролежала до утра, утром кто-то из местных наткнулся, привели городскую полицию. Те долго не возились, нас вызвали сразу. Там паренек оказался… тот, за которым ты обещала присмотреть.

— Янис?

— Он самый. Как продвигается, кстати?

— Нормально, — подала я плечами. — Он толковый, если ты об этом.

— От тебя эта высшая похвала.

Мы зашли в дом альтьера Эбергарда, открыл нам один из парней Дара, он же указал путь на третий этаж. Сам альтьер встретил нас с намеком на холод и отчужденность, но на вопросы отвечал исправно и даже толково, что навевало на мысли о подготовке. Видимо, Дар преувеличил истерику мужчины, я-то уже готовилась к знакомой картине с обмороками и слезами. Но Эбергард держался достойно, хотя с Даром я была согласна: заметно, что мужчина скрывает что-то. «Что-то» – это сивиллы, разумеется, для меня его тайна уже давно не тайна.

— Вы думаете, это Мал… яд подсыпала? — спросил он в конце.

— А вы сомневаетесь, что она на такое способна?

— Что? Я не… нет. Не знаю, честно говоря.

— Что такое, альтьер? — насторожился Дар. — Хотите что-то добавить?

— Я… да. Наверное, да. Видите ли, в клубе хранились расписки от разных людей. За многие услуги клуба, — поспешил добавить Эбергард. — Но я всегда делал копии и уносил их домой, таким образом поддерживал порядок. И чтобы не возникало всяких… финансовых ситуаций, мешающих взаимодействию с клиентами, так скажем. И вчера мне вернули расписки из клуба. Разумеется, я поспешил сравнить их с домашними записями, и… недосчитался нескольких.

— Вы королевскую полицию в чем-то обвиняете?

— Нет! Нет, что вы! Великие Судьи мне свидетели! — испугался мужчина. — Я никоим образом не пытался указать на вас, скорее… может, это была Мал? Она точно заходила в кабинет в то утро, вдруг она взяла расписки?

— Давайте взглянем на несовпадения.

Мы спустились в кабинет.

Эбергард неохотно достал журнал учета и приложил к нему расписки, мужчина все время косился на нас с таким видом, точно жалел о длинном языке. Но сказанного не воротишь, пришлось все показывать. Он открыл журнал на нескольких страницах и пояснил, что при возвращении долга вычеркивал имя должника, и никогда никого не забывал. А с расписками возникло недоразумение, и вывод один: либо в полиции сидят растеряхи, либо… кто-то позаимствовал расписки. И на ум первой приходила Мал.

— Она знала, что вы ведете журнал? — спросила я, сверяя имена.

— Нет, то есть… не думаю. Я делал это негласно, только для себя. Меня, так скажем, радовала такая рутина, приносила спокойствие.

— Вы доверяли Мал?

— Доверял. Но старался держать все под контролем.

Выяснилось, что отсутствовали сразу три расписки. Две из них принадлежали альтьеру Иустилону Стандершелю, еще одна – альтьеру Константину Виллебругу.  Оба – близкие друзья принца Александра, наследники громких фамилий.

— Как тебе такое? — спросила я Дара.

— Мир тесен, — кисло ответил он.

Мы попрощались с Эбергардом и вышли на улицу. Дар закурил, в его движениях чувствовалось напряжение. Это он так на друзей принца отреагировал? В расписках указаны не такие уж значительные суммы, для наследников из Высших домов это и вовсе ерунда. Но вот проблема: оба парня еще зависимы от старшего поколения, они под жестким контролем, в подобных семьях иначе и быть не может. Суммы, может, и ерундовые, но на их незаметный сбор тоже необходимо время. Родительский гнев никому не