Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Глава 15. И кому дарована кровь?

Даруя кровь умирающему, человек частично умирает сам. Он жертвует продолжительностью жизни, мертвая земля вбирает ее в себя и передает другому, только она может служить передатчиком. Никто не знает, насколько велика получится жертва, но нет сомнений, жизнь дарующего кровь сократится безвозвратно.

На Суде такая жертва с великой долей вероятности не будет учтена, либо станет доказательством преступления против самой жизни. Следует помнить об этом, даруя кому-то свой ценнейший ресурс.

«Законы баланса», альтьер Херман Армфантен.

Я вспоминала обрывки теории, пока ждала возвращения Лин, она отправилась домой за помощью, оставив мне свой плащ. Я куталась в тонкую ткань и дрожала от холода, рядом лежал Актер все еще без признаков жизни. Но так и должно быть, теперь дело за мертвой землей.

И за моей кровью.

Совершила ли я глупость? Моя жизнь все равно не будет долгой, я это знала наверняка. Дело не в моей крови и продолжительности жизни, и даже не в страхе перед Судом, дело в спасенном. Я в очередной раз посмотрела на Актера: совсем бледный, тонкие губы слились с лицом, а на месте глаз – темные провалы. Вся одежда в крови и земле. Вид беспомощный и жалкий. Но он ведь очнется. Перестанет быть жалким. И доставит немало проблем.

Беа… все началось с нее. Она так отважно убегала в ночь, так уверенно… она хотела спасти остальных девушек, речь ведь шла про них. «Спасти их всех!». И для этого Актер должен выжить. Он знает что-то? Думаю, немало. И может поделиться знаниями из чувства благодарности, если оно вообще у него возникнет. Или еще лучше: из чувства благодарности он признается во всем и сразу, а там и девушек отпустят, и мир во всем мире наступит, вот будет идеальный вариант!

Появилась Лин на экипаже и в сопровождении пары надежных слуг, общими усилиями мы погрузили бесчувственное тело и добрались до безопасного дома. Актера так и оставили на улице, я распорядилась. В дом его пока рано. Это, конечно, звучало безумно и непонятно, с этим еще придется разобраться.

— Они будут молчать, — сказала Лин, появляясь рядом со мной с теплым пальто в руках. — Наденьте, не то сляжете.

— Спасибо, Лин.

— Вы ведь сделали что-то неправильное и опасное, альтьера?

Я промолчала, но Лин и так поняла, и осуждающе покачала головой:

— Иногда мне кажется, вы все это нарочно, альтьера. Нарушаете правила, делаете все, чтобы у вас случились неприятности, чтобы вам в итоге было больно. Такие поступки не доведут вас до добра.

— Перестань нагнетать, — поморщилась я.

— А вы подумайте над верным решением, пока не поздно. Еще есть время предать его мертвой земле, — она посмотрела на лежащего под нашими ногами мужчину. — Он навлечет на вас неприятности, совсем как та ведьма. У вас и без них достаточно в жизни проблем.

— И ты сможешь закопать живого человека, Лин?

Девушка легко выдержала мой взгляд.

— А он живой, альтьера? — с усмешкой спросила она. — Я видела немало мертвецов, и он сейчас – один из них. Не поздно все так и оставить. Сдается мне, на Суде то, что вы натворили, не одобряется. И… я могу все сделать за вас, раз вы не можете, альтьера.

— Сделай мне лучше ликао, Лин. А потом уходи спать.

Она сурово поджала губы, yо послушалась. Спать Лин не ушла, заняла позицию в библиотеке (оттуда все хорошо просматривалось) и следила за происходящем. Надеялась, наверное, что я одумаюсь и позову ее на помощь.

Вот так странно наступило утро. Актер все больше начинал походить на живого человека. Я склонилась к его ране: она выглядела грязной и неприятной, но края затягивались. Рядом валялись две пули, их я забрала себе. Наверное, теперь можно вернуться в дом.

Актера определили в одну из гостевых комнат. Пока он находился без сознания, я омыла его рану, убирая остатки земли, стянула выпачканную кровью рубашку и спрятала ее на всякий случай, ведь кровь человека – редкая ценность, если знать, как ею распорядиться. Вдруг мы с Актером не сможем договориться? Как минимум у меня на руках останется весомый аргумент. В довершение я наложила крепкую повязку, посмотрела на проделанную работу без особых чувств. Да и что мне чувствовать? Вот очнется, тогда и посмотрим.

Приняв долгую согревающую ванную, я вновь вернулась в комнату гостя. Устроилась на кресле с книгой в руках, и сама не заметила, как отключилась. Проснулась из-за странного чувства – за мной кто-то наблюдает. Все ночные события пронеслись перед внутренним взором, и я открыла глаза.

Мы с Актером долго смотрели друг на друга.

— Мне приснился странный сон, — наконец прохрипел он, пытаясь подняться. — И ты была в нем.

— Наверное, в этом сне я спасла вам жизнь, не имея на то причин? Благодарить не стоит, один разговор – и вы свободны, альтьер Великий Актер. Подать вам воды?

Он кивнул растерянно:

— Давай воду. И мой сон был о другом.

«Он был без сознания, почти мертв» – напомнила я себе.

Не знаю, на что Актер пытается намекнуть сейчас, но он не в состоянии помнить, что случилось после его ранения, он может только гадать. А это его право, пусть ищет ответы, пусть мается от неведения… он все равно ничего не найдет. То, что я сделала – тайные знания, доступные ограниченному кругу лиц.

Актер жадно выпил воду и ощупал повязку. Потянулся в сторону, проверяя, насколько ему больно. Сел, свесив ноги с кровати, а потом и вовсе поднялся, лишь самую малость морщась от неудобства. Он остался только в брюках, ведь я сама припрятала его рубашку, но отсутствие части одежды Актера ничуть не смущало. Раз ему нормально, то мне вообще безразлично.

— Значит, ты опоила меня ядом.

— С чего такие выводы? — подняла я брови.

— Мне больно, но не слишком. Я смог встать на ноги. И этот сон… слышал, у сивилл такое практикуется: капля яда ради крепкого сна. Яд обезболивает и отрубает сразу, но есть побочное явление – вещие сны.

— Я думала, это работает только на самих сивиллах.

— Я тоже так думал. Видимо, мы оба ошибались.

— Похоже на то. — Пусть думает, что я его отравила, вариант неплохой и для меня