Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

не хотелось слушать очередную «интересную» новость в его исполнении. Да и вообще, его удивляло, что Юрец гораздо больше разговаривает с ним, чем с кем-то ещё из бригады, хотя Найд всем своим видом показывал, насколько он не расположен к разговорам с Юрцом, да и к любым разговорам в принципе.

– Я знаю, почему нас развернули сегодня. Точнее, мне кажется, что я знаю, – нисколько не обижаясь на недружелюбное поведение Найда, ответил Юрец. Он наморщил веснушчатый нос и потер его рукавом темной засаленной куртки.

Найд закатил глаза и скрестил руки на груди.

– Даю тебе минуту. Начнёшь заливать что-то длинное и мутное – слушать не стану. Я предупредил.

Найд терпеть не мог, когда чувствовал, что его водят за нос. А прослушивание любой интереснейшей по заверениям Юрца истории непременно сопровождалось этим гадким чувством.

– Минута, конечно, мало для такого...

– Минута пошла.

Юрец потерял ещё несколько секунд, думая, как бы сократить рассказ.

– Не знаю, чья это ошибка, но шахта точно пересекается с системой пещер, – торопливо начал он, – вообще, насколько я понимаю, такого быть не должно, потому что есть угроза обвала. Удивительно, что при формировании тоннеля никто не обнаружил этого. Либо были ещё какие-то обстоятельства, – Юрец задумался.

Найд нахмурился. По его расчётам, минута уже прошла. Стало быть, продолжая говорить, малой тратит его время. А все уже уехали, и Рамис тоже… И придётся Найду ехать в Верону – о ужас! – в компании с Юрцом! И слушать его россказни ещё минут тридцать!

Юрец почувствовал, что терпение Найда иссякает и затараторил.

– Я обнаружил новый лаз. Я там был на днях. И по моему ощущению та порода, об которую сломался комбайн – это стенка пещеры. И мы её не пробьем. Да и не надо. Ни в коем случае нельзя!

Он говорил, сбиваясь и похрустывая пальцами.

– Там что-то такое. Не знаю, что, но там что-то есть. Я, ты знаешь, пещеры люблю, и в Вероне все облазил, и ещё в Китеж специально ездил… Но мне никогда не было страшно. Пещеры как пещеры. А тут… Отсюда я бежал.

Юрец сморщил лоб, как будто бы подбирая нужное слово и, наконец, выдал:

- Там стены как будто движутся.

Найд нахмурился ещё больше, вспоминая, как пульсировала под его пальцами порода. Выходит, Юрец не бредит. Что-то явно есть. Только – что? И, стало быть, наверху знают? Раз свернули их сегодня?

– Я правду говорю, Найд.

Найд вышел из раздевалки и молча направился к проходной. Юрец как хвост увязался за ним. Хорошо хоть не болтал. Но он слишком громко ждал от него ответа или реакции! А что Найд мог сказать? Что тут вообще скажешь?

– Я понял тебя, – наконец, остановившись у выхода с проходной, пробурчал Найд и засунул руки в карманы комбеза. В лицо ударила долгожданная вечерняя прохлада.

– Ты мне веришь? – с надеждой спросил Юрец.

– Сложно сказать, верю или нет. Рано пока делать выводы. Но я тебя услышал.

Парень явно расстроился, но кивнул в знак согласия. Найд заметил, что мужиков на улице нет – стало быть, все уехали. Вообще никого не было, кроме них двоих, да сторожа в будке у шлагбаума. Хрустя гравием, к проходной подъехал чадящий фургончик с прогнившими порогами.

– Поезжай, – кивнул Найд Юрцу, – а я тут пока покурю.

Юрец послушно залез в салон. Найд выудил из глубокого кармана комбинезона самокрутку, одолженную «про запас» у Рамиса, коробок спичек и закурил.

«Главное, чтобы это была не последняя маршрутка до Вероны», – усмехнулся он вслед удаляющемуся фургончику.

И все же, несмотря на то, что Юрец был, по мнению Найда, знатный выдумщик, что-то тянуло его проверить пещеры самостоятельно. Это была глупая идея: тратить свой законный выходной не на сон, отдых и домашние дела, а на сомнительную прогулку под землей. Никто не знает, насколько в пещерах может быть опасно. А с другой стороны, Найд никогда никуда не выбирался. Он был любопытен, но труслив, и трусость постепенно подмяла под себя природное любопытство. В какой-то момент он перестал интересоваться внешним миром! Он жил, словно закрыв глаза и уши.

«Ага, еще и заткнув рот, дабы не ляпнуть лишнего»

Внутри еще колыхался пережитый во время обвала ужас. На доли секунды Найд был готов попрощаться с жизнью и теперь ощущал, что получил второй шанс. Встряска, пусть и настолько жесткая, открыла ему глаза на многое. Юрец, хоть мелкий, а трусом не был. По крайней мере, у него нашлись силы не задавливать в себе мечту о свободе. Когда-то Юрец признался Найду, что именно под каменными сводами чувствует себя действительно свободным. Никакого начальства, никаких бытовых проблем, никакого шума…

Найд слушал это, изнывая от зависти. Юрец мог позволить себе делать, что хочет, а он – не сможет? Найд докурил и с силой затушил сигарету о бок мусорной урны. Так не пойдет. Если он завтра же не спустится в пещеру, он потеряет свободу. Именно ее, потому что закабаление начинается с запугивания извне. Потом человек приучается опускать голову и бесшумно передвигаться. Потом он пугает сам себя – изнутри. И теряет всякий намек на любопытство – ведь оно опасно. Оно побуждает поднять голову и осмотреться. Оно побуждает задавать вопросы. И следующим шагом – действовать.

Послушав собственные аргументы, Найд твердо пообещал себе спуститься в пещеры завтра же.

***

Фарел, начальник сортировочного центра, или СЦ, бодро шагал на работу. Официально он должен был находиться на месте с десяти утра, но ему нравились эти ранние часы – когда улицы еще не переполнены, рассветное солнце еще не печет макушку, а на складе нет множества снующих туда-сюда работников. Ему нравилось начинать свой день в спокойствии, а не в суматохе. А на складе она была всегда. Фарел щурился от солнца, удовлетворенно чувствуя, как приятно отзывается тренированное тело на каждый шаг – не зря ведь пошел пешком сегодня! Он предвкушал утреннюю чашку кофе с пачкой печенья. Печенье еще со вчерашнего дня лежало в сумке, ну а кофе всегда водился у него в кабинете.

Главный склад Вероны представлял собой огороженную высоким забором с «колючкой», хорошо охраняемую территорию с единственным, зато огромным корпусом. Корпус был разделен на зоны, в зависимости от хранящегося там товара. Здесь были ряды с одеждой и обувью, строительные материалы, продукты длительного хранения, морозильные камеры…

Подойдя к массивным воротам, Фарел кивнул смотрящему на