"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

Услышав эти спокойные слова я испуганно замер, боясь пошевелиться и не сводя напряжённого взгляда с расслабленной берегини. Между нами установилась вязкая тишина, которую я всё-таки нашёл в себе силы разрушить:

— Зачем же сразу так… Сказала бы, что не хочешь возвращаться, да я бы ушёл себе спокойно…

Берегиня на это моё заявление тихо рассмеялась, после чего буквально пропела:

— Я конечно могла бы так сказать, и ты конечно мог бы попробовать уйти… Но ведь вот какая незадача, Атон-ран… Как только ты попал в укрытие этой берегини, то я сразу почувствовала в тебе проявление родственной мне силы, и уже не могла отпустить тебя просто так.

— Родственной тебе силы? Укрытие этой берегини? — ошеломлённо повторил я, после чего настороженно уставился в глаза этого существа и мысленно костеря себя на чём свет стоит, спросил:

— Кто ты, и где хозяйка этого места?

Девушка передо мной улыбнулась, и весёлым голосом заметила:

— Хреновый из тебя друид, если ты сразу не обратил внимание на силы, заключённые в этом теле. Бедная Зоряна, о которой ты спрашиваешь, тоже здесь, только вот все её силы уходят на то, чтобы защитить от меня осколок души этого леса, поэтому сейчас мы с тобой можем спокойно пообщаться без посторонних.

Настороженно посмотрев на свою собеседницу, и боясь поверить в очевидное, я спросил:

— А кто тогда ты? И почему ты сказала, что во мне есть родственная тебе сила?

Девушка на этот вопрос мерзко ухмыльнулась, что на её хорошеньком лице смотрелось просто до невозможности не к месту, после чего встала, и медленной походкой приблизившись ко мне наклонилась, а затем стала медленно вести своим пальцем по моему лицу, одновременно с чем едва слышно прошептала:

— Зови меня Анария… А что касается второй части твоего вопроса… Я очень хочу услышать историю о том, как какой-то слабенький друид стал эмиссаром тьмы!

Глава 25

План? Какой план?

Услышанные мной слова были настолько внезапны из уст берегини, что я несколько мгновений просто ошарашенно смотрел на невозмутимую девушку, после чего первым моим желанием было незамедлительно выйти из игры.

Однако потом я сообразил, что мало того, что толку от этого особого не будет, по причине по прежнему действующего проклятия Флорайи, так еще я и этим поступком я могу разозлить эту сущность, и кто знает, на что она способна в гневе…

Поэтому я постарался придать себе недоумённое выражение лица, и с абсолютным непониманием сказал:

— Понятия не имею о чём ты говоришь, Анария! Кто такой этот эмиссар тьмы? Тьма — это ведь зло!

Берегиня в очередной раз мерзко ухмыльнулась, после чего я с ужасом заметил, как её глаза на долю мгновения стали абсолютно чёрными, а затем она медленно пошла по направлению к своему креслу, тихонько говоря:

— Когда ты будешь сидеть на допросе у священников, и тебе будут загонять освящённые гвозди под ногти — позаботься о том, чтобы твоя ложь звучала убедительней, маленький друид.

Что касается конкретно нашей ситуации — я прекрасно вижу на тебе метку эмиссара, только вот ведь в чём закавыка… Я совершенно не помню, чтобы накладывала её на кого-то, хотя бы приблизительно похожего на тебя.

После этих слов я ощутил невероятную тяжесть, навалившуюся на меня буквально со всех сторон, а как будто несколько увеличившаяся в своих размерах берегиня мерзко прошипела:

— Отвечай немедленно, Атон-ран! Не думай, что твой искательский статус позволит тебе сбежать от меня! Благодаря связи с тьмой я достану тебя в любом из миров, куда бы ты не сбежал!

В этот момент я понял, что дальнейшее упрямство совершенно бесполезно. И нет, не потому что я испугался, или меня впечатлили угрозы этого существа… Своё я уже давно отбоялся.

Просто когда она на меня начала давить своей силой, то я моментально вспомнил похожие ощущения от нашего знакомства с Аланой, что лучше любых слов сказало о родственности этих двух сущностей, поэтому в дальнейшей игре в молчанку не было никакого смысла.

Подняв на неё взгляд, и стараясь выглядеть достойно, не смотря на то, что из-за давления мне было даже дышать тяжело, я спокойно проговорил:

— Ты и не могла помнить об этой метке, потому что накладывала её не ты!

В ту же секунду всё давление с меня пропало, и берегиня, откинувшись на своём кресле, требовательно прорычала:

— Рассказывай! И не дай бог я почувствую от тебя хотя бы частичку лжи, маленький друид!!!

Мысленно повздыхав на тему того, что приключения ко мне так и липнут, я постарался тоже устроиться поудобнее, что в окружении ядовитых шипов было сделать той ещё задачкой, после чего начал свой рассказ.

Рассказал я ей абсолютно всё. И как появился в этом мире, и как получил квест на очистку Розда от тьмы… Поведал о знакомстве с сарканами, показал ей нестабильную пилюлю пламени, ну и конечно рассказал о знакомстве с Аланой, а так же о нашей договорённости.

Анария слушала меня не перебивая, лишь изредка уточняя некоторые детали. Её весьма заинтересовал источник моих знаний по алхимии, но когда она узнала, что наставник ушёл в другой мир за ингредиентами, то интерес этот быстро угас, ну и конечно её заинтересовал наш договор с Аланой.

— Значит, ты говоришь, что Алана дала тебе навык, отправляющий души плохишей к ней на испытание? Вот ведь хитрюга! — то ли спросила, то ли просто сказала моя собеседница, после чего с новым интересом на меня посмотрела, и произнесла:

— И скольких же плохишей ты уже отправил моей сестре?

Удивлённо посмотрев на берегиню, я тупо переспросил:

— Сестре?

Берегиня мило улыбнулась, и о чём-то на несколько мгновений задумавшись, всё-таки решилась:

— Ладно, откровенность за откровенность. Всё-таки не просто так она тебя выбрала, а значит достоин какого-никакого доверия… Да, Алана — это моя сестра. Мы с ней верные последователи нашей матери, тьмы, и практически всегда действуем вместе.

Когда нас призвали в этот мир — мать не нашла тут ничего стоящего её внимания, и позволила нам набираться тут опыта, что мы успешно и делали.

Однажды у нас даже получилось практически полностью увести Эринию под эгиду тьмы, но долбаный орден святош в своём последнем оплоте устроили нам неплохую взбучку, откинув назад, а в последствии заперев в подпространстве.

Долгие сотни