Спасение злодея по ошибке - Feng Yu Nie

назад. Как только остальные закончили выбирать свои подарки, они сбились в кучу, восхищаясь выбором друг друга. Время от времени он хвалил других за хороший глаз и в целом выглядел так же, как обычно. К сожалению, украдкой брошенные им взгляды в сторону Сун Цинши и Юэ Ухуаня выдали его мелкие мысли.

Юэ Ухуань уделял много внимания своему образу перед учителем. Он не допустит, чтобы его секреты были раскрыты. Следовательно, куски плоти и эти дураки, замученные до психического срыва в подземельях Долины Короля Медицины, были темой, о которой категорически запрещалось говорить.

Цин Луань грызла ногти. Она была чрезвычайно встревожена, боясь, что Жун Е сделает какую-нибудь глупость.

Юэ Ухуань бросил на нее еще один предупреждающий взгляд. Цин Луань тут же опустила руку и заставила себя улыбнуться, не осмеливаясь показать свои истинные мысли.

С большим трудом ей удалось продержаться до вечера. После окончания всех занятий она тут же схватила Жун Е и вытащила его на улицу, чтобы поговорить с ним. Она еще раз напомнила ему о долге благодарности, которым они обязаны учителю за спасение их жизней. Она объяснила ему важность Ухуаня-гэ для учителя и приказала ему ни при каких обстоятельствах не думать о том, о чем не следует, иначе, если дела пойдут плохо, пусть винит только себя.

— Цин Луань-цзе неправильно поняла. Это не так, — отрицал Жун Е, а затем, пытаясь задобрить ее, сказал, — Я просто думаю, что учитель удивительный и очень мягкий. Я стал его очень уважать и хочу сблизиться с ним, чтобы научиться у него новым навыкам.

Призрачный Огонь Подземного Мира предназначался для убийства людей. Везде, где он касался, кожа трескалась, плоть лопалась, кости ломались, а мышцы плавились. Боль была мучительной, и не было никакой возможности от нее избавиться, пока все, в конце концов, не превращалось в черную пустоту. Свирепая репутация Сяньцзуня Короля Медицины и страх слуг долины во многом объяснялись ужасом, который вызывал Призрачный Огонь Подземного Мира.

Цин Луань была свидетелем смерти Се Цзе, и даже если Сун Цинши был обычно мягким, она все равно боялась и не решалась подойти. Даже добрый тигр оставался тигром. То, что он не хотел есть людей, не означало, что он не мог их есть.

Мягкий тигр должен быть передан кому-то сильному и не заботящемуся о собственной жизни, такому, как Ухуань-гэ…

Его ни в коем случае нельзя провоцировать.

Цин Луань желала разорвать на кусочки все, что она могла сказать Жун Е, вскрыть ему голову и запихнуть все это внутрь. Она хотела заставить его понять эти принципы, которые были вопросом жизни и смерти.

— Я понимаю, — Жун Е начал терять терпение от ее нотаций, и не мог не спросить, — Неужели так страшно служить культиватору?

Цин Луань почувствовала, что этот ребенок немного не в себе. Он не понимал порочности мира людей. Она вспомнила, что после инцидента с Се Цзе, Жун Е, который был одного возраста с Мин Хуном, неожиданно не заплакал и не закричал. Вместо этого он мягким голосом утешал своих напуганных старших братьев и сестер. Хотя они чувствовали, что он, возможно, не до конца понимает эти грязные дела, его мужественная манера поведения всех очень ободрила…

Все ладили с Жун Е, даже Мин Хун, который становился все более замкнутым, немного смеялся, когда был рядом с ним.

На протяжении многих лет старшие братья и сестры Жун Е выполняли все его просьбы. Они избаловали его, сделав недисциплинированным и неуправляемым. В частности, Жун Е заморочил Хэ Цинъюня до такой степени, что тот стал путаться и был полностью дезориентирован. Если Жун Е указывал на восток, он не шел на запад. Если ему нужны были звезды, он не давал луну. Если он ел виноград, Хэ Цинъюнь очищал его от кожуры и выковыривал из него косточки. Ни одно домашнее животное не получало такой заботы, как он. Его так опекали, что он сам уже не знал своего веса.

На душе Цин Луань стало плохо… Она заставила Жун Е пообещать, что он больше не будет подходить к учителю и не будет провоцировать Ухуаня-гэ.

Жун Е бездумно согласился и спросил с непринужденной улыбкой:

— Насколько красив был Ухуань-гэ раньше? Его уже изуродовали, а учитель все еще так глубоко хранит его в своем сердце?

В то время, когда они все прибыли в Долину Короля Медицины, он был слишком молод и, не в силах сопротивляться усталости, заснул как в тумане. Он не последовал за всеми, чтобы выразить ему свое почтение. Позже, услышав, как все обсуждают красоту Юэ Ухуаня, ему стало немного любопытно, и он захотел взглянуть. Однако Юэ Ухуань был очень занят, а Цин Луань не давала им выйти со двора, поэтому у него не было возможности посмотреть.

Позже, когда он увидел Юэ Ухуаня, его лицо уже было покрыто ядом змеи Маска дьявола. Это было странно и ужасающе.

Жун Е никогда раньше не видел такого чудовищного лица. Он так испугался, что следующие два дня ему снились кошмары. С тех пор он никогда не осмеливался смотреть на Юэ Ухуаня.

После этого Юэ Ухуань начал надевать маску, и ему стало немного спокойнее.

Теперь, когда учитель закончил свою закрытую культивацию, Юэ Ухуань заменил свою маску на изысканную золотую. От всего его тела исходило дыхание красоты. Но всякий раз, когда Жун Е видел его, он вспоминал ужас, скрытый под маской. Чем больше Цин Луань подчеркивала глубокие чувства между учителем и Ухуанем-гэ, тем больше он чувствовал, что учитель был очень решительным человеком, раз способен испытывать нежность к такому лицу…

Он считал, что служить культиваторам — это очень хорошо. Того немногого, что выпадало из их пальцев, было более чем достаточно, чтобы любой обычный человек чувствовал себя очень комфортно.

Жун Е посмотрел на свое отражение в зеркале. Все признавали, что он очень красив, и только Мин Хун мог соперничать с ним. Однако характер Мин Хуна был не очень приятным, и он полностью посвятил себя культивированию. Все знали, что в душе он восхищался Цин Луань-цзецзе. И хотя он не осмеливался сказать об этом, он намеренно подражал стилю одежды Ухуаня-гэ, чтобы привлечь ее внимание. Это было действительно смешно.

Насколько красив был Юэ Ухуань? Насколько привлекателен?

Жун Е слушал, как Цин Луань твердит одно и то же. В душе он стал еще более непримиримым. Он неоднократно уговаривал ее, и наконец ему удалось прогнать Цин Луань. Он не мог удержаться от смеха.

В секте