Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

отмечая, что при моем появлении фонари начинали светить ярче, скрипы и шорохи прекращались, а изредка вспыхивающие красные огоньки улепетывали от меня с ужасающей скоростью. Репутация – страшная вещь.

Давно остался позади склеп, полуразрушенный нашими стараниями, а дорожка словно и не кончалась, пока не привела к небольшому надгробию с выбитой на нем лисьей маской.

– Кирра! – вырвалось у меня, и я вздрогнула от звука своего голоса и подошла ближе. Никаких других опознавательных знаков, но я была уверена, что это она. И меня накрыло.

Да, все это было и прошло, наша психика работала как компьютер, обновляя систему всякий раз, когда требовалось. Я не грустила о родителях, своей съемной квартире с новым ремонтом, мысли о Светке крутились больше вокруг текущих событий, чем нашего общего прошлого, но вот Кирра… Мы ведь даже толком не успели узнать друг друга, так грустно и несправедливо, что я могу вдруг лишиться даже этой хрупкой тоски по ней.

– Мне тебя не хватает, – сказала я первое, что пришло в голову, осторожно присаживаясь рядом с надгробием и обводя пальцем рисунок на камне. Воздух вокруг меня сгустился и мазнул по лицу, словно шерстяной кисточкой.

Внутри все перемешалось, на глаза навернулись слезы, я обняла холодный камень и стала выплакивать все, что накопилось. Все эти подковерные интриги ректоров про то, как мы скучаем, про дуру Светку, про мои чувства к Амилоте, хотя его полагается ненавидеть, про учебу, про парнокопытного Аркадия, чтобы у него подковы отлетели, и про многое другое, вроде бы и не важное, но собирающееся в кучу и давящее на меня как груда булыжников.

Через некоторое время действительно стало легче, словно с плеч сняли бетонную плиту, а потом дали попить ледяной водички.

Я вытерла лицо краем юбки, вздохнула и с благодарностью погладила памятник.

– Спасибо! И прости.

Ветер дунул мне в лицо, заставив поморщиться от щекотки. Кажется, извинения приняты, и страница перевернулась – я почти слышала освежающий шелест. А потом ветерок всколыхнул листву впереди, и в глубине кустарника мелькнуло белое полотно.

Я нервно огляделась, вокруг все было так же – фонари, туман, освещенная дорожка.

– Я схожу с ума?

А потом расхохоталась сама над собой. Ох, Рита, это же Академия небытия! Тут полным-полно студентов, которые не прочь развлечься и отдохнуть от душных преподавателей, и подавляющее большинство из них – существа ночные. Скорее всего, просто кто-то спешит на встречу с друзьями, чтобы хорошо так посидеть у костра с бутылочкой чего-нибудь покрепче.

Кстати, а это мысль! Я погладила Кирру еще раз, пообещав вернуться большой компанией и устроить праздник посвящения в студенты прямо тут, раз уж у нас не получилось сделать это тогда.

Я развернулась было уже в обратную сторону, как ветерок настойчиво пихнул меня в плечо, словно намекая – не туда ты, Рита, идешь. Это же было интересно, и я эксперимента ради попробовала придерживаться прежнего маршрута, но ветерок швырнул мне в лицо пригоршню листьев и ощутимо стеганул по правому плечу.

– Ладно, ладно, твоя взяла.

И я потихоньку двинулась вслед за белым пятном, постепенно уходя в лес и оставляя кладбище далеко позади. Это уже не Академия, а целый академический город получается и пара деревень в придачу.

Когда мне удалось догнать белое пятно, я прокляла все на свете: этот колючий кустарник, свое умение искать на пятую точку приключения, темноту и больше всего – ямки и кочки, по которым очень неудобно было прыгать в казенной обуви.

И вот он, момент истины. Стряхнув с лица задремавших змей, я увидела, что то, что я преследовала, оказалось не студентом, а призраком, облаченным в полупрозрачное платье! Он испускал слабое мерцающее свечение, похожее на дыхание, и чуть колыхался, как тюль на открытом окне. Но что важнее – я уже встречала это лицо перед тем, как потерять сознание во время выгула Амилоты-шпица.

– Стой! – велела я и, бесстрашно прыгнув вперед, попыталась ухватить ее за просвечивающий подол.

Ткань затрещала, и девушка-призрак изумленно уставилась на меня непроглядно черными глазами. Я сжала в пальцах оторванный клок и на всякий случай изобразила на лице раскаяние.

– Прошу прощения, но нам надо поговорить. Точнее, мне надо кое-что спросить. И хоть вы, кажется, привидение, я в них не верю, поэтому…

Клочок ткани просочился сквозь мои пальцы белым дымом, а наряд девушки вновь выглядел целым и непотревоженным.

– Тиски сжимаются, – вздохнула она. – Времени все меньше. Жди подсказку, судьба, очевидно, на твоей стороне.

– Чего, простите?

Призрак выразительно округлила глаза и подвигала бровями, но не дождалась понимания и махнула на меня рукой, после чего растаяла в воздухе, оставив один на один с этим мутным предсказанием. Каким там уже по счету? Надо было дневник вести.

Обратно я шла очень долго, то ли заплутала, то ли азарт погони загнал меня в такую тьмутаракань, что я понятия не имела, в какой стороне Академия.

Было уже совсем темно, когда я завалилась в нашу комнату, с ветками в змеиных пастях. Паучиха спала, привычно повиснув над кроватью вверх ногами. Я прошмыгнула в постель и выбросила призрака из головы. Завтра только не забыть рассказать ребятам про Кирру.

Браслет истошно заверещал, я подпрыгнула и ударилась об изголовье. Мия шипела в своем углу, а за окошком бодро каркали вороны.

– Где ты вчера шлялась? Рэнди весь вечер тыкался в дверь, я домашку два часа делала!

– У меня было романтическое свидание на кладбище, – выдала я, наблюдая за тем, как вытягивается лицо у Мии. – Догадаешься с кем? Первая буква…

Мия разразилась такими отборными проклятиями в мой адрес, что пришлось заткнуть уши, пока она не закончила рассказывать, что сделает с отдельно взятой змеевидной особью. Заодно заняла ванную и быстренько поплескалась под холодным душем. Синяки под глазами и зевающие змейки дополнили мой сегодняшний образ.

– На обеде встретимся, и ты мне все расскажешь! – буркнула Мия напоследок уже гораздо спокойнее. – Только не думай, что я тебя прощаю.

И хлопнула дверью ванной, да так, что с потолка посыпалась штукатурка.

Первой парой у нас стояли занятия с Драгомирой Копецки. Радости это мне не добавило, как и желания учиться. На пути я забежала в столовую, чтобы перехватить бутерброд, уже не успевая на полноценный завтрак.

На полигон заявилась, доедая хлеб с яичницей. Половина курса завистливо вздохнула, вторая половина так же, как и я, пыталась спешно дожевать новый шедевр нашей буфетчицы.

– Я рада, что вы решили все же посетить практическое занятие, студентка Кудряшова! – голос Копецки звенел сталью. – И хочу напомнить,