Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

Мы замолчали. Я постукивала коготками по бедру, гадая, Аркадий уже ушел или еще нет.

– Не надо так коситься. Если хочешь спросить, здесь ли я, просто спроси, – проворчала пустота.

– А почему единорог учится на Темном факультете? – задала я спонтанно возникший вопрос. – Разве единороги – это не такие, эээ… Белые коняшки.

– О, что за стереотипное мышление! Может, я, по-твоему, еще и радугой какаю? Чтоб ты знала, в древности единороги считались быстрыми, свирепыми и опасными существами. Мы даже людей ели!

– Ничего себе, – из вежливости закивала я.

– Я бы посмотрел на тебя, когда все вокруг пытаются отрубить твой рог и пустить на лекарства.

– Жуть какая.

Аркадий испустил такой тяжкий вздох, будто вот только спасся бегством от очередного охотника за его рогом. Фу, даже звучит как-то неприлично.

Браслет вздрогнул, подавая сигнал о входящем сообщении. Морис интересовался, где меня искать. Пока я отвечала, Аркадий, судя по звуку, поднялся с лавки.

– Приятно было побеседовать, – сказал он. – По большей части. В будущем советую мыслить шире, пригодится.

Копыта зацокали по дорожке, а с другой стороны аллеи ко мне уже спешил Морис.

– Ты сама с собой разговариваешь? – бросил он с ходу. – И давно это началось? Спрашиваю как лучший друг.

– Здесь был Аркадий.

– При мне не обязательно прикрываться невидимыми друзьями.

– Морис, блин! – рыкнула я и в шутку замахнулась. – Я не виновата, что ты его не видишь.

– О, это точно. В этом виноваты другие дамы, – хихикнул он и упал рядом на освободившееся место. – Так что у тебя еще стряслось?

Мне стало как-то стыдно. Получалось, будто я зову его только тогда, когда нужна помощь. Попыталась придать лицу беззаботное выражение и пожала плечами.

– Ну почему сразу стряслось, просто… соскучилась.

– За час?

– Ну да.

Морис расправил складки кружевного воротника и вздохнул.

– Давай уже выкладывай.

– На меня все смотрят как на рок-звезду. Это, знаешь ли, пугает. Если кто-то подойдет просить автограф, могу случайно его укусить. На нервах.

– Рита, ну ты и зануда, оказывается! На твоем месте я бы пользовался внезапной популярностью направо и налево. Можно, например, попробовать получить ужин без очереди.

– Но почему? Меня не было всего несколько дней, что здесь изменилось?

– Не здесь, дорогая моя, а там, – многозначительно ответил Морис, но быстро сжалился и объяснил: – Запись твоего эпичного восстания против Светлого факультета бьет рекорды просмотров. Мия снимала с удачного ракурса, подвесив себя в кокон на уровне третьего этажа. У нее талант, сразу видно. Ректор на этом уже приличную сумму набрал, отправив запись в приватный режим.

Я прямо почувствовала, как к лицу прилила кровь и щекам стало жарко. Всегда ужасно получалась на видео, а тут весь факультет смотрит, как я позорюсь верхом на скелетообразной собаке! Не хочу этого видеть…

– Дай посмотреть.

Морис с гордостью, как будто лично продюсировал голливудский блокбастер, запустил видео на своем браслете, и передо мной возникло трехмерное изображение. Морис щелкнул пальцами, и фигурки, замершие на площади перед главным корпусом Светлого факультета, пришли в движение. К чести Мии, руки у нее не дрожали, к тому же звук был что надо – визги, вопли, свист и рев, так что я сполна насладилась происходящим.

– Это не я. Я была пьяна. Меня подменили пришельцы, – выпалила я на одном дыхании. Морис хмыкнул:

– Да ладно тебе, не скромничай. Ты так заразительно отстаивала честь Темного факультета, что уже появились подражатели. Только куда им до тебя.

– Миллхаус меня живьем сожрет, если что-то такое случится у нас.

– Не случится, не переживай. Тут не с кем бороться, все свои. Поиграются и перестанут.

Я устало сползла вниз по деревянной спинке и застонала. Будь они неладны, эти светлые. Зачем вообще было заманивать нас к себе? Не похоже, что госпожа Бламс изначально планировала посадить меня под замок, да и зачем ей это?

– Они что-то замышляют, – пробормотала я.

– Кто?

– Ректоры, оба. Не знаю что, но это определенно касается меня напрямую. Сам посуди: моего личного дела нет среди прочих, Амилота уходит от ответа, почему оказался причастен к моей смерти, я одна отлично помню всю свою прежнюю жизнь, ректор светлых пыталась удержать меня силой, посадив под арест, а еще когда я начинаю задавать вопросы, все становятся такими загадочными, что аж страшно. И Светка. Ни за что не поверю, что она умерла и попала в Академию Небытия одновременно со мной совершенно случайно. Звезды сошлись, ага.

– Когда ты так говоришь, это и правда начинает казаться подозрительным. Но ты не думаешь, что в масштабах вселенной все мы, и даже ты, не такие уж значительные персоны?

– В масштабах вселенной я и не пыталась мыслить, но в каком-то детективном сериале по НТВ говорили, что в первую очередь надо искать, кому выгодно. Пора мне взяться за это дело всерьез.

Морис хлопнул в ладоши и провозгласил:

– Дело о заговоре ректоров объявляю открытым!

Глава 23

Но расследование пришлось срочно прервать, даже не начав, когда надо мной возникла маленькая грозовая тучка и голосом секретарши Людочки велела идти на ковер к ректору.

Я встала, но в последнюю секунду вдруг честно призналась:

– Не хочу.

Это было дерзко, сама в шоке. Тучка ожидаемо потемнела, зачем-то облетела вокруг, поднатужилась и прицельно хрястнула меня молнией пониже спины. Я взвизгнула и сразу согласилась на все. Если уж тучка была в таком боевом настроении, то про любимого и дражайшего ректора не стоило и спрашивать.

Уныло кивнув Морису, я побрела в деканат, по-старушечьи шаркая лоферами.

Нет, конечно, Миллхауса можно понять, международный скандал и все такое, но кто давал ему право использовать меня втемную для достижения своих загадочных планов? Ну и что, что я это только сейчас предположила – моя горгонья гордость уже задета.

Эта мысль слегка подбодрила. Нет уж, искреннего раскаяния и прочей слезливой ерунды ректор от меня не получит. А вот пару пинков в чувствительное местечко под его драконьими ребрами он заслужил, одно только заточение на цепи и полет на огре чего стоил, удивительно, как у меня змейки не поседели!

– Вас ожидают, – проинформировала секретарша, сверкая ярко-розовыми кошачьими ушками. Стоп! У нее раньше были уши? Занятая этим вопросом, я ввалилась в святая святых и застала ректора в чрезвычайно странном положении.

Миллхаус остервенело чесался спиной о косяк входной двери, а на его лице отображалось неземное блаженство.

– Снова внеплановая линька? – сочувственно поинтересовалась я с порога.

С дракона мгновенно сошел его довольный вид.

– Кудряшшшоваа, – прошипел он, выдыхая мелкие