Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

– Вы же понимаете, что теперь вами заинтересуются определенные службы? – зашел с другой стороны Лайз, но разъяренные женщины не слушают аргументов. Это факт.

– Он ничего не докажет! Кудряшову. Живо.

Я понимала, что не нам тягаться с целым драконом, а уж тем более не мне, но все равно призвала оставшиеся силы – не закаменю, так хоть отвлеку. Остается надеяться, Амилота не станет геройствовать и убежит.

– Берегись! – на всякий случай предупредила я и вскинула руки. Выброс вышел такой силы, что у меня едва ноги не подкосились. Стало тихо, только что-то захрустело, пытаясь сбросить с себя окаменение. Я приоткрыла один глаз и вполголоса выругалась – на фоне совершенно не пострадавшей белой драконши отчаянно кряхтел частично покрытый серым панцирем Амилота.

– Мда, – вдруг раздался до боли знакомый и ехидный голос. – Забыл предупредить, на драконов практически не действует магия, а большинство из нас ее инстинктивно отражают, поэтому, Кудряшова, подберите своего куратора и успокойте ваших защитников, пока они тут весь факультет не порушили.

Я медленно выдохнула.

Тьма за моей спиной сгустилась и выпустила из себя золотого дракона с искривленной в ухмылке пастью. Меня буквально снесло с ног горячим паром и чувством облегчения.

Амилота уже самостоятельно справился с каменной крошкой и смотрел с такой жаждой убийства, что по коже побежали мурашки.

– Пойдем-ка отойдем, – протянул он и прошел мимо, яростно крутя хвостом-колечком.

Я попыталась сопротивляться, но этого никто не заметил. Впрочем, после неудачной акции против госпожи Бламс сил у меня осталось разве что на то, чтобы дышать, и то через раз. Да и откуда силам взяться? Нервы, напряжение, использование такого количества магии, а меня даже в камере не покормили ни разу! И вообще, заключенных три раза в день должны кормить! О том, что в качестве узницы я провела от силы часа три, предпочла не вспоминать.

Драконы, золотой и серебряный, синхронно зарычали и выпустили по первому, пробному языку пламени. Мне мгновенно стало жарко, хотя мы были уже достаточно далеко, и недоразрушенная метеобашня служила сомнительным, но все же укрытием. И когда от перепадов температур – жара Миллхауса Дрея и холода Арлетты Бламс – по стенам пошли новые трещины, до меня с опозданием дошло, что, если бы ректорша действительно хотела избавиться от огров, она бы это сделала с первого выдоха.

– Тебе не кажется, что во всем этом кроется какой-то подвох? – Я повернулась к Лайзу, и меня смяли в горячих объятиях. Я и пикнуть не успела, как оказалась прижата к каменной кладке. И даже как-то немного растаяла, пока не почувствовала, как наглые руки шарят у меня по поясу. А потом послышался звук разрываемой ткани.

– Ты чего творишь?! – возмутилась я. – Прям здесь?

– А ты против? – выдохнул Амилота мне в ухо, обжигая дыханием чувствительную кожу.

Вообще-то да, я была против, но, если мужчина немедленно не отлипнет, рискую поменять мнение. Даже несмотря на очень высокую вероятность, что в любой момент нам на голову свалится верхний ярус башни.

– Какая ты испорченная, студентка Кудряшова, – хмыкнул Амилота.

– Да иди ты! – я фыркнула и оттолкнула его от себя. Ногам стало сильно прохладней, я посмотрела вниз и ахнула. Пока мы перебрасывались фразами, этот коварный индеец срезал с меня почти всю юбку. А потом я подняла взгляд на него и поняла, что он незаметно соорудил себе набедренную повязку. Так из одной юбки получилось целых две.

– Ты поэтому не хотел превращаться? – Я кивком указала на тряпочку, за которой пряталось самое ценное для мужчины.

– Долго же ты соображала. Одежда моя тут в кустах лежит… – Лайз выглянул наружу и вздохнул: – Лежала.

Драконы разошлись не на шутку, лесок вокруг горел и дымился, периодически огонь застывал ледяными пиками, упираясь в темное грозовое небо, и проливался на землю водой. Сверкали молнии. Пахло паленым, аж чихать тянуло. С одной стороны, на безопасном расстоянии от серебряного дракона, собрались недобитые светлые и восторженно орали что-то ободрительное, но и золотой не уступал. За его спиной толпились вывалившиеся из портала матрагоры, тоже поддерживая выкриками – но с куда большей эмоциональностью и, кхм, выразительностью.

Огры, поняв, что про них забыли, алчно присматривались к сверкающему диску на вершине метеобашни. Я потрясла кулаком, предотвращая погодную катастрофу (хотя куда уж хуже?), и обернулась к Амилоте:

– Зачем было все это устраивать? Ни за что не поверю, что я перешла дорогу сразу двум ректорам просто своим существованием.

– Конечно, дело не только в тебе. Но лучше не забивай голову, пока она еще на месте. К тому же драконы по природе чрезвычайно упертый народ, никто не хочет делать первый шаг к примирению. А так есть официальный повод увидеться и тряхнуть стариной. – И добавил после короткой паузы: – Конечно, никто и не думал, что студенты-первокурсники устроят тут армагеддон.

Я зацепилась за оговорку.

– Так у этих двоих личные терки?

– Что-то типа того.

– А если бы Миллхаус не пришел, что со мной сделали бы?

– Казнили? – пожал плечами Амилота.

– Что? – У меня нервно дернулся глаз, а кулак с хрустом впечатался в ребра куратора. – Они поссорились, а мне голову с плеч?

– Я пошутил.

– Плохие шутки! – Я вспомнила взгляд драконши, он явно не предвещал ничего хорошего, так что это вполне могло оказаться реальностью.

– Привыкай.

Ветер швырнул в нас комок гари, а потом пошел ливень, и я почувствовала, как по лицу стекает черная жижа. Амилота выглядел не лучше, разве что полуголый, и его, заразу, эти мерзкие подтеки даже красили.

– Ничего не говори, – перебил он меня, едва открывшую рот, и указал вверх пальцем. Я с ужасом поняла, что уже знаю, что увижу. Притягательный блеск золотого погодного диска все же достал Чо. Огры боролись на самой верхушке, Ма отчаянно пытался отобрать у брата диск, а нас то поливало дождем, то закидывало снегом и обдувало ураганным ветром. Башня при этом опасно «танцевала», кажется, отмечая свой последний день жизни.

В один из таких моментов по земле пронесся вихрь, поднимая повязку Лайза, как у знаменитой блондинки, и я отвернулась, хотя не скажу, что прямо сразу. Будет что рассказать Морису и Рэнди о том, как наш доблестный куратор изображал Мэрилин Монро на минималках. Но это потом, сейчас у меня было две проблемы: сцепившиеся в ротопашной драконы и один падкий на блестяшки огр (а точнее, все-таки два, потому что Ма в благом порыве причинял не меньше разрушений).

– Черт! Они меня до инфаркта доведут, – пожаловалась я Лайзу. –