Фантастика 2026-107 - Наиль Эдуардович Выборнов

— Умею, а что? — спросил он.

— А то, что кинуть нужно будет издалека, — сказал я. — И добросить до входа в школу. Справишься?

— Да справлюсь, конечно, — ответил он.

— Тогда держи, — сказал я и передал ему обе гранаты, что мне выдал Фрай. — Как подберемся поближе, бросай прямо туда.

Но это было не все. У меня был сюрприз небольшой подготовлен, специально на такой случай. Я время потратил еще до того, как мы отправились в путь на базар, чтобы потом фуру искать.

Дело в том, что было у меня некоторое количество таблеток кроме того, что имелось. Во-первых — естественно анальгин. Лекарство так себе: и как болеутоляющее, и как противовоспалительное против современных препаратов не тянет. Но у него были гораздо более интересные свойства.

А были еще таблетки гидроперита. Я не знаю, зачем их хранили в аптеке, но в холодильнике той самой, в которой меня поймали люди Секи, в которую мы потом возвращались, я нашел сразу десять пачек. Если честно, то даже со своим медицинским образованием, я понятия не имел, зачем он нужен. Вроде бы антисептик, надо толочь, размачивать, но зачем? Куча готовых антисептиков в растворе имеется же.

Но я знал, зачем это можно было использовать. Поэтому натолок их заранее в мелкий порошок, как и анальгин. А потом набрал жменю стреляных гильз двенадцатого калибра — их собирали для того, чтобы переснаряжать, но потом забили на это дело, и пересыпал туда.

А теперь нужно было только смешать, чтобы получить одну очень интересную штуку. В гильзе ее использовать нельзя, зато можно было сделать бумажный кулечек. Что я и собирался сотворить.

Сигналом к атаке должны были стать выстрелы. Даже не так — бой, в который мы все должны были втянуться. В том числе и базарные. И сейчас я решил, что это дело будет как нельзя кстати.

— А теперь ждите, — сказал я и уселся на землю.

Открыл рюкзак, вытащил из него гильзы, которые я еще и парафином запечатал, листочек от бумаги. Засыпал туда содержимое двух гильз с анальгином, и еще одной с гидроперитом. И проделал то же самое со второй. Помешал веточкой, которую тут же подобрал, и запечатал.

Теперь действовать надо быстро, потому что реагировать они могут начать уже при тепле человеческого тела. Но для гарантии надо поджечь. Да, надышимся, конечно, но лучше уж так, чем пулю, верно?

— Держи, — я аккуратно, чтобы не рассыпать, передал Адику один из кульков. — Мы с тобой идем первыми, поджигаем, бросаем. Потом отходим.

— А не ебанет? — спросил он.

— Нет, — я покачал головой. — Но дыма будет до хренища. И тогда уже все вместе подходим.

— Так они ж стрелять начнут просто в дым, — заметил Бек.

Фрондер ебаный, иначе его не назвать. Он всем видом демонстрировал несогласие со мной. И какая муха вообще его укусила?

— Тогда мы начнем тележки вытаскивать, — сказал я. — Если мы просто сейчас туда повалим, и начнем палить со всех стволов — они могут не поверить. А вот если попытаемся тележки вытащить — это просто и понятно. За хабаром мы пришли, вот и все. Понятно?

— Понятно, — сказали остальные. Политеховец снова промолчал.

Не то, чтобы я себя считал великим полководцем, но по идее все сработать должно было.

Проблема была в том, что до самого входа в школу укрытий практически не имелось. Все просто: люди Секи сами растащили брошенные машины и всякий хлам. Специально для того, чтобы там было негде прятаться во время нападения. Сейчас это сыграло против нас.

Но в действительности, кто же мог подумать, что штурмовать школу будем мы, а не сидеть внутри, в просторном и уютном помещении, отстреливать нападающих и показывать им факи и жопы через окна. Хотя насчет последнего я все-таки сомневаюсь.

— Бегом! — приказал я.

Это был наш единственный шанс. Прорваться на бегу, пока они еще не успели отреагировать. Бросить самодельные дымовухи, а потом отойти. И снова атаковать, но на этот раз уже огнем.

Мы сорвались с места, причем мы с Адиком бежали самыми первыми. Конечно, новые бронежилеты, которые мы нашли в схроне наших заокеанских партнеров, повышали шансы на выживание, но все равно это было рискованно. Очень рискованно.

Пока что в нас не стреляли. Не свистели пули, ничего подобного не происходило. Похоже, что еще не заметили.

Потом послышался громкий крик, и я припустил вперед со всей скоростью, на какую только был способен, по пути вытащив из кармана зажигалку. Запалил кулек, размахнулся и швырнул его вперед, туда, где стояли тачки и тележки с добром.

И сразу же взялся за автомат. Даже зажигалку не успел в карман сунуть, потому что в нашу сторону полетели первые пули. Пока что редкие.

Адик тоже швырнул свой подарочек куда-то туда, только чуть в сторону, чтобы зоны задымления перекрыли друг друга, но облако было пошире.

Я перекинул прицел в режим увеличения, прицелился в человека, который появился в проеме дыры, ведущей в здание школы. Почему-то мне отчетливо бросилось в глаза его лицо. Такой обычный рязанский мужичок, он мог на заводе где-то здесь работать. Неприметный. Может быть, мы даже с ним встречались в прошлой жизни, кто знает.

Так почему же мы должны стрелять друг в друга? А да, потому что война. И потому что его дружки чуть не перебили нас всех. И они же устроили вот эту кучу трупов, которая там чуть дальше лежит. И которую нам еще предстоит разобрать, чтобы понять, кого убили, а кого нет.

Мысли мельтешили у меня в голове, а палец потянул спусковой крючок. Я увидел, как трассер унесся вдаль, потом ствол подпрыгнул, прицел чуть сбился. И я увидел, что этот мужичок уже лежит на земле, и даже не кричит. Елки-палки, я же ему в голову попал…

Который это уже убитый? А хрен его знает. Я постепенно считать перестаю. А это значит, что все, дороги назад нет.

Да ее и не было.

Наши открыли огонь, пули забарабанили по бетонным стенам. Я увидел, как Бек выстрелил в одно из окон первого этажа, из тех, что были забраны решеткой, но не заколочены при этом щитом. Это означало только то, что никто там не жил раньше, и что