"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Кажется, моя дочь болтает без умолку и слишком много смотрит телевизор…

Мы только улыбнулись этой неловкой ситуации.

До Киото доехали за полдня. Удобно быть императором — перед тобой перекрывают все дороги. Никаких пробок.

У меня к сенсею был свой интерес, но о нем я лучше спрошу наедине.

Город встретил нас серым небом, хотя даже так имелась в этом своеобразная атмосфера. Невысокие домики в старом стиле соседствовали с небоскребами. Везде прослеживалась японская культура. От маленьких передвижных ларьков с раменов, называемых ятай.

Дворец Мэйдзи стоял в центре. Ну а где же еще? Не такой роскошный как в Токио, но все равно красивый. Охрана встретила нас, выстроившись вдоль внутреннего двора, образовав живой коридор. Проехав по нему, мы остановились у центрального входа.

— Ого, как официально! — искренне удивился Дима.

— Конечно! С гостями и моим учеником только так, — ухмыльнулся император, довольный тем, что мы восхищаемся его гостеприимством.

Что ж, такое было свойственно всем у кого есть власть. И к императорам, царям и королям это тоже относится. Надо почаще их хвалить, тогда можно получить чуточку больше, чем остальные. Таковы правила. Хотя если человек гавно, то ему ничего не поможет. Но Мэйдзи мне нравился, и с ним можно поиграть в эту игру. К тому же всегда есть повод вытащить из него несколько дельных советов или заклинаний.

Мы зашли в тронный зал. Кицуня тут же начал носиться, заставляя прислугу шарахаться и с удивлением смотреть на бездействие своего господина.

Когда же лисенок подбежал к Мэйдзи по моей просьбе, чтобы извиниться за свое неподобающее поведение, то император сам сел перед ним на колено.

— Прости, но твоих друзей тут нет. Жена осталась в Токио, и ее слуги тоже с ней. Так что, может, на обратном пути?

Вот же старый интриган! Заранее хочет, чтобы мы заехали к нему из Китая? Жаль его разочаровывать, но, скорее всего, я попрошу Валеру нас забрать через портал.

Да, я еще не до конца научился им пользоваться, ладно хоть на Валеру удалось настроить, но проход открывался только с одной стороны. Знакомо… Именно так я и застрял в этом мире. Хотя мы этого не проверяли. Валеру я предупрежу, чтобы был готов.

Если мы найдем Нахимова и Романову, то что-то мне подсказывает, что они будут не в самом хорошем состоянии, и придется как можно быстрее покинуть вражескую территорию. Готовимся к худшему, но надеемся на лучшее.

Мы скинули немногочисленные вещи в одной из гостевых комнат и пошли поесть. За столом обсудили, как вечером поедем на поезде в Нагасаки. К утру в порту будет ждать корабль Нахимовых.

После еды у нас было свободное время. Антон с Виолеттой отправились шляться по городу. Света отлучилась с придворным оружейником за артефактами, которые обещал Мэйдзи. Дима тоже куда-то пропал, как и Микка. Болванчик показал мне, что они гуляли по внутреннему саду дворца.

— Кажется, Дима, ходит по очень тонкому льду, — подметила Лора.

— Думаешь, Мэйдзи настолько консервативен?

— Пфф, разумеется! Все японцы такие. Им только повод дай покритиковать другую нацию. Даже страшно за него.

Все разошлись, а значит, настало самое удачное время для тренировки с сенсеем! Я знал, что император в тронном зале, он сам намекнул, что мы можем найти его там и обращаться по любому вопросу. И в данный момент он игрался с моим питомцем.

— Сенсей, — поклонился я, войдя в зал. — Могу я попросить вас, чтобы вы показали мне несколько новых приемов?

Мэйдзи сидела на стуле, а Кицуня валялся у него в ногах и игрался с плюшевой сосиской.

Сперва император Японии сделал вид, что не слышит, и продолжает отнимать игрушку у лиса. Но в какой-то момент он посмотрел на слуг, находившихся в комнате.

— Все выйдите.

Прислуга раскланялась и в течение нескольких секунд испарилась.

— Начнем… — произнес он, и в тот же момент я, вскинув руку, пустил в него молнию. Не сильную, но плотную.

Заранее я сказал Кицуне увернуться. Но и Мэйдзи был готов. Он выставил руку и разряд ударил четко в центр ладони.

— Ого! Неплохо, — сдул он пламя с руки. — А теперь…

* * *

За дверью в зал.

Как только слуги покинули помещение и закрыли за собой двери, по ту сторону послышались странные звуки.

— Что? — не понимающе удивился солдат у входа. — Что там?

— Эм… — почесал голову слуга. — Не знаю. Повелитель сказал покинуть зал.

Через мгновение раздались два взрыва.

— Нападение! — со страхом в голосе крикнул солдат и заорал в гарнитуру на ухе: — НАПАДЕНИЕ НА ИМПЕРАТОРА! СРОЧНО ОТРЯД СЕМЬ И ДЕВЯТЬ! ВЫЗЫВАЙТЕ ПОДМОГУ! ВСЕ ГВАРДЕЙЦЫ К ПОКОЯМ! ЗАЩИТИТЬ ИМПЕРАТОРА!

Они действовали четко по регламенту. Слуги быстро скрылись в убежище, а солдат дождался свою группу. Они ворвались в зал и натолкнулись на большого лиса кицунэ.

Животное смирно сидело и наблюдало за сражением. Солдаты на мгновение замерли.

Лис фыркнул, слегка закатив глаза. Или им показалось?

В центре зала в метре от пола в воздухе висел император. Он расставил руки в стороны, а все его тело было испещрено молниями. Лицо озаряла детская улыбка.

— Прекрасно! Михаил! Прекрасно! — полетел он на своего ученика в той же позе. Над его головой вспыхнул десяток ярких точек, и затем они выстрелили.

Ученик императора тоже улыбался. Он стремительно скакал по залу, отпрыгивая от стен, потолка и пола как мячик-попрыгунчик. Его ноги были обклеены металлическими деталями, и именно они придавали ему скорости.

При виде солдат оба бойца замерли. Электрические лучи пролетели мимо Михаила в миллиметре от его лица, но он даже не обратил на это внимание.

— Господин! — взяв себя в руки, вскрикнул солдат, но понял, что он совершил ошибку, но отступать было некуда. — На вас же напали?..

Мэйдзи же спустился на землю. Михаил Кузнецов тоже топнул ногой, и металлические детали упали на пол.

— Прошу прощения, Михаил, — вздохнул император. — Мои солдаты иногда чересчур мнительны.

Осознав, в какую лужу сели, солдаты тут же попадали на колени и склонили головы.

— Господин, нам нет прощения! Мы прервали ваше сражение! Мы примем любое наказание!

— Свободны, — процедил Мэйдзи. — Некогда мне с вами возиться…

* * *

Если бы нам не помешали, то мы бы веселились до самого отъезда! Разумеется, я чувствовал, что император дерется