"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

быть, это означало, что они снова дружат. Во всяком случае, Джелу очень хотелось бы так думать. Несколько минут он рассматривал небо, потом обнял Оро Ро за плечи и увел в кресло к камину. Ему на самом деле было его жалко, а как еще проявить сочувствие, не прижимая эту иномировую куклу к себе и не целуя, Джел почему-то не мог себе представить.

Хотя, он мог бы попробовать поговорить с ним. Только о чем? О месте, называемом "Тай"? Не так уж далеко отсюда Оро Ро жило раньше. Десяток парсек, или чуть больше. Но Джел не стал рассказывать, что туда можно слетать. Hа планетах, принадлежавших раньше Колонистам, часто не оставалось даже атмосферы. Там не могла сохраниться жизнь. Повесть о том, как Внешние уничтожали населенные миры, вряд ли могла бы кого-нибудь порадовать.

Джел усадил Оро Ро в кресло, сам опустился на ковер перед камином, помолчал немного, собираясь с мыслями и начал вот с чего:

"Однажды, на самом краю Галактики, на единственной планете коричневой звезды Валла, на ледяном Аваллоне, родился человек по имени Александр Джел..."

* * *

Оно сползло с кресла и сидело против него на полу, заглядывая Джелу в лицо. Погасли уже фонари в парке, черепахи в аквариумах зарылись в песок, а ужин и чай давным-давно остыли на столе.

Джел постарался ничего не забыть. Он побывал за зеркалом, по ту сторону самого себя. Он даже отыскал в пестрой веренице лиц и событий какие-то крупинки смысла, и понимал сейчас, что прожил невеликие свои годы, особенно последние два, не в пустыне, не настолько один, как ему представлялось, и, в общем-то, даже не зря.

Оро Ро не отрывало от него глаз. Когда он вспоминал пережитые им опасности, чью-то смерть, интриги и коварные замыслы, оно в волнении прикрывало лицо руками; когда говорил о чем-нибудь важном - о Крепости, Внешних Станциях, энленских легендах про Лунные Камни и их Добрых Хозяев - подвигалось ближе, и глаза его ярко блестели; когда же Джел замолчал, долго сидело, опустив голову, и перебирало пальцы на как бы случайно попавшей к нему на колени руке Джела. Потом взяло его руку и перенесло туда, где они закончили близкое знакомство в прошлый раз - к себе на шею и за вырез рубашки.

* * *

Hа следующее утро Оро Ро заговорило. У него был негромкий мягкий голос, похожий то ли на низкий женский, то ли на высокий мужской.

Оно просило помощи. Оно произносило слова тихо и очень убежденно. Если бы они сейчас не лежали рядом в одной постели, Джел обязательно проникся бы необходимостью немедленно отправить Оро Ро на поиски остатков его родного мира Тай. Здесь Оро Ро было плохо, одиноко, тоскливо. Прошедшая вечность для него - ничто. Оно должно вернуться. Джел его поймет и поможет, ведь оно сделало для него все то, что он хотел...

Джел смотрел, как прекраснейшие в мире руки сворачивают жесткую прядь его волос на подушке в кольцо, и на просьбу отдать конвойный кораблик и вывести переход на известные Оро Ро координаты, отвечал: "Да, конечно, все, что хочешь". И отвернулся.

У него достало выдержки не укорить свое сокровище за подлость. Обида, нанесенная ему, была слишком глубока, чтобы ее можно было исчерпать, немедленно вспылив. Ну почему он не учится на собственных ошибках? Ведь однажды он уже имел возможность убедиться, что Оро Ро способно мыслить четко и, исходя из обстоятельств, принимать единственно верное для себя решение. Только отчего-то Джел этот случай не запомнил.

Оро Ро заметно обрадовалось его согласию и убежало собираться для полета в Мертвую пустыню. Нужно было проверить, приближается ли к завершению регенерация "блюдца", или следует добавить еще один энергонакопитель.

Джел, оставшись один, накрыл голову подушкой. Зачем так было поступать с ним? Неужели он не отдал бы свой корабль, если бы оно просто попросило, не предлагая прежде себя в уплату? Он отдал бы и Крепость, и продолжал бы верить, что перед всеми людьми этого мира у него остается огромное преимущество: он ничего не боится потерять. И, может быть, он до сих пор бы не догадывался, что кому-то здесь крупно задолжал за свою вечную удачливость. А вот теперь он видел, что приговорен платить. Что уже платит. Была другая сторона у прожитой жизни, которую он так подробно пересмотрел вчера. Робкий улыбчивый мальчик каким-то образом за считанные месяцы превратился в опасного и злого человека, которого лучше не пытаться загнать в угол, потому что он и сам не знает, на что тогда будет способен.

"Почему меня приняли за негодяя?" - спросил он себя.

Из глубины его сознания выплыл некто большой и холодный, в котором все эти терзания вызывали лишь академический интерес. Он жаждал дать ответ:

"Потому, что ты ведешь себя, как негодяй. Ты думаешь только о себе - а ведь это главный признак. Когда ты успокоишься, ты все легко поймешь. Задумайся, был бы ты сам на его месте - как бы ты действовал? О, поверь мне, гораздо хуже. Ты был бы и капризнее, и наглее, и жестче... Пусть себе летит. Пусть ищет свой мир. Быть может, ему даже повезет, и оно увидит тень от него. Быть может, повезет тебе - еще один раз, последний, - и оно к тебе никогда не вернется. Когда оно исчезнет, ты увидишь, тебе сразу будет легче".

Джелу стало неприятно, и он попытался загнать обратно этого теоретика, который сам едва ли разбирался в том, о чем рассуждал, но тот упрямо не хотел тонуть. Он, как поганый колдун из "Сказания о Туче", черным облаком плавал туда-обратно и бурчал про Оро Ро и Джела всякие гадости.

Тогда Джел подумал, что сейчас свихнется. Он вытряхнул из головы все мысли, активизировал микропроцессор и вычислял арифметическую прогрессию, пока у него не заломило виски и затылок. Потом встал с постели.

Сам он уже ничего не чувствовал, а в чужие чувства больше не верил. Не хватало еще начать жалеть себя. Уж если другим так просто его обманывать, сам себя он тоже всегда обмануть сумеет.

* * *

В Мертвой пустыне, внутри конвойного "блюдца" и вокруг него, кипела такая работа, что под колпаком защитного поля оплавился песок. Запасной накопитель был разряжен полностью, но до завершения восстановительных работ оставались сущие мелочи. Летать "блюдце" могло и так. Подправить недостатки можно было на ходу.

Перелет из пустыни в Крепость