Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова

Разум Атуа, невольно для себя, пришел в отчаяние – мозг Горра был хорошим носителем его разума, пожалуй, лучшим, который у него был из носителей галактики зевсов, но сейчас дело было даже не в этом. Обстановка на станции была непредсказуемой и даже опасной в любой ее точке, а без носителя ему будет невозможно в полной мере контролировать пространство вокруг себя. К тому же, определенно, зевсы уже поняли, что на станции находится чужой носитель мощного психотронного поля и наверняка, уже ведут его активные поиски. Без носителя соваться в портатор весьма рискованно. Даже не смотря на панику, зевсы его тщательно охраняют. Прятать поле грота теперь не за чем. Он стал уязвим.

Может быть удастся около портатора найти какой-то носитель, всплыла у него обнадеживающая мысль. Вдруг кто-то там ещё остался.

Скользнув еще раз своим полем по копошащимся внизу носителям и так и не решившись вселиться ни в один из них, разум Атуа разбросил поле по сторонам и быстро поплыл в сторону портатора, чувствуемого по мощному энергополю.

Но чем ближе было энергополе портатора, тем ему было тревожней – на улице лежало много носителей, но едва лишь бросался к какому-то из них, как тут чувствовал признак нестерпимой боли и отскакивал прочь. Наконец он ткнулся в непреодолимое препятствие, за которым было то самое мощное энергополе.

Стена портатора, понял разум Атуа и скользнул по ней, пытаясь найти информационное поле пластинки управления дверью, но тщетно – никаких информационных полей стена в себе не несла. Разум Атуа охватило отчаяние.

Я не чувствую её без носителя. Проклятый нечто! Вместо того, чтобы помочь загнать всех в портатор, ты прогнал их прочь. Ты заслуживаешь смерти.

Видимо я чего-то не учел, всплыла у разума Атуа досадная мысль. Скорее всего чувство страха было не достаточно велико, если не смогло заставить толпу преодолеть страх перед несколькими десантниками. Это уже моя вина. Переоценил я толпу, чрезмерное любопытство подвело меня. Теперь придется всё начинать сначала. Отделившись от стены, он медленно поплыл по улице, в непонятно каком направлении, пытаясь решить, что ему сейчас делать: толи где-то затаиться и ждать, когда кто-либо из зевсов будет проходить мимо и попытаться завладеть его носителем; толи заняться активным поиском нового носителя и затем возобновить свои попытки по проникновению в портатор.

19

Авия быстро шла по одной из невообразимо длинных улиц станции, больше похожих на широкий серый тоннель, нежели на улицу, совершенно не представляя, как она здесь оказалась: она потеряла ориентацию и сейчас была не в состоянии понять, где находится. Не помогал даже план станции, который она периодически воспроизводила в голове. Подобных коридоров на станции было несколько и по какому из них она сейчас шла можно было только гадать. Она шла в надежде встретить кого-либо из персонала станции, чтобы получить нужную информацию, но шла она уже, по ее представлению, достаточно долго, а улица все оставалась пустынной. К тому же, улица не была похожа на те улицы станции, по которым Авиа уже ходила, что вызывало у нее беспокойные мысли, а невольно всплывшая мысль о Марке, заслонила собой все остальные и теперь терзала ее сознание, не давая думать больше ни о чем.

* * *

Она, еще у входа в ресторан «Грот», бегло прометнувшись своим полем по его залу, поняла, что в здесь находится зенн, хотя он искусно скрывал свое мощное поле, но это не было преградой для ее способности утонченного чувства полей, как океанский хищник чувствует растворенную в воде каплю крови за десятки километров, так и она, даже не по волокнам, а ворсинкам, выбивающегося из-под защиты поля, могла определить его мощь и принадлежность к той или иной галактической расе.

Влекомая любопытством, она шагнула в направлении психотронного поля зенна: ее удивило не сколько сокрытие зеном своей расы, это было частым явлением, что делала и она и выдавать его она не собиралась, кем бы он не был, а его присутствием здесь, так как прежде, представителей своей расы в этом ресторане она не встречала – ресторан «Грот» был построен сарматами и пользовался у них огромным успехом, так как здесь была лишь их специфическая кухня и никакой больше. Другие расы галактики были здесь крайне редкими клиентами – достойно воспринять и оценить уникальное кушанье сармат давалось далеко не каждому.

Сделав пару шагов, она поняла за каким столиком сидит зенн и повернув голову в ту сторону, замерла – за столиком, к ней спиной, сидел офицер космического флота. Её сердце дрогнуло – это был Марк. Хотя высокая спинка кресла почти скрывала его и из-за нее было видно лишь одно его плечо, но его она узнала бы даже по крохотной части его тела. Перед ним, за тем же столиком, сидела красивая девушка-сарматка, с нежной, но напряженной улыбкой, которая, явно, улыбаясь офицеру, смотрела на Авию.

Забыв о зенне, Авия шагнула к столику, за которым сидели девушка и Марк и, вдруг, замерла.

Она же ждет здесь меня, мелькнула у неё догадка. Ждет осознанно, открыто, не боясь. Что она этим хочет показать? Что Марк теперь принадлежит ей? Кто она такая? Откуда?

Марк был высоким, красивым атлетически сложенным, молодым человеком, офицером космического флота галактики, идеалом мужчины, чего нельзя было сказать о женственности Авии, в ней было больше мужских черт, нежели женских и она, находясь в обществе обаятельного юноши, постоянно ощущала прикованные к нему восторженные взгляды красавиц Ризы. Но она, неизменно, эффектно давала им знать, что этот юноша принадлежит только ей. Она прекрасно понимала, что Марк с ней никогда не будет по настоящему счастлив, да она и сама не знала, зачем он ей нужен, но что-то в ней было такое, чего она, как ни старалась, не могла понять, что влекло ее к этому молодому землянину, а что влекло Марка к ней – этим вопросом она никогда не задавалась. Она так хотела.

Авия, на своем длинном жизненном пути, уже встретила огромное количество особей мужского пола разных рас, но ни один из них не вызвал у нее, совершенно, никаких чувств, словно они были бездушными придорожными камнями, но, как-то увидев Марка, в одном из ресторанов, в окружении нескольких зевсок, она уже больше не могла забыть его, он стал, словно, ее тенью, которая всюду следовала за ней в его образе..

Не