Фантастика 2026-128 - Андрей Схемов

-Но кто тогда его мать?! – Граф уже знал ответ, он хотел и не хотел его услышать, но знал…

Во рту пересохло.

-Алекс! Ответь! – Потребовал он вновь. – Кто мать этого мальчика?!

-Мирия…

Морис Анедо замер, потрясённый до глубины души. Он долго молчал, собираясь с мыслями и переваривая информацию, а после произнёс:

-Но… даже если предположить, что они тогда выжили… Нет! Это невозможно… Ты же знаешь, Алекс! После Лилианны Мирия больше не могла иметь детей! Это подтверждали врачи, да я и сам это знал! И…Где они? Мирия?! Элиас?! Где?!!!!!

-Они оба мертвы. – Тихо ответил я. – Прошу, попытайся не осуждать их…

Графа Анедо ломало изнутри, совсем как тогда, когда он только узнал о смерти возлюбленной. Но сейчас, должно быть, ему было ещё горше. Мирия не просто умерла. Перед смертью она ещё умудрилась родить Элиасу ребёнка…

Я подозвал прислугу и попросил принести воды – для Мориса. Пока мы, взрослые, обсуждали здесь щекотливые темы, дети жадно грели уши и делали свои правильные выводы.

Признаюсь, ни один из нас не обращал внимания на принца Мартина, и в какой-то момент огромные синие глаза его действительно сверкнули огнём безумия, Морис даже попытался схватить его рукой, но мальчик ловко увернулся, чтобы броситься прямиком к моему сыну.

-Он мой брат?!!!

Первым моим порывом было схватить, защитить малыша, но грессийский принц – сама непосредственность, едва не упал, приземлившись на колени перед Морисом Б., и мы замерли, совершенно растерявшись.

-Ты мой брат! – Вновь повторил Мартин. – ТЫ МОЙ БРАТ!!!

Чуть ли не впервые в жизни я видел, как Морис Б. улыбнулся – робко, неуверенно. Мартин же сиял всей широтой своей улыбки. Мы с графом переглянулись, наблюдая за этой странной сценой, в которой, по сути, и странного-то ничего не было: дети, узнавшие о своём кровном родстве, чисто по-детски выражали радость этого открытия. Взрослым было чему у них поучиться…

-Алекс. Попроси увести детей. – Совладав с собой и выпив стакан воды, попросил граф Анедо. – Думаю, нам не стоит продолжать разговор в их присутствии.

Я кивнул, соглашаясь и приказал охране проводить принцев в апартаменты Мориса Б. Оставшись наедине с графом, я нарочно не заговаривал первым, ожидая, что после всего услышанного скажет он.

Но для Мориса всё сейчас казалось важным, и он просто не знал, с чего начать, какой вопрос задать первым. Горькая усмешка то и дело проскальзывала на его губах и беспокойно блуждающий взгляд стал крайне нервозным.

-Морис… Это такая насмешка, да? – Вдруг спросил он, и я не сразу понял, что граф интересуется, почему именно так я назвал своего сына.

-Насмешка?! – Мне даже стало обидно за Мирию. – Это было её последним желанием – назвать сына в твою честь. Она не переставала любить тебя, никогда. Она умерла, спасая жизнь этому малышу… Чёрт, Морис! Неужели ты думаешь Мирия была столь циничной?!!!

Граф Анедо неопределённо покачал головой.

-Ты же знаешь, Алекс. – Сквозь пелену неоновой задумчивости, грусти, граничащей со скорбью, произнёс он. – Мирия и прежде мне изменяла. И я прощал ей некоторые слабости в лице капитана Льюиса, но Элиас… От него я не ожидал такого предательства. Только не от него…

-Морис, честное слово, ты как слепой… - Не выдержал я после долгой паузы и дуэли взглядов. – Неужели ты так ничего и не понял? Или нет, неужели ты даже предположить не мог, что Элиас сбежал не просто так?! Тогда, когда ты только получил свою легальность… Мы поклялись молчать, и мы молчали, но теперь я просто не вижу смысла. Незадолго до твоего триумфального возвращения на Грессию, Эл, думая, что ты погиб, признался Мирии в чувствах… Да, чёрт возьми, и он попал в ту же ловушку, что и граф Силестел! И молчал, до последнего, не желая препятствовать вашему с Мирией счастью! Но потом… потом они оказались вдвоём на острове, и…

-Алекс, пожалуйста. – Остановил меня вдруг граф Анедо. – Давай пройдём в твой кабинет, мне нужно что-то покрепче воды. А ты мне расскажешь, что же там всё-таки произошло.

Я кивнул.

-Если желаешь, Морис.

Пролог. Часть 3.

Я не мог обрести покой. Знаю, говорят, время лечит, но похоже, лечить было нечего. Моё сердце было похоронено вместе с моей семьёй, женой и сыном, в фамильной крипте Лонингтемна. И всё же что-то заставляло меня жить дальше. Я долгое время пытался разобраться в себе, копая всё глубже и глубже, и однажды, на голой интуиции, пришёл к логическому умозаключению: я не видел тела Мирии, а потому до конца не мог поверить в её смерть.

С Терезой было по-другому, она умерла на моих глазах. И я смирился. Боги, я чуть не лишился разума, но смирился! Но мой диад… Верьте или не верьте, я не ЧУВСТВОВАЛ, что Мирии больше нет. И я решил попробовать разыскать её.

Конечно же, это более походило на навязчивую идею, и потому я никого, ни одну живую душу, не посвящал в свои планы, даже Майкл не сразу смог разузнать, где я пропадаю целыми днями и неделями. А когда он всё же докопался до истины, то несказанно помог мне: координаты последнего убежища Элиаса он всё ещё помнил наизусть. Но местоположение острова в океане Семи находилось совсем в другой стороне, противоположной той, где произошла трагедия – несколько сотен миль, ты можешь себе представить?! Я не мог, а потому отложил эту версию в долгий ящик.

Поиски на космическом корабле, морском фрегате и пешком по суше ничего не дали. И тогда я вспомнил о тех координатах, что подсказал мне Тайлер...

Это был остров. Довольно-таки большой, необитаемый остров, со всех сторон окружённый водой, наполненный частыми скалами и буйной растительностью фруктовых деревьев. Жить и не умереть с голоду здесь было можно.

…Я вышел из своего корабля и двинулся в направлении, указанном мне внутренним чутьём. Какой же я был болван! Её присутствие ощущалось здесь чуть ли не физически, и затаённая надежда вспыхнула во мне как пожар, я прибавил шаг, и уже вскоре почувствовал запах пищи. Нет, не какого-то конкретного блюда. Просто пахло едой, приготовленной на костре. И ещё мгновение спустя, осторожно выглянув из-за ближайшей каменной насыпи, я увидел Элиаса.

Он был раздет по пояс, загорел и босоног. Из всей одежды – старые брюки,