Фантастика 2026-81 - Максим Шаравин

Бьёрн побледнел:

— Я не предупреждал его, — твёрдо сказал он. — Я лишь говорил, что честный вызов лучше подлого убийства. Что в открытом бою мы могли бы…

— В открытом бою⁈ — Ингвар с грохотом опустил кулак на стол. — Ты говоришь как наивный мальчишка, а не как сын конунга! В открытом бою мы потеряем десятки воинов. Зачем, если можно убрать одного человека тихо?

— Потому что так поступают трусы, а не воины, — ответил Бьёрн, и в его голосе зазвучала сталь. — Наши деды бросали вызов врагам в лицо, а не посылали убийц под покровом ночи.

Ингвар долго смотрел на сына тяжёлым взглядом. Потом медленно покачал головой:

— Наши деды умирали молодыми, Бьёрн. А те, кто был умнее, — строили королевства. Я хочу быть среди вторых.

Он наполнил два рога медовухой и один протянул сыну:

— Выпей со мной. И послушай внимательно, потому что я скажу это только один раз.

Бьёрн нерешительно взял рог. Он знал крутой нрав отца и то, как тот не терпит возражений. Но он также знал, что в глазах других воинов конунг, использующий подлые методы, теряет уважение. И он не хотел, чтобы его отец стал таким правителем.

— Восточные земли, — начал Ингвар после долгого глотка, — это не просто ещё один торговый маршрут. Это будущее, Бьёрн. Представь себе реки, по которым течёт не вода, а серебро. Представь шёлк, пряности, рабов, меха — всё, что только пожелаешь. Представь земли, настолько богатые, что они могут сделать нас королями, а не просто прибрежными налётчиками.

Его глаза загорелись, когда он говорил, и Бьёрн невольно заслушался. Когда Ингвар говорил так, он понимал, почему люди следуют за его отцом, несмотря на его жестокость.

— Я знаю о твоих мечтах, отец, — осторожно произнёс Бьёрн. — Но разве нельзя достичь этого без войны с Рюриком? Восток огромен. Хватит места для многих конунгов.

Ингвар горько рассмеялся:

— Ты совсем не понимаешь Рюрика, если так думаешь. Он не хочет делиться. Не хочет сотрудничать. Он хочет быть единственным королём тех земель. И знаешь, что? Он достаточно умён и харизматичен, чтобы добиться этого. Если мы не остановим его сейчас.

Он подался вперёд, глядя сыну прямо в глаза:

— Ты должен выбрать, Бьёрн. Встать на сторону своего рода и отца или продолжать защищать человека, который хочет отнять у нас всё.

Бьёрн отвёл взгляд. Он понимал выбор, который ставил перед ним отец. И знал, что в глазах Ингвара колебание уже было предательством.

— Что ты хочешь от меня? — наконец спросил он.

— Твоей верности, — просто ответил Ингвар. — И твоей помощи в том, что я планирую.

— Что именно?

— Раз уж прямая атака не сработала, мы будем действовать иначе, — Ингвар понизил голос, хотя в зале уже никого не было. — Через его близких.

Бьёрн нахмурился:

— Предлагаешь похитить кого-то из его семьи?

— Нет. Это было бы слишком очевидно, — покачал головой Ингвар. — Я предлагаю внедрить предателя в его ближайшее окружение. Кого-то, кто отравит не его тело, а его душу. Заставит его принимать неверные решения, отвернёт от него союзников. Сделает из него человека, которого его же люди возненавидят.

— И кто же этот предатель? — спросил Бьёрн, чувствуя, как холодок пробежал по спине.

Ингвар улыбнулся, и эта улыбка не коснулась его глаз:

— Я слышал, что Хотен Славянский и его семья согласились присоединиться к походу Рюрика. Старик будет его советником по восточным делам. А его дочь… Как её зовут?

— Хельга, — автоматически ответил Бьёрн, а потом осёкся, поняв, куда клонит отец. — Нет. Только не она. Невинная девушка не должна быть втянута в наши распри.

— Никто не невинен в этой игре, — отрезал Ингвар. — Она уже выбрала сторону, согласившись пойти с Рюриком. И она идеально подходит для нашего плана.

— Почему именно она?

— Потому что Рюрик уже заинтересовался ею. Я получил донесения от своих людей перед тем, как их схватили. Он смотрит на неё не только как на полезного переводчика, но и как на женщину. А мужчины, особенно такие амбициозные, как он, часто теряют голову из-за женщин.

Бьёрн покачал головой:

— Всё равно не понимаю. Как ты собираешься использовать её против него? Она, похоже, сама полна энтузиазма по поводу его планов.

— Потому что мы предложим ей то, что она не сможет отвергнуть, — Ингвар наклонился ещё ближе. — Жизнь её братьев.

— Что⁈

— Тише, — оборвал его Ингвар. — Всё очень просто. Мы похитим её младших братьев незадолго до отплытия. Затем тайно свяжемся с ней и предложим выбор: либо она становится нашими глазами и ушами в окружении Рюрика, либо её братья умирают.

Бьёрн смотрел на отца с ужасом:

— Это… это недостойно. Использовать детей как заложников…

— Это война, сын, — жёстко ответил Ингвар. — В войне используют любое оружие. И я предпочту быть живым победителем, чем мёртвым героем.

Он допил свой рог и поставил его на стол с такой силой, что дерево треснуло.

— Ты поможешь мне? — спросил он прямо. — Или мне искать другого наследника?

Бьёрн знал, что это не пустая угроза. У Ингвара было несколько незаконных сыновей, которые с радостью заняли бы место признанного наследника. И некоторые из них были даже более жестокими, чем отец.

— Я помогу, — наконец сказал он, чувствуя, как что-то умирает внутри него. — Но я не буду участвовать в похищении детей. И я хочу твоё слово, что им не причинят вреда.

— Они не пострадают, если их сестра будет сотрудничать, — пожал плечами Ингвар. — А ты… Ты отправишься в земли свеев. Тамошний конунг Эйрик задолжал мне услугу. Попроси у него воинов и корабли. Нам понадобится сила, когда мы наконец сбросим маску и ударим в открытую.

Бьёрн медленно кивнул. Миссия к свеям была почётной и удаляла его от грязной работы, которую планировал отец. Возможно, это было лучшим, что он мог сделать в данной ситуации.

— Я отправлюсь завтра на рассвете, — сказал он. — И скажи мне, отец, что будет с девушкой потом? После того, как Рюрик будет повержен?

Ингвар пожал плечами:

— Какая