Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

какая-то специальная магия, возвращающая их на борт. В окружающем нас хаосе было очень трудно хоть что-то понять, но по ощущениям, членов экипажа не становилось меньше. Зато сам корабль начал преображаться. Чем больше членов экипажа исчезало во вспышках, тем больше он сам начал наливаться ультрамариновыми оттенками, начав светиться в сгустившейся тьме. Светились и борта, и палуба, и мачты, и вся оснастка, очень скоро начав стрелять во все стороны колючими искрами. На искрах дело не остановилось и когда наша шхуна стала внешние напоминать корабль-призрак, она разродилась новыми фокусами. Десяток летающих тварей в струях ливня спикировали на нас сверху, тут же окутавшись сетью молний, ударивших в них с матч, канатов и бортов корабля. Некоторых развоплотило сразу, некоторые, дёргаясь и искрясь, упали в воду или на палубу, где ими тут же занялись члены экипажа. Корабль на этом не успокоился: верхушка мачты с находящимся там вороньим гнездом начала разгораться всё сильнее, пока не превратилась в мощный прожектор, бьющий сквозь ливень прямо вперёд, и тут мне стало по-настоящему страшно: бушующая стихия удачно скрывала свои секреты, однако разгоревшийся маяк смог пробиться сквозь непогоду, открыв нашему взору гигантский смерч. По-настоящему огромный, раскинувший свои щупальца на многие десятки километров, а сам хобот, кажется, поднимающийся до самого космоса было не охватить взглядом. Его стены, несущие в себе миллионы тонн воды, и казавшиеся нарочито медлительными, были способны сокрушить города и страны, а не то что крошечный, хрупкий кораблик и всё же мы шли прямо на него.

От этого вида у меня возникло непреодолимое желание добраться до капитана, сломать его челюсть, и взять управление кораблём на себя, уведя его как можно дальше от этого ужаса.

Не успело ещё в моей голове до конца сформироваться столь чудесное видение, как корабль весь заскрипев и затрещав, был подхвачен ураганным ветром, понёсшим его вперёд будто гоночный болид, прямо в жерло бушующего титана.

Нас тащило вперёд: барабанные перепонки буквально разрывались от невероятного гула и рёва взбесившейся стихии, где было непонятно больше там воздушной или водной. Последняя поднялась, вбирая нас в себя будто невесомую пушинку.

Я даже не успел ещё по-настоящему испугаться, как меня швырнуло из стороны в сторону, едва не разрезав пополам удерживающим канатом, а затем с такой силой приложило головой о мачту, что всё небо на мгновение озарилась разноцветной вспышкой, почти сразу же сменившись непроглядный темнотой.

* * *

Яркий свет пробивался сквозь сомкнутые ресницы, мешая мне оставаться в благословенной отключке. Пришло сознание, и тут же вернулась боль в разбитой голове. На какой-то краткий миг я даже удивился, что живой, так как был уверен, что от последнего удара она должна была разлететься на мелкие осколки и расплескать мои высокоинтеллектуальные мозги по всей палубе, видимо, магический щит всё-таки меня спас, сняв большую часть урона. И зачем только спрашивается? Лучше бы я помер и возродился новеньким, чем так мучиться. Зашарил руками, нащупал лежащую рядом Флору, начав ежеутреннюю зарядку для кистей рук, сначала вяло и неохотно, а затем всё больше увлекаясь, постепенно задирая той юбку, чтобы наладить более тесный контакт с объектом ощупывания. Рядом раздалось женское хихиканье и мужские смешки. Я замер, решив всё же открыть глаза.

Один из них у меня затёк от всё больше раздувающегося фингала, а второй приоткрылся и уставился в другой глаз, принадлежащий существу, напоминающего Чебурашку, только с пучком щупалец вместо подбородка. Существо внимательно смотрело на меня, будто проверяя не откинул ли я копыта. Я поморгал глазом и ведение исчезло, сменившись на другой глаз, принадлежащий дохлой рыбине, лежащей у меня перед носом. Тот уже замутился, покрывшись белёсой поволокой и смотрел в небо не дёргаясь, хотя по нему и ползала жирная волосатая муха. Я сейчас отлично понимал состояние этой рыбы, не знаю выглядел ли я лучше неё, но ощущал себя примерно так же. В следующий миг уши у меня стали работать как прежде, и я различил кроме смешков, ещё и крик чаек, и шум волн, накатывающихся на берег. В нос ударил запах подтухшей рыбы и напоённой влагой земли, а затем на его кончик уселась маленькая бабочка с пёстрыми крылышками.

Мы не разбились и где-то рядом земля…

Такой вывод из увиденного заставил меня резко приподняться, из-за чего голову пронзила тупая боль, а меня качнуло в сторону. Кое-как удержавшись сам и удержав подкатившую тошноту, обвел глазом окружающее пространство.

Когда тошнота слегка отступила, второе что я увидел, были доски палубы, на которой мы лежали. Действительно, с чего это я взял, что мы в своей каюте? Не будь привязанных к нам канатов, мы точно остались бы где-нибудь там, в том чудовищном вихре, поглотившем наш корабль. А может быть мне всё это просто показалось? Мы не могли там выжить, никак, там более ещё и провести корабль в целости и сохранности. Хотя про последнее не совсем правда, вернее совсем неправда: корабль выглядел сильно потрёпанным, порванные паруса и такелаж, сломаны две мачты, да и вмятина в моей голове по форме, как эта самая мачта. Нет шторм точно был, и мы его как-то пережили.

Поднялся на ноги и увидел примерно то, что ожидал увидеть: рядом со мной лежала Флора, требовательно оттопырив попку в ожидании продолжения массажа. Палуба вся была завалена обломками мачт и перил, дохлой рыбой, крабами и морскими звёздами, по которым ходили члены экипажа в режиме французской забастовки, очищая корабль от мусора. Поднял глаза выше и тут же хлопнул девушку пару раз пониже спины, приводя её в чувство и показывая рукой вдаль, туда, где, возвышаясь над покрытым джунглями островом, неспешно пускал белые облачка дыма величественный вулкан. Корабль стоял на якоре не больше чем в паре сотен метров от этого острова, где широкие белые песчаные пляжи уходили в настолько прозрачную воду, что было тяжело понять, где находится граница прибоя.

Красотища, это как раз то, о чём я мечтал. Дельфины тоже вернулись, создавая дополнительные нотки уюта в этой и так фантастической картине, и сейчас весело загоняли стайки рыбы в заливе, раскинувшимся рядом с нами.

Идеалистическая картина. Надеюсь, внутри она такая же, какой кажется издалека. Я бы не отказался поваляться на этом белоснежном песочке в тени кокосовых пальм. Вряд ли именно в этом будет заключаться задание от капитана, о наличии которого я не сомневался, но совместить приятное с полезным никогда не вредно. Однако, прежде чем нырять опять в трудовые будни, надо собрать команду, ни одного из