"Фантастика 2026-189". Компиляция. Книги 1-31 - Алекс Бредвик

от энергозатратных, пусть и яростных, но неэффективных да ещё и опасных, сражайся она с умелым мечником, действий. На этот безумный напор Мили лишь могла вяло отмахиваться, но получив пару раз по клинку, отчего сжимающая рукоять меча ладонь даже загудела, перестала подставляться, а лишь отскакивала, довольно легко к слову, но уж очень испуганно. При этом, всё же, однозначно выигрывая в данном противостоянии, по крайней мере в экономии сил. Не будь же она сейчас до смерти перепугана и сбита с толку ненавистью всё-таки родственницы, то имела уже не один шанс успешно применить даже свои невеликие умения в орудовании клинком, и положить конец необдуманным, излишне импульсивным действиям соперницы.

Но, увы, а может и к лучшему, девушка просто не понимала, а выяснить так и не сумела, причин внезапной ненависти довольно близкой родственницы, зла которой никогда не желала. Мысль же, что это всё по настоящему и закончится лишь смертью одной из них, ещё не успела окончательно укорениться в красноволосой головке.

Наконец, обессилевшая рыжая тяжело замахнулась и нанесла последний размашистый удар этой безумной серии, как и прежние лишь рассёкший пустоту, и тыжело дыша отступила назад, бегая глазами в надежде найти способ добраться до ненавистной обидчицы. Этим-то моментом Мили и воспользовалась, но вовсе не так, как стоило бы поступить, осознавай она холодным разумом всю опасность ситуации, и не утопай, как сейчас, в эмоциях, гнев среди которых вовсе не значился:

— Почему, Иви? Что я тебе сделала? За что ты так на меня… — в отчаянии, едва не плача, взмолилась красноволосая.

— Ты ещё спрашиваешь, подлая тварь! Ты — отравительница. Умри!!! — будто бы ненависть придала ей сил, сорвалась рыжая с места и стремительно уколола несколько раз в то места, где мгновение назад стояла теперь вообще ничего не понимающая Милен.

Один из таких ударов, по касательной пройдясь по рёбрам увернувшейся в последний момент красноволосой, даже вспорол сорочку девушки и вызвал неслабое кровотечение.

Едва не споткнувшись, заливаясь слезами от боли и главное обиды, в Милен наконец что-то сломалось, поэтому она с отчаянным рёвом бросилась вперёд, и не разбирая более ничего, принялась наносить удары, часть из которых встречались с выставленным клинком рыжей противницы, часть утопали в мягкой плоти, но большинство попросту тонули в пустоте.

Когда же несколько ударов сердца спустя две израненные девушки отвалились друг от друга, то Ивон к тому моменту обзавелась множеством кровоточащих порезов, жутковатой раной на щеке, отсечённым кончиком уха и не двигающейся рукой с глубокими разрезами до кости на предплечье, коим закрывалась в особо страшные моменты. У Милен же дела обстояли хуже.

Помимо почти такого же обилия порезов, пусть и без пострадавшего лица, точно так же и по той же причине недействующей руки красноволосая обзавелась ещё и с виду не страшной, но стремительно избавляющий её тело от крови, раной на внутренней стороне бедра, которую получила совсем нелепо и в последний момент. Побледневшая девушка пошатнулась и осела, после чего, с болью и обидой в глазах посмотрев на, очевидно, одержавшую верх противницу, с отчаянием вопросила:

— За что?!!

Видя, как жизнь покидает кузину, рыжая будто бы только сейчас поняла, что наделала, и выронив свой меч, бросилась к опадающей красноволосой.

— Франт провел прошлую ночь у тебя, это многие видели, не отпирайся! И я бы не стала ничего делать, пусть ты и победила, а он теперь с тобой, но только не такой ценой! — заливаясь слезами, но с ожесточением, скорее более нужным ей для уверенности в содеянном, нежели дабы убедить слабеющую на глазах противницу в том, что она сама во всём виновата, орала рыжая в лицо красноволосой. — Клемен мне всё рассказала! Чтобы заполучить понравившегося тебе, ты постоянно используешь зелье, которым опаиваешь несчастных, а те потом как зверушки бегают за тобой, не способные побороть зависимость от очередной дозы! Ведь именно так ты и заставила бедолагу Корса устроить ту возмутительную дуэль, в результате которой, утративший волю глупец, по твоей подлой воле и дабы ты могла столь извращённым образом втереться в доверие к Герду, погубил свою жизнь, навеки теперь отавшись калекой. Я не могу допустить, чтобы тот, кого я люблю, уподобился ему, и его ждала судьба твоей игрушки!

Последние слова оклеветанная Милен Серогорская уже не слышала, а на поливающую её слезами рыжую смотрели совсем иные глаза, в которых лишь непродолжительное время читалось недоумение, быстро сменившееся равнодушной ненавистью.

— Пошла прочь, грязнокровка, — прошипели в лицо Ивон, прежде чем её голова, в результате ловкого взмаха мечом, отделилась от тела и покатилась по земле с застывшим на лице недоумением. — Первая.

* * *

Вот уж, действительно Пенагония. Лучшего названия, блин, и не придумать, ибо такой отборной пены, то бишь лживой, лицемерной, пронизанной двойными стандартами пропаганды об этом, если судить по бытующему мнению всех жаждущих туда эмигрировать, поистине «рае на земле», я с самой Земли, пожалуй, и не встречал. И что характерно, не словом же не врут!

Ну это как, если бы рекламировать мёд по доступной цене, описывая его с мельчайшими подробностями, смакуя детали и моменты связанные с потреблением конечного продукта, а также его пользой для организма, но при этом скользко умалчивать, что продается-то вовсе не банка с ним родимым, а лишь право на часок посетить загородную полянку, где установлен улей, а уж дальше сам как-нибудь. При всём при этом, привелегия отведать чудного и очень полезного продукта продана сразу сотне «счастливчиков», лишь десяток из которых сумеет за этот час добраться к нужному месту, преодолев несколько кэмэ, а единственный, «пройдясь по трупам конкурентов», наконец ворвётся в гудящий разъяренными пчелами деревянный ящик и успеет-таки напхать полный рот мёда, наполовину с пчёлами и воском сот. После чего, отхватив по рёбрам от предприимчивого пасечника, спустившего на «победителя» собак, ибо время-то вышло и на очереди следующая сотня клиентов, наверное сумеет унести ноги, теша себя и своё измождённое, искалеченное, покусанное тело мыслью о той пользе для здоровья, которую он непременно получит переварив сей, безусловно полезный, всё как и в рекламе, органик продукт! Примерно так.

Вот такая она, Пенагония, страна равных возможностей, где всё зависит лишь от тебя и твоего умения не считаясь ни с чем и ни с кем прогрызать себе путь туда, где потом качественнее всего подлечат полученные тобой в этом увлекательном процессе укусы и заменят отгрызанное лучшими имплантами, с виду совсем как настоящими.

Чё я вообще там