Николай Второй сын Александра Второго - Сергей Свой

— А если их много?

— Мы будем много бить.

Сцена 7. Штаб 2-й армии, 20 октября

Генерал Александр Васильевич Самсонов сидел в крестьянской избе, при свете коптилки, и писал донесение в Ставку.

"Ваше величество, войска 2-й армии продолжают наступление. Противник отступает, почти не оказывая сопротивления. Захвачены большие трофеи, пленные показывают, что немцы готовят контрудар. Прошу усилить разведку и подтянуть резервы".

Он отложил перо и потер глаза. Усталость была страшная — недели без сна, постоянные марши, нехватка продовольствия.

— Ваше превосходительство, — вошел начальник штаба, — донесение от 1-й армии. Ренненкампф сообщает, что немцы отходят перед ним, но он подозревает ловушку.

— Какую ловушку? — насторожился Самсонов.

— Не знает. Просит быть осторожнее.

— Будем, — кивнул Самсонов. — Связисты, связь с Ренненкампфом есть?

— Плохая, ваше превосходительство. Рации барахлят, расстояние большое.

— Черт, — выругался Самсонов. — Ладно, будем надеяться на лучшее.

Сцена 8. Танненберг, 26–30 октября

Немцы ударили 26 октября. Гинденбург бросил в бой все, что имел — восемь дивизий, 200 тысяч солдат, тысячу орудий. Удар пришелся во фланг Самсонову, между его армией и армией Ренненкампфа.

Первыми заметили опасность летчики. Лейтенант Травин, кружил над лесами и вдруг увидел внизу колонны немецких войск. Тысячи людей, обозы, артиллерия — все двигалось на восток.

— Немцы! — крикнул он наблюдателю. — Много! Идут во фланг!

— Надо сообщить!

Травин развернул самолет и полетел к штабу. Но было поздно.

26 октября немецкая артиллерия открыла огонь по русским позициям. Тысячи снарядов рвали землю, уничтожали окопы, убивали людей. Русские солдаты, измотанные маршами, не ожидали такого удара.

— Держаться! — кричали офицеры. — Не отступать!

Но немцы наступали. Их пехота, в серых мундирах, шла плотными цепями, стреляя на ходу. Русские пулеметы косили их, но они все шли и шли.

— Танки! — закричали русские.

Но танков у немцев не было. А у русских они были, но остались далеко в тылу — Самсонов не успел их подтянуть.

27 октября положение стало критическим. Немцы окружили два русских корпуса. Самсонов метался в штабе:

— Где Ренненкампф? Почему не идет на помощь?

— Связи нет, ваше превосходительство!

— Прорывайтесь! Приказываю прорываться!

28 октября русские попытались вырваться из окружения. Штыковые атаки, рукопашные схватки, отчаянные броски. Но немцы сжимали кольцо.

Генерал Самсонов, видя гибель своей армии, застрелился 29 октября. Тело его нашли немцы и похоронили с воинскими почестями.

30 октября остатки 2-й армии сдались. В плен попало 90 тысяч русских солдат. Погибло 30 тысяч. Немцы потеряли 20 тысяч.

Танненберг стал тяжелым поражением.

Сцена 9. Ставка, Барановичи, 1 ноября

Я читал донесение о гибели 2-й армии и молчал. Пантелей стоял рядом, не решаясь прервать тишину.