Николай Второй сын Александра Второго - Сергей Свой

— Самсонов, — сказал я наконец. — Хороший был генерал. Честный, храбрый. Зря погиб.

— Ваше величество, немцы перебросили с Западного фронта большие силы. Теперь у них на востоке миллион солдат.

— Знаю, — кивнул я. — Но и мы не лыком шиты. Прикажите Брусилову ускорить наступление на Венгрию. Пусть давит австрийцев, пока они не опомнились.

— А Ренненкампф?

— Ренненкампфа отстранить. Назначить следствие. Если виноват — судить.

— Слушаюсь.

— И подтянуть резервы. Танки, самолеты, «катюши». Немцы почувствовали вкус победы. Теперь они полезут дальше. Мы должны встретить.

— Будет исполнено, ваше величество.

Я снова посмотрел на карту. Танненберг — тяжелый удар. Но война только начиналась.

---

Часть 3. Венгерская кампания

Сцена 10. На подступах к Будапешту, 10 ноября

Брусилов не ждал. Пока немцы праздновали победу в Восточной Пруссии, русские армии входили в Венгрию. 8-я армия, 3-я армия, конница, танки — все двигалось к Будапешту.

Венгерские магнаты слали делегации, предлагали мир, сепаратный договор, союз против Австрии. Брусилов слушал, кивал, но войска не останавливал.

— Ваше превосходительство, — докладывал адъютант, — венгерские гонцы опять приехали. Хотят говорить с вами лично.

— Пусть подождут, — отмахнулся Брусилов. — Сначала возьмем город, потом поговорим.

Будапешт готовился к обороне. Австрийцы стянули последние резервы — 80 тысяч солдат, 200 орудий. На улицах строили баррикады, в домах оборудовали огневые точки, мосты готовили к взрыву.

— Не отдадим Пешт! — кричали австрийские офицеры. — Будем драться до конца!

Сцена 11. Штурм Будапешта, 15–18 ноября

Штурм начался 15 ноября на рассвете. Русская артиллерия обрушила на город тысячи снарядов. Горели дома, рушились стены, гибли люди.

— Катюши — огонь! — скомандовал Брусилов.

Реактивные снаряды полетели в центр города, накрывая штабы, казармы, узлы сопротивления. Австрийцы, не видевшие такого оружия, впадали в панику.

— Что это? — кричали они. — Откуда?

Танки пошли в город по набережной Дуная. Они давили баррикады, стреляли по домам, где засели австрийские пулеметчики. Пехота зачищала квартал за кварталом.

В небе кружили «Соколы» и «Муромцы». Сбрасывали бомбы на мосты, чтобы отрезать австрийцам пути отхода. Один мост рухнул в Дунай, подняв тучу брызг.

Австрийцы дрались отчаянно. Каждый дом приходилось брать штурмом. На улицах кипели рукопашные схватки — штыки, приклады, ножи.

— Ура! — кричали русские.

— Gott mit uns! — отвечали австрийцы.

Но силы были неравны.

К вечеру 18 ноября австрийский гарнизон капитулировал. Командующий обороной генерал фон Хаузер сдал город Брусилову.

— Генерал, — сказал он, протягивая шпагу, — вы победили. Мои солдаты больше не могут драться.

— Шпагу оставьте себе, — ответил Брусилов. — Вы храбро сражались. Позаботьтесь о раненых.

— Спасибо, — удивился австриец.

В Будапеште началось ликование. Венгры, ненавидевшие австрийцев, высыпали на улицы с криками «Здрав буди a русский!». Русских