Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

Пришлось срочно собирать оперативное совещание.

– Ситуация обострилась. Получается, что теракт в концертном зале – не единственный. Но где и когда террористами будет нанесён основной удар? Часики тикают, времени остаётся совсем немного, а догадок нет, – констатировал отец.

Тем временем вокруг концертного зала «Национальный» стало многолюдно – помимо спецмашин, скорой помощи и пожарно-спасательных служб, подъехали журналисты. А на безопасном расстоянии кучковались также праздные любопытные прохожие.

– Мы находимся возле концертного зала в Киеве, где группа неизвестных вооружённых людей захватила зрителей. В здании десятки, возможно – даже сотни людей, взрослых и детей! – бойко тараторила охваченная азартом молоденькая журналистка. – Все они находятся в смертельной опасности. Свои требования террористы ещё не озвучивали. Мы будем держать вас в курсе событий, не переключайтесь…

Осипов, наблюдая за прямым эфиром, матюгнулся в адрес телевизионщиков:

- Суки, слетелись, как мухи на говно… Ненавижу эту шушеру. Прикрываются пафосными словами, что люди должны знать правду, а сами вечно лезут, куда не надо, со своим “честным и независимым” мнением, которое кто-то хорошо оплачивает… Стоп, а эти-то что здесь делают?!

Он ткнул пальцем в экран. Среди машин с журналистами выделялась одна – высокий микроавтобус с антенной на крыше и нанесённым на борт изображением флага Великобритании.

– Старые знакомые? – поинтересовался отец.

– Типа того… – задумчиво протянул Осипов. – Это британская телекомпания BBC Studios. Мы их машины на Донбассе называли «чёрная метка».

– Почему?

– Из-за весьма странных совпадений. Эта телекомпания всегда почему-то оказывалась на месте терактов первой, когда ещё даже не было никакой официальной информации о происшествии. Помните, наверное, как нацики взорвали вокзал с мирными жителями в Краматорске? А эти тут как тут, уже репортаж в эфир передают о зверствах российской военщины. Я тогда ещё стал подозревать, да и не я один, что BBC Studios получает информацию из первоисточника – чтобы продемонстрировать миру силу террористов и слабость официальных властей. Но ведь не доказать ничего, аккредитация и всё такое – не подкопаешься… Не станешь же этих журналюг допрашивать? Такой вой поднимется о нарушении свободы слова…

Отец хитро прищурился, глядя на меня:

– Мы-то, конечно, допрашивать их не будем. Но, Олег, а что нам мешает просто… понаблюдать? Если эти журналисты находятся возле концертного зала в ожидании красивых кадров, значит, их коллеги уже должны быть на месте другого теракта. Надо поискать…

Я понимающе кивнул.

Провести портал в машину BBC Studios было минутным делом. Вика, отлично знающая английский язык, стала нашими ушами и глазами.

– Ну что там? – нетерпеливо спросил Осипов.

– Пока ничего важного, – прислушиваясь к переговорам внутри автобуса, вполголоса ответила девушка. – Обсуждают цены на отдых в Испании, что-то об обещанной премии… Так, пришло какое-то сообщение… Общаются по ватцапу с кем-то, видео пришло, надо бы приблизить… Ого! – ахнула она.

– Что? – одновременно выдохнули Осипов и отец. – Ну не томи же, говори!

Вика ошарашенно оглядела присутствующих:

– Вышла на связь другая группа. Я подсмотрела видео. Они возле Центра украинско-российской дружбы…

Отец сообразил первым:

– Там же сегодня приём проводится! Будут представители российского посольства, новый мэр Киева, депутаты, чиновники… Идеальная цель для теракта! Так, слушайте все меня, – быстро приказал он. – Сухой, тебе надо осмотреть через порталы подвалы здания. Лоскут, тебе – помещения на втором-третьем этажах. Бывалый – контроль за первым этажом, Лось – крыша. Ищем взрывчатку, СВУ, в общем, всё, что может взорваться и нанести ущерб.

Парни синхронно кивнули и занялись делом.

– Как там, в зале? – спросил отец Осипова.

– Пока тихо, – ответил спец. – Главари они или сообщники, кто их разберёт… Постоянно посматривают на часы – видимо, уже совсем скоро подойдёт время. Скорее всего, они дадут команду на подрыв зарядов после вывода их из зала вместе с заложниками. Под удар попадёт часть заложников и множество бойцов спецназа, которые будут осматривать зал на предмет взрывных устройств. Нам главное не опоздать.

Отец кивнул. По нашим прикидкам, до уничтожения «основной цели» оставалось около получаса.

Оставшись втроём – я, отец и Осипов, - мы решали, что будем делать, если вдруг ошиблись и машины BBC Studios вовсе не являются «чёрными метками» в данном конкретном случае. Сошлись на том, что изменить уже ничего нельзя. Стоит сообщить о готовящемся взрыве в соответствующие органы, начнётся эвакуация – и тогда теракта точно не избежать. В любом случае будут человеческие жертвы, и значительные.

А если мы где-то просчитались и взрыв произойдёт совсем в другом месте? А может, и вовсе не будет второго взрыва? Может, тот заложник что-то неправильно понял? Голова буквально шла кругом от догадок и предположений.

Осипов нашёл на телике канал с трансляцией мероприятия в Центре украинско-российской дружбы. Множество гостей, официанты, шампанское, тут и там мелькали знакомые лица известных политиков. В углу зала, на небольшой сцене, настраивали инструменты музыканты известной рок-группы, популярной как на Украине, так и в России.

Осипов запросил информацию:

– Парни, как дела? Есть у вас что-нибудь?

– На крыше чисто, – отозвался Лось.

– Пока ничего подозрительного, – подтвердил Бывалый. – Здесь много ФСО-шников, они пасут поляну, мимо и мышь не проскочит – не то, что террорист.

– Заканчиваю осмотр помещений второго-третьего этажей, пока чисто, – подал голос Лоскут.

– Сухой, что у тебя?

Мы все прекрасно понимали, что подвал с его коммуникациями – наиболее легкодоступное место для террористов. Если сделать всё по уму, здесь можно заложить полтонны взрывчатки – и никто ничего не заметит. Поэтому ответа от Сухого дожидались с особым вниманием.

– Чисто! – ответил боец, но после короткой паузы поправился. – То есть, пыльно. Отпечатков подошв и вообще каких-либо следов того, что здесь что-то переносили или перевозили, не наблюдаю.

Отец взволнованно взглянул на часы. Похоже, даже у него, обычно сдержанного и спокойного, начинали сдавать нервы.

Осипов замер в ожидании дальнейших распоряжений.

– Что делаем, Владимир Иванович?

– Контроль за концертным залом! – приказал отец. – Сейчас главное – не дать террористам уничтожить заложников.

Казалось, в этот момент он постарел лет на десять – скулы заострились, плечи поникли. Как же тяжело ему далось это решение…

Перехватив мой внимательный и сочувствующий взгляд, отец сказал, будто оправдываясь:

– Олег, мы уже ничего не сможем сделать. Надо спасать людей…

– А можно мне ещё раз проверить Центр украинско-российской дружбы? Лично,