Львира. Земли Солмира. Том I - Татьяна Левицкая

его губ перед тем, как они искривились в немом крике. В отличие от Нивертона, по лицу воина можно было точно понять, что испытывает человек при превращении. Вытаращенные глаза, учащенное сердцебиение, серое от слабости лицо и растопыренные конечности производили слишком красочную картину и от того довольно пугающую. Когда же тело начало свое полное преображение, раздался душераздирающий протяжный крик, который вскоре перерос в выраженное рычание.

Немного придя в себя и привыкнув к новому телу, Вестагар с непонятно откуда взявшимся энтузиазмом принялся бегать за своим хвостом и валяться в песке, поднимая облака пыли в воздух. Каиса в недоумении переглянулась с Вивиан, и та наконец изрекла то, он чем все это время думала:

— Я много видела за свои века, но такое — впервые. В вас таится громадная мощь, жители Друидэйна. Распрягайтесь ей с умом.

Нивертон кивнул мохнатой головой и догнал взбесившегося Вестагара. Схватив за загривок игривого волколака, он без труда усмирил его парой легких рывков и заставил обратить на себя внимание, а затем подошел к Каисе. Пламенные глаза оказались совсем рядом и прежние воспоминания невольно заставили слегка отступить.

«Залезай» — раздался голос Нивертона в голове, и волк поджал громадную лапищу, создавая ступеньку. Каиса ухватилась за длинную шерсть, встала на лапу и закинула ногу. Немного усилий и она уже сидела на мохнатой спине волколака, словно час назад тот не сбросил ее, распоров нежную плоть так легко и стремительно, словно молния рассекает ласковое небо.

Вестагар подошел к Вивиан и последовал примеру Нивертона. Он все еще плохо чувствовал тело, а его хвост активно вилял, ударяя мохнатые бока, как у домашнего пса, которого вот-вот покормит хозяин, что несколько усложняло задачу для эльфийки. Несмотря на преграды, она взобралась на зверя едва касаясь грубой шкуры и заняла удобное положение. Когда всадницы были готовы, волколаки сорвались с места и рванули что есть мочи, оставив позади клубья поднявшегося песка.

Возглавлял отряд Нивертон, а за ним несся Вестагар, радостно высунув язык набок, что больше не делало образ страшного волколака таким уж грозным. Благодаря своей уникальной способности к перемещению в пространстве, они оставляли за собой множество антроф всего одним гигантским скачком, исчезая из поля зрения и появляясь лишь тогда, когда их мощные лапы касались обжигающего песка, чтобы вновь оттолкнуться ими для протяженного прыжка.

Мимо пролетали дюны, редкие оазисы, каменистые равнины, россыпи с выеденными ветром скалами и глинистые участки, растрескавшиеся от засухи. Сверху они напоминали испеченную в печи шарлотку или тонкий слой карамели, расколотый в мелкую мозаику. Словно высохшая рыбья чешуя, по периметру корки чуть приподнимались над центром, но могучим лапам были нипочём острые края — сухие пластины разбивались в пыль под их громоздким весом.

— Когда мы прибудем, ты никак не должна себя выдать, Каиса, — раздался строгий голос в голове львиры, нарушивший наслаждение и азарт от скорости скачки. — Ты — друид, рождена друидом и посвящена. Мы пришли по наказу Альвисса узнать пророчество и поговорить о том, что пробуждается в Проклятых землях, а там уже придумаем, как добраться до островов. И никогда не уходи далеко от меня. Слышишь? Никогда!

— Но почему?! — запротестовала Каиса, искренне не понимая таких строгих правил.

Нивертон вздохнул. Какое-то время он бежал молча, с оглушительным хрустом раскалывая лапами сухую почву, а затем сквозь шум и треск в голове Каисы раздались тихие слова:

— Потому что потеряешь свой человеческий облик…

— Что?! — беззвучно вскричала Каиса, ногтями вцепившись в волчью шкуру. Как и раньше, ей вдруг захотелось хорошенько выкрутить волчьи уши. — И почему я узнаю об этом только сейчас?!

— Потому что так надо, — отрезал Нивертон, сопроводив фразу волчьим рыком. — Будь всегда рядом и не отсвечивай! Если все сделаешь правильно, будет шанс остаться в живых. И не только у тебя… — добавил он как бы между прочим.

— Замечательно… — фыркнула Каиса, по обыкновению не забыв закатить глаза. — А ты не думаешь, что прекрасная Вивиан слышала про львиру, ведь она прямиком из Луартема! Что-то я сомневаюсь, что не осталось в живых ни одного, кто видел меня на поле боя…

— Никто не поверит в это, — отмахнулся Нивертон, тряхнув косматой головой. — Львир давно нет, вошедши однажды в Фарьяр, вернуться они не могут, белых фениксов истребили, а Чаша Жизни превратилась чуть ли не в