Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий

было десятка три орков. Да, хорошо вооруженных, но и светлые им не уступали в железе. Превосходили скорее. Разве не видел Крюк перед собой закаленных в боях рыцарей и даже целого великана пусть и женского полу?

— Не хотелось бы вас тут кончать, ребята. — самодовольно заявил Крюков. — Айда лучше к нам, в Тёмный Блок. Условия приятные.

Последнее заявление находилось уже за рамками всех возможных степеней наглости.

— Это может быть ловушка. — предупредил Яроврат. — Надо обойти их. Щиты!

Но прежде, чем началась заваруха ещё один голос вступил в разговор. Зазвучала колдовская речь.

— Ньяль, я знаю, что ты здесь и возглавляешь эту банду. Выходи, поговорим. Цивилизованным существам не пристало начинать резню без переговоров.

Говоривший стоял наверху площадки, небрежно опершись на каменный бортик, словно курильщик на балконе. В полутьме КПВ разглядел желтые глаза на бледном лице с острыми чертами. Не орк, но и человеком он едва ли являлся. Длинные медные волосы собирал золотой обруч. С обеих сторон говорившего прикрывали орки, ранее спрятанные в глубине площадки.

«Очередной колдун?»

— Думаешь, нам есть о чем говорить? — раздался сбоку голос Ньяля, протиснувшегося между бойцами. Морглен был готов в любой момент заслонить его.

— Мрак всемогущий, паршиво выглядишь… — то ли с сочувствием, то ли с насмешкой произнёс колдун. — И второй глаз потерял. Печально видеть тебя в таком состоянии. А ведь когда-то ты был полон надежд и амбиций… Сейчас же сломанная марионетка в чужих руках. Но хватит об этом. Наверное, интересно как мы сюда добрались в обход ваших морских чудовищ? — темный говорил почти не давая никому возможности вставить слова. Его речь была, как будто, намного более колдовская чем у Ньяля или Алатара. Голос звучал прямо в голове КПВ. — Ответ прост — химеры. Не пытайся вспомнить то, чему учили эльфы. Химер я создал недели две назад. Выплавил из тел павших при битве за дворец Удуна барлогов.

— Ложь! — наконец вступил в разговор Ньяль. — Тела должны были утилизировать. Я сам был при обсуждении…

— Решение изменили. — ответил колдун.

— Это вообще кто? — прошептал Лестер, пока магики препирались.

— Саурон. — мрачно ответил Марк.

— Че вот прям он самый?

— Ага.

— Нам пиздец?

— Не исключено.

— Мне их продали. — усмехнулся Саурон. — Да, да, тела существ, старше этого мира, останки, сохраняющие магическую силу, продали мне за чуть менее чем тридцать две тонны зерна и несколько тонн железа. А самое интересное, что все остались довольны. Кроме тебя, конечно.

— Не верю. — ответил Ньяль. — Они не могли поступить так глупо.

— Угроза голода, опасения бунта и это ваш гуманизм. Все еще не веришь? Ты слишком рано ушёл из политики, Ньяль. Все поменялось за последние месяцы. Пока ты плавал с горсткой авантюристов по живописным морям мы заключали договоры, прокладывали торговые пути, делили сферы влияния — создавали систему. Новгород так или иначе притянется ко мне. Это неизбежно, потому что рационально и взаимовыгодно. Форма притяжения мне не принципиальна. В моем возрасте погоня за титулами уже не так увлекает.

— Многие на это не пойдут.

— Верно. Будет раскол. Возможно, война. Разве такие перспективы тебя удивляют или пугают? Ты же сам начнешь резню несогласных, если будешь уверен в победе.

— Не равняй нас.

— Давай только без морализаторства. Переходя к сути дела… про Новгород уже сказал. В городах наподобие Зу-Райдана сейчас власть переходит к лояльным мне группам. Агентура там выстраивалась столетиями и даже перерезанный морской путь не мог этому помешать. Вы проигрываете, Ньяль. По всем фронтам и даже до начала войны. — с презрительной жалостью произнёс владыка Мордора. — Ты слабеешь и твой разум слабеет, став марионеткой Валар. Чужое могущество пока еще дарит тебе иллюзию контроля, но это продлится не долго. Меньшее растворяется в большем. Однако ещё не поздно повернуть все вспять. Возможно даже…

— Нет! — прервал его Ньяль, лицо которого искарежило от фанатичного гнева. — Лучше умереть!

— Твои ли это слова? — усмехнулся колдун.

«Может Саурон и прав насчет слабеющего разума…» — невзначай подумал КПВ, не спуская глаз с орков.

— Вряд ли твои. Ты же голос Валар. Отражение чужой воли. А ведь мог бы получить часть этой силы только для себя. Но поводок слишком короткий, верно? Что насчет тебя, Соронто? Теперь, кажется, ты зовешься Морглен. Странно видеть тебя среди подобного сброда. Может, закончишь играться в вожака бандитов и вернешься на службу?

— Откажусь. — заявил Морглен.

— Отчего такая категоричность? Ты был рождён и воспитан для службы. Разве ты испытывал нужду? Создан, чтобы совместить в себе лучшие черты двух рас. Безусловную преданность и бесстрашие орков с гибким умом людей. Что же могло пойти не так?

— Ну я все ше на половину человек. — оскалился Морглен. — Люти могут выбирать.

— Печально… Заставляешь меня жалеть о дне, когда я приказал твоему отцу изнасиловать твою мать. Кажется, переговоры зашли в тупик. Всем, кто сложит оружие обещаю свободу, богатство и прочая-прочая… Ньяля не убивайте. Остальных? По ситуации. — на этом Саурон снова скрылся где-то в глубине плрщадки.

— Ну наконец-то! — оживился Крюков. — Погнали! Играй музыка!

Резкий звон был слышен даже среди топота ног и лязга стали. Эол метнул в тёмного один из стилетов, но Крюк с противоестественной скоростью отбил снаряд чёрным клинком.

— Щиты! — взревел Яроврат.

Тренькнуло, зазвенел металл, выпускающий силу натяжения. КПВ вспомнил папский эдикт, запрещавший использование арбалетов против христиан. Очень актуальная тема. Весь этот комок мыслей упал и мгновенно растаял на раскаленной сковороде боли. Как говорится, есть пробитие. Болт или бельт(названия два, а суть одна) продырявил бацинет, прошёл сквозь стеганный подшлемник и засел в черепе. Это все, конечно, выводы чисто по ощущениям, но ощущения были мое почтение. Правая часть лба как огнем горела и что-то отвратительно мешалось в голове.

«Берсерку в битве боль неведома