Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

– Нашлись и другие желающие почитать?

– Нет.

– Тогда в чем дело?

– Один из экземпляров Кристер оказался негодным. Альтьера Лейва не смогла его читать, ей пришлось ждать своей очереди и брать тот, что из Храма. Не слишком приятная ситуация вышла, сказки тяжелые, быстро их не изучишь. Альтьера негодовала.

Надо ли говорить, что это меня насторожило:

– А в чем заключалась негодность?

– Честно говоря, я не в курсе. После встречи книжного клуба остальные решили выпить вина и поболтать, но я домой торопилась, к Хельги. У нас и так все затянулось в тот вечер. А Хельги утром плохо себя чувствовал, вот я и…

– Как найти альтьеру Лейву?

Получив объяснения, я поторопилась покинуть дом влюбленной парочки. Вот уж зрелище… хотя, подозреваю, мы с Александром выглядели еще хуже, наша-то любовь началась в подростковом возрасте, когда все умножено примерно на миллион. Александр писал мне стихи, в которых сравнивал мои волосы с колючими кустами (там просто рифма удачно совпадала), а я выводила его имя на бумаге и окружала его сердечками. Для ответных стихов у меня фантазии не хватало, к счастью.

Альтьера Лейва оказалась женщиной постарше, а еще любительницей поспать. Пришлось ждать, пока она окончательно проснется, приведет себя в порядок и спустится ко мне. Мне до ее порядка дела не было, но и альтьере моя спешка важной не показалась, несмотря на все мои попытки передать через слуг сообщение о необходимости встречи, альтьера Лейва выплыла вниз с минимальной скоростью.

– Иделаида Морландер, – представилась я раздраженно и без зазрений совести приврала: – Королевская полиция.

Брови альтьеры удивленно поползли вверх:

– Вот как? Слышала, вы покинули полицию.

– Вернулась. Знаете, как бывает: платят мало, зато работаешь день и ночь, так и тянуло вновь во все это окунуться. Теперь ближе к делу, вы и так заставили меня ждать: Кристер Нольткен давала вам книгу со сказками. Она оказалась негодной к прочтению. Хотелось бы узнать об этом поподробнее.

– Значит, это правда? Кристер и Аксель убиты?

– К сожалению. На вопрос ответьте, прошу.

– Ужасно это все, ужасно… у Кристер был оригинал и две копии тех сказок, но они тоже очень и очень старые, старательно написанные от руки, с уникальными по своей красоте ювелирными обложками. Как и вся библиотека Кристер…

– Брак в чем заключался?

Альтьера Лейва обиженно поджала губы.

– А брак, уважаемая Иделаида, заключался в том, что сказки знаменитой и неповторимой Катарины Линнард кто-то подменил на современный рукописный текст, не представляющий никакой ценности. Какие-то дурацкие выдержки из жизни, я не вдавалась в подробности… меня возмутило, как у кого-то рука поднялась на старую книгу? Вот так выпотрошить ее бесчеловечно! И где теперь сам текст? Неужели кто-то из слуг продал? Я советовала Кристер проверить всю библиотеку, кто-то из ее работников нечист на руку. А еще совершенно мертв внутри, раз творит такое с реликвиями. По моему мнению, только падший человек способен на такой бесчеловечный проступок, даже мертвец, и тот чувствительнее.

– Современный текст? – я взволнованно заерзала на месте. – Вы помните, о чем шла речь? Хоть что-то ведь вы прочитали, раз поняли, что это не сказки.

– Как будто это трудно понять! Новомодные безвкусные словечки вместо певучего древнего языка Катарины. Я даже запоминать ничего не стала, просто закрыла эту чушь, отнесла книгу Кристер и дала несколько советов насчет ее прислуги. И была крайне возмущена!

– Что случилось дальше? Позже вы присутствовали на книжном вечере, а потом остались выпить вина. Речь заходила о недоразумении с книгой?

– Разумеется! – фыркнула альтьера Лейва. – Я сама же и подняла эту тему. Так меня возмущало это варварство по отношению к уникальным вещам! Мои чувства были глубоко задеты. Я советовала Кристер лучше следить за прислугой.

– Сама Кристер сказала хоть что-нибудь? – поинтересовалась я, не особо рассчитывая на удачу: судя по всему, альтьере Нольткен не удалось вставить ни слова в эту череду возмущений.

– Она извинилась, само собой!

– И это все?

– Да. Мы перешли на другую тему: недобросовестность современной прислуги.

Я быстро поднялась и поспешила к выходу:

– Спасибо за информацию, альтьера.

И выбежала еще быстрее, чем от влюбленной парочки. А на этих книжных вечерах было весело, ничего не скажешь. Особенно если вспомнить количество гостей, а ведь я повстречала только двоих… с половиной в виде счастливого Хельги.

Я вернулась в библиотеку Нольткенов и всю ее обыскала. За стеклом нашла то самое драгоценное издание сказок, на соседней полке – рукописную копию, рядом с которой осталось пустое место. Подхватив обе книги, спустилась вниз, к камину и диванам. Там лежала еще одна книга, та самая, с приглашением внутри. Но это тоже оказался оригинал, по всей видимости, альтьера Вергарда так торопилась к обожаемому Хельги, что забыла все на свете, даже домашнюю реликвию.

Итак, у меня оригинал и рукописная копия. Именно копия, а не тот самый «брак», я проверила это в первую очередь. Значит, бракованный экземпляр пропал. Книжный клуб собирался как раз незадолго до помолки Александра. Теперь я уверена, что Кристер Нольткен прочитала что-то в той книге, что-то, заставившее ее бросить все и ехать в столицу.

Что там могло быть?

Некий современный текст. Чей-то дневник? Записи каких-то событий, признание… что угодно, в общем. Но из-за этого погибли люди, значит, записи те не для посторонних глаз. Тем быстрее я должна их увидеть.

Проблема в том, что книга может быть у убийц.

Надеюсь, Кристер Нолькен ее хорошо спрятала, и они ушли ни с чем.

Глава 11. Затишье перед бурей

Все, что нужно знать о Мертвоземье, заключено в одном простом названии города за ледником. Название это старое, дано предками, а те знали, о чем говорили, хотя и любили загадки. Аллигом, а в древности – Али́гом.

Это имя было дано задолго до появления Ренана Гранфельтского и его знаменитой Армии. Так на что оно может нам намекать? Жаль, что предки не оставили больше подсказок.

Анрбьёрн Бьёрнсон Мудрый, правитель Равнсварта из дома Бьёрнов.

Все свои находки я чуть позже продемонстрировала Дарлану. Тот повздыхал немного, но в конце концов признал: что-то есть во всем этом книжном происшествии. И, что самое главное,