"Фантастика 2026-135". Компиляция. Книги 1-23 - Елизавета Владимировна Соболянская

========== Пятнадцатая глава ==========

Худого мужчину средних лет, в обваленной в грязи одежде, с разбитым вдребезги лицом, тащили под руки два крупных амбала. Он безвольным тюфяком повис у них на руках, отчего его ноги в ободранных ботинках волочились по земле.

Они отпустили тощие, субтильные ручонки, и мужчина мешком рухнул на бетонный пол, усыпанный строительным мусором. Тяжело, как больное, израненное животное подобрался, попытался встать. Но ноги его не держали, и ему пришлось снова опуститься на землю, где он сел на колени и затравленным взглядом обвёл всех присутствующих, на мгновение задержавшись на объективе камеры направленного на него телефона.

— Мне его почикать? — спросил один из амбалов.

Под мужчиной на сером полу растеклось тёмное мокрое пятно. Головорезы отскочили, брезгливо чертыхаясь. А он, дрожа всем телом, заливаясь слезами и кровавыми соплями, проскулил шепеляво из-за выбитых зубов:

— Пожалуйста, не убивайте меня.

Лоренцо переключил камеру на фронтальную и спросил, имитируя сильный южный акцент:

— Босс, он вроде понял свою ошибку и теперь искренне раскаивается, мы можем отпустить его?

— С каких пор ты мне звонишь из-за такой ерунды? — Курт лениво зевнул и спросил, зная, что его слушают через беспроводную гарнитуру. — До сих пор не можешь заставить подписать договор?

— Понял, босс! — он старательно продолжал разыгрывать сценку. Судя по движению фона, присел на корточки напротив похищенного мужчины — владельца здания, сопротивляющегося перестройке микрорайона — и доброжелательно произнёс: — У моего босса сегодня хорошее настроение, поэтому он разрешил тебя отпустить, если ты подпишешь договор.

— Я подпишу! Подпишу!

— Вот так бы сразу… а то доводишь людей до крайних мер. — Лоренцо жестом подозвал третьего наёмника, и тот протянул ему файл и ручку. — Мы же не изверги какие-то. И не отбираем у тебя ничего, а обмениваем на вполне приличную компенсацию.

Он снова переключил камеру на внешнюю и продемонстрировал, как мужчина трясущимися руками подписывает документ, ставит свой отпечаток пальца и робко протягивает закрытый файл ему обратно.

— Заканчивай там, — небрежно бросил Курт, выбираясь из тёплой постели. — На обратном пути захвати мне сырков.

— Что? — переспросил Лоренцо, от растерянности позабыв о конспирации.

— Купи мне глазированные творожные сырки.

— Что это такое? — спросил он с вернувшимся акцентом. Поправил маску, сползшую с переносицы, и тихо, почти шёпотом, возмутился: — Где мне искать эти «‎сырки»‎?

— На двадцать четвёртой улице есть магазин с заграничными продуктами. Там и ищи.

Он сбросил видеозвонок и, стягивая с себя на ходу пижаму, направился в ванную комнату.

Прошло пять дней, как они вернулись из Маколии. По прибытии Курт дал Анналии недельный отпуск, о чём уже успел неоднократно пожалеть. Разлука с ней давалась ему из раза в раз всё тяжелее. Он мог видеть её каждый день. Но, после того как они, наконец, перешли на следующий этап в отношениях, просто смотреть стало мало. Катастрофически мало. Невозможность прикоснуться к ней выворачивала его, как наркомана при ломке.

Распахнув стеклянную дверцу кабины, Курт замер, увидев вместо привычной угольной плитки душевую в кораллово-бежевых тонах. Под струями воды, редкими каплями, долетающими ему до лица, стояла Анналия с закрытыми глазами. Она мягко массировала волосы у корней, а по её пикантно округлившемуся за года телу медленно стекала пена. Он облизнул губы, вспомнив бледно-розовые ареолы сосков, и сладкое видение растворилось, оставив его с мучительно затвердевшим, на грани болезненного желания, членом.

Сколь долго она ещё собиралась сопротивляться чувствам, мучая как его, так и себя? Какой бы железной волей и неиссякаемым терпением он ни отличался, сейчас Курт был готов убить каждого за одну попытку влезть и замедлить развитие их отношений.

Скинув напряжение, он вышел из ванной в одном полотенце, низко обмотанным вокруг бёдер. До его ушей с первого этажа донёсся хлопок закрывшейся входной двери, но Курт никак на него не отреагировал и завернул в гардеробную. Натянул на себя первые попавшиеся брюки и стрейчевую рубашку в тёмно-голубом цвете с позолочёнными кляксами. Из аксессуаров ограничился спортивными часами в стальном корпусе и аскетичными золотыми запонками, по оттенку перекликающимися с кляксами.

На столешнице барной стойки лежал бумажный пакет с десятком заказанных сырков. Самого Лоренцо нигде не было видно, но по звукам, доносящимся из гостевого санузла, стало ясно, что он занят смыванием рабочего гримма.

Неторопливо сварив себе кофе, Курт прихватил несколько лакомств, на которые подсел ещё в Маколии, и опустился в кресло перед включённым телевизором. Смотреть утренний выпуск новостей по выходным вошло у него в привычку ещё во время сожительства с Наиной. Сосуществуя с ней под одной крышей, у него появилась необходимость обзавестись пристрастием, доступным её понимаю — в тот момент просмотр телевизора показался наиболее простым решением. Тем не менее Наины уже давно нет в живых, а его привычка одним ухом слушать часовой утренний репортаж осталась.

Журнальный столик утопал в документах, что ему успели натащить работники за последние пару дней. Поэтому, как покончил с сырками, Курт тут же подхватил из крайней стопки свежую распечатку и принялся вчитываться в мелкий текст.

— Думаю, нам стоит сменить исполнителей, — Лоренцо кинул файл в общую кучу на журнальном столике. С его мокрых волос по обнажённому торсу стекала красноватая вода с остатками рыжей краски. — Головорезы из банды скорпионов какие-то совсем отбитые. Ещё чуть-чуть – и они реально его к праотцам отправили бы. Он даже не пытался сопротивляться! Но эти придурки с таким смаком из него дерьмо выбивали, что пришлось вмешаться.

— Тебе нужно моё одобрение? — безучастно поинтересовался Курт. Смочил рот окончательно остывшим кофе и поднял на него усталый взгляд. — Мы вроде недавно это обсуждали. Мне нет никакого дела до того, с кем и как ты работаешь. Главное, чтобы чисто свою работу выполняли и не пытались под тебя копать.

В ответ он что-то проворчал сам себе под нос о чрезмерном доверии и давящий на него непомерно большой ответственности и ушёл на кухню, громко шаркая тапочками. Намеренно создавал много шуму, прекрасно осознавая, как сильно раздражал подобными детскими выходками.

Курт автоматически прислушивался к доносящемуся стуку и звону посуды, пока листал квартальный отчёт. Неожиданно слух выхватил знакомое имя в репортаже новостей. Пришлось отложить толстый документ и перевести взгляд на экран.

Лицо Юноны и Хьюго закрывала пиксельная мозаика. Но он был способен их узнать даже по пальцам рук