Фантастика 2025-129 - Денис Старый

том, что ему вообще засыпали токсичное вещество. Он и сам проходил с ним куда дольше, чем следовало. Он два или три дня назад должен был заменить эту пломбу на постоянную. Мышьяк «сожрал» весь нерв и ушёл в кровоток.

— Тогда нужно срочно приступать к дезинтоксикационной терапии, — сказал я. — Кто сегодня дежурит в терапевтическом отделении?

— Кажется, Такеда Дзюнпей, — вспомнил Асакура Джун.

Ох, как же не вовремя! Кто угодно, но только не он! Такеда ведь из принципа начнёт спорить и не даст мне нормально осмотреть пациента.

— Что здесь происходит? — послышался голос за нашими спинами.

Помяни чёрта… А вот и сам Такеда.

— Такеда-сан, острое отравление мышьяком с повреждением блуждающего нерва, — сказал я. — Нужно срочно обследовать и начинать дезинтоксикационную терапию.

Такеда Дзюнпей долго смотрел мне в глаза, пытаясь переварить, что я только что ему сказал.

— Тогда чего мы ждём? Давайте скорее действовать, — кивнул он.

Неожиданно быстро согласился с моим мнением. Это что-то новенькое. Чтобы Такеда без лишних споров сделал так, как я велю? Но это к лучшему. Сейчас необходимо оказать экстренную помощь Тонегаве Хаято. Выяснять отношения точно времени нет.

Пациента госпитализировали и начали готовить к обследованиям. Мы вместе с Такедой Дзюнпеем и Асакурой Джуном начали обсуждать план действий.

Нужно было подобрать правильную дозировку специфического антидота — димперкапрола, который в России так же известен, как «Унитиол». Это вещество соберёт весь мышьяк и превратит его в нетоксичные соединения. А дальше — всё просто. Эти комплексы выйдут через почки, не повредим при этом сам выделительный орган.

Однако использовать этот препарат придётся не меньше недели. Слишком высоки риски, что весь мышьяк мы за два-три дня убрать не сможем.

— Тогда начинаем, — подытожил Такеда Дзюнпей, готовясь передать медсёстрам план лечения.

— Стойте! — воскликнул я. — Рано, Такеда-сан.

— Что? Почему? — не понял терапевт.

— Дождёмся анализов крови. Они будут готовы с минуты на минуту, — ответил я.

— Зачем? — пожал плечами Асакура Джун.

Невролог не понял, зато Такеда Дзюнпей закивал, догадавшись, к чему я клоню.

— Всё верно, Кацураги-сан. Хорошо, что вы подметили, — произнёс он.

— Мне-то кто-нибудь объяснит? — развёл руками Асакура.

— Мы должны оценить биохимический анализ крови, — сказал я. — Проверить, как обстоят дела с креатинином и мочевиной.

— Если из-за отравления мышьяком уже началась почечная недостаточность, то использовать этот препарат нельзя, — добавил Такеда Дзюнпей.

— Тогда мышьяк не будет выводиться через почки, и ситуация усугубится ещё сильнее. Если почки уже повреждены, придётся использовать гемодиализ.

— Или переливание крови, — сказал Такеда.

Асакура Джун ошарашенно смотрел то на меня, то на терапевта пятого ранга.

— Вы двое в курсе, что вы сейчас друг за другом фразы договаривали? — спросил он.

Мы с Такедой переглянулись и одновременно пожали плечами. В этом нет ничего необычного. Когда два специалиста думают над одним и тем же клиническим случаем, у них может синхронизироваться ход мыслей.

Правда, такое у нас с Такедой Дзюнпеем впервые. Ранее мы всё время доказывали друг другу обратное. И всегда Такеда оказывался неправ. Но не по той причине, что он плохой специалист. Ранее он всё время пытался доказать мне своё превосходство, а потому спорил со мной даже тогда, когда чувствовал, что я прав.

— Понятно… — протянул Асакура Джун. — Я тут пока, пожалуй, напишу, какие препараты нужно проколоть по неврологической части. Не обращайте на меня внимания.

— Кацураги-сан, Такеда-сан, — позвала нас дежурная медсестра. — Анализы готовы!

Мы с Такедой одновременно рванули за результатами биохимии. И с облегчением выдохнули, когда изучили полученные цифры.

— Всё в порядке, — кивнул я. — Почки не пострадали. Пока что.

— Значит, нужно как можно скорее вводить димеркапрон, — подытожил Такеда Дзюнпей.

Пока Такеда передавал медсёстрам точные дозировки антидота, я подготовил перечень дополнительных препаратов вместе с Асакурой Джуном. Кроме выведения самого мышьяка нам было необходимо сконцентрироваться на остальных органах, которые затронуло отравление.

Асакура назначил ряд витаминов группы В и тиоктовую кислоту для поддержания нервной системы. Я же обратил внимание на сердце и порекомендовал сердечные гликозиды — препараты, которые урезают сердечный ритм и усиливают сокращение сердечной мышцы.

Правда, стоит отметить, что и сами эти гликозиды являются ядами. В медицине всё работает по принципу старой доброй поговорки.

«Всё — яд, и всё — лекарство, дело только в дозе».

И мышьяк, и гликозиды, и даже «Онкокура» в каком-то смысле.

— Думаю, стоит обратить особое внимание на печень, — добавил Такеда Дзюнпей. — Взгляните, Кацураги-сан. Печёночные трансаминазы, судя по биохимическому анализу, постепенно начинают подниматься.

— Тогда дадим курс гепатопротекторов. И на этом всё, — кивнул я.

— Вроде со всем разобрались? — нахмурился Такеда.

— Да, мы и так провозились с подбором препаратов несколько часов.

— Часов? — удивился Такеда и взглянул на часы.

Было уже за полночь. Асакура Джун давно нас покинул и отправился в неврологию — отсыпаться.

Мы же с Такедой увлеклись разбором этого клинического случая и не заметили, как пролетело время. Возвращаться домой уже смысла не было. Да, идти мне тут всего-то минут двадцать неспешным шагом, но это будет тратой драгоценного времени, которое можно посвятить сну на неудобном диване ординаторской.

— Предлагаю сегодня дежурить вдвоём, — сказал я Такеда Дзюнпею. — Раз уж я притащил вам своего пациента, да ещё и остался на ночь — можем спать по очереди.

— А вы спите на дежурствах? — удивился Такеда Дзюнпей. — Вот уж не ожидал такое услышать от Кацураги Тендо. Я думал, что вы работаете по двадцать четыре часа в день.

— Нет, я всё же иногда сплю, — усмехнулся я. — Хотите сказать, что вы себе не позволяете такой роскоши?

— На работе — нет, — заявил Такеда.

— И что же вы тогда делаете здесь всю ночь, когда нет пациентов?

— Читаю статьи, изучая различные клинические работы, — пожал плечами Такеда. — Расширяю кругозор.

— Странный у нас с вами разговор выходит, Такеда-сан, — я решил быть прямолинейным. — После всего, что уже успело произойти между нами за последние несколько месяцев, сегодняшний вечер не может не вызывать подозрений.

— Хм, — хмыкнул Такеда. — Могу вас понять, Кацураги-сан. Отношения между нами не заладились с самого начала.

— Не хочу, чтобы они портились и