Фантастика 2026-135 - Елизавета Владимировна Соболянская

— Господи, опять ты на ровном месте до меня докопалась… В тебе столько яда, потому что приходится ноги раздвигать перед страшными, толстыми спонсорами?

— Перед старшими и толстыми только тебе приходилось падать на коленки, я же могу позволить себе любого мужчину, какого только захочу, — колко осадила она её и небрежным кивком головы указала на Лоренцо. — А ты в курсе, что он почти ровесник твоего сыночка? Ладно он, кровь молодая, всё равно на кого вскарабкаться. Сегодня с тобой, — завтра с другой. Но ты — взрослая и, вроде как, умная женщина. Что за ветер в голове? Милая, я надеюсь, ты не рассчитываешь, что ваши встречи продлятся дольше пары недель. Будет очень-очень грустно, если он разобьёт твоё сердечко.

Оскорблённо поджав губы, Бьянка искоса глянула на своего молодого кавалера, что даже и не думал вступаться за неё. Очевидно, сама понимала скоротечность акции с его стороны, но продолжала питать какие-то надежды.

— Слышала, ты закрутила роман с нашим главным, — она переключилась на Аннель. Логично, раз одну зацепить не можешь, так надо на её подруге отыграться. — А раньше из себя чуть ли не святую строила. Тоже мне…

— Не надо говорить то, за что потом будет стыдно, — неожиданно одёрнул её Лоренцо и потянул за руку в противоположную сторону. — Пойдем.

— Да какое чувство стыда может быть у этой подстилки, что ложится под каждого мужика, задержавшего на ней взгляд больше, чем на три секунды, — язвительно усмехнулась Джулия.

— Я хотя бы не лицемерка, разыгрывающая святую добродетель, — визгливо огрызнулась Бьянка, вырвав свою руку из чужих пальцев. И с такой злостью вытаращилась на Аннель, что впору было увеличивать дистанцию — чего доброго ещё с кулаками кинется. — Сколько наших мужиков тебя обхаживало? А ты всё нос воротила. Все думали, что ты вся из себя такая серьёзная, не трахаешься без заявочки на предстоящую свадьбу. А что по итогу? Раздвинула ноги, как и другие!

— Слышь, курица безмозглая, тебе помочь пёрышки общипать?

— У всего есть своя цена, да, госпожа лицемерка? Главное – договорить об этой самой цене…

— Бьянка, закрой свой рот, — угрожающе бросил Лоренцо чуждым тоном, совсем несоответствующим его дурашливому характеру. В голосе прорезалось утробное дребезжание с тщательно сдерживаемой где-то в глубине яростью. Сложно описать возникшее ощущение скрытой опасности, словно у милого щеночка лабрадора на секунду сверкнули клыки, как у ощерившегося зрелого волка.

Три пары глаз растерянно посмотрели на него. Даже Джулия, ещё мгновение назад готовая вцепиться в белокурые патлы, вперилась в него неподдельно восхищённым взглядом.

— Прошу прощения, госпожа Лагвури, за это некрасивую сцену, — он подцепил её руку и сжал в своей горячей ладони. — Надеюсь, вы не примете близко к сердцу слова человека, который понятия не имеет, в каких отношениях вы состоите с шефом.

Он как-то по-доброму, можно сказать, даже по-родственному тепло заглянул ей в глаза, развернулся и пошёл в сторону припаркованной машины. Сконфуженная и побледневшая Бьянка засеменила вслед за ним.

========== Семнадцатая глава ==========

Ели они в тишине. Каждая думала о чём-то своём, не спеша делиться переживаниями. Оно и понятно. В последнее время у них у обеих в головах поселились мысли, в сам факт существования которых не хотелось верить. Что уж говорить об откровенности перед другим человеком? И первой не выдержала этого гнетущего молчания Аннель:

— Не хочешь рассказать, что между вами приходит? — откровенно спросила она, отодвигая пустую тарелку.

— Ровным счётом — ничего.

— Это фразочка из моего арсенала, ты обычно иначе реагируешь на вопросы о своих ухажёрах. Или он больше не ухаживает за тобой? Чего это он на Бьянку переключился?

— Обычное дело для малолетки, — подчёркнуто равнодушно отмахнулась Джулия. В этой черте характера они были похожи: чем сильнее их что-то эмоционально ранило, тем активнее прикидывались безразличными. — Поэтому я с детишками и не связываюсь. Никаких гарантий и конкретики. Да и вкусы у него… у мальчика явно спермотоксикоз: бросается на всех, у кого есть сиськи и письки. Да она ему в матери годится! Уже вся рожа в морщинах. Но этот придурок-то на рожу и не смотрит, главное — сиськи и писька.

— Бьянка старше тебя всего лишь на пять лет. И сыну её двенадцать, а не двадцать.

— Вот именно. Ей всего-то за тридцатник стукнуло, а она уже себя так запустила. Что с глазами этого идиота?

— Джулс… ты что ли?.. — Аннель поражённо прикрыла рот ладонью.

— Нет! — рявкнула она так, что несколько посетителей в кафе покосилось в их сторону. — Ничего подобного!..

Джулия принялась с остервенением ломать вилкой несчастный кусок яблочного пирога из цельнозерновой муки. Он и без того выглядел не слишком аппетитно, а, превратившись в однородную буровато серую массу, окончательно растерял съедобный вид.

— Прости, — дотянувшись до сжатого кулака подруги, она накрыла его ладонью, — неудачная шутка.

— Я не западу больше ни на одного мужика, до конца своей жизни. Усекла?

— Знаю. Будешь любить до конца своих дней исключительно меня.

— Именно!

Кулак разжался, и они переплели пальцы в замок. Со стороны их могли принять за повздоривших и теперь померившихся любовниц. Пожилая женщина, сидящая за соседнем столиком, видимо именно в таком ключе о них и подумала. Презрительно скривила тонкие усохшие губы и отвернулась, звякнув большими металлическими серёжками в обвисших мочках ушей.

— И вообще, тебе не показалось странным, его поведение? — изумрудные глаза сощурились и устаивались на неё, как на преступницу. — Ему было глубоко наплевать, что и как говорили о его подружке. Но стоило ей зашипеть в твою сторону, как Ланц весь прям встрепенулся и зарычал.

— Наверное, хочет перед шефом выслужиться, — задумчиво предположила Аннель. — Сейчас вокруг меня довольно специфические слухи ходят. А он далеко не дурак.

— Нет, так не смотрят на тех, при помощи кого хотят закрепиться на должности.

— Господи, ты же не думаешь, что он запал на меня?

— Нет, конечно, — фыркнула Джулия, сверкнув кривой улыбкой. — Там что-то совсем другое. Сексуальный интерес Ланц проявляет более очевидными вещами — не ходит вокруг да около. Твою же лапку он сжимал с нежностью… дедули?

— Жест, конечно, для него нетипичный, но… дедуля? Ты слишком сурова!

— Ты говоришь, что