Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

- Гарта, ну я серьезно, - добавил он умоляющих интонаций в голос. - Я за все сто девятнадцать лет из столицы ни разу не выезжал...

- Такими темпами нам и в этот раз не удастся это сделать, - невольно фыркнула я, замечая, что мы до сих пор так и не тронулись с места. Дурацкая ситуация. Вроде взрослый мужчина, а ведет себя как волчонок. То есть подросток. - Слышал, что сказала Кайа? Ты - мой стратегический запас на случай, если кончится еда. Поэтому не вынуждая меня скалить зубы. Двигай к Южному шоссе, а я пока посплю.

Спалось плохо. Зря я вообще это затеяла. Надо было бодрствовать, пока сама не отключусь. С тяжелым вздохом-стоном я потерла лицо, выныривая из липкой паутины очередного кошмара.

Мне снова снился эльфийский Лес, стелющийся по траве и кустам плотный туман, жуткий вой, взрывающий ушные перепонки... Оглушительный треск арбалетный тетивы и оскаленная пасть, смыкающаяся на моей руке, потому что Кайа промахнулась... Слишком страшная картинка схлопывается, и я снова крадусь, на этот раз в волчьей ипостаси, по тем же кустам. Они смыкают свои корявые пальцы веток на моей шерсти, дергают за хвост, норовят стреножить... И вот уже мои челюсти смыкаются на горле взбесившегося оборотня, и кровь собрата заливает нос и глаза... Я чувствую, что начинаю захлебываться, не в силах разжать зубы.

От очередного такого реалистичного ощущения чужой смерти, как своей, я и проснулась. По-хорошему, после случившегося в Туманной Роще надо было взять хотя бы неделю отпуска, прорыдать все потери, оплакивая каждую оборванную моими руками жизнь. Но судьба внесла коррективы. Действовать нужно безотлагательно, чтобы спасти хотя бы этого оборотня. Шеф сделал мне подарок, позволив взять это задание. И я прекрасно понимала, что отправить со мной кого-то еще, было очень правильным решением, но...

- Слушай, тебе не кажется, что здесь душно? Может что-нибудь откроем? - он кивнул на люк и окна.

- Давай, - согласилась я. - Ты открывай окна, а я - коньяк.

В кармане водительского сиденья я нащупала дежурную фляжку и отпила прямо из горлышка.

- Получается, ключ к твоему сердцу - штопор? - хохотнул он, приоткрывая и свое, и мое до половины.

- Поумничай еще, - криво усмехнулась я, вгрызаясь в плитку шоколада, найденную в бардачке. Пока ее доставала, пальцы нащупали родовой знак ИрлХаллека и отдернулись, будто ожегшись. Не сейчас. Только не после этого неконтролируемого ужаса, граничащего с помешательством. Чуть позже. Я сделала еще глоток. Темный делал вид, что смотрит на дорогу, но я снова почувствовала все тот же изучающий взгляд, что и около Академии. - Как ты это делаешь?

Почему бы не спросить прямо? Иногда это самый простой способ получить ответ на мучающий тебя вопрос.

- Что именно? - мужчина недоуменно повернулся ко мне.

- Я чувствую твой взгляд, независимо от поворота твоей головы, - пояснила я, снова принимая допинг. - Мне интересно, как ты это делаешь... через пару километров будет съезд в поля, нам туда...

- Хм, - Мариам приподнял бровь. - Ты первая, кто почувствовал.

- Раз тебе все равно, поверни голову в сторону дороги, - попросила я. - Мне так спокойнее за свою шкуру.

Он пожал плечами и сбросил скорость, чтобы не пропустить поворот.

- Способность видеть вокруг себя досталась мне от отца. Огастуса Крикерли, может слышала, один из сильнейших темных магов времен войны с Перерожденцами...

Я невольно оскалилась, сжимая в трансформировавшейся ладони флягу. Так вот оно что! Глухой, предупреждающий рык вырвался из изменившегося горла. Я мгновенно вспомнила и фамилию, и все остальное.

- Э-эй, - не на шутку заволновался парень. - Гарта! Ты ч-ч-чего?!..

- Ничего, - буркнула я, с трудом беря себя в руки и отворачиваясь. Ну, спасибо, ребята! Только этого отпрыска ненавистного ублюдка мне и не хватало в попутчиках! К счастью, стенки фляжки не сдались под моими когтями, и я сделала еще один глоток. - Как бы тебе объяснить, малыш...

Я слегка замешкалась. Стоит ли вообще об этом говорить? О том, что темный гаденыш устраивал расправы в наших общинах и о том, что у меня были к нему личные счеты. Мариам родился сильно после войны и вряд ли даже подозревал о папкиных похождениях. Он продолжал недоуменно коситься на меня, сворачивая в поля, и сейчас от него отчетливо пахло страхом. Страхом существа, пытающегося понять, сильно ли голоден волк, глядящий на него из кустов. Я резко выдохнула. Стоп, Гарта. Так нельзя. Хотя бы потому, что парню еще везти тебя и везти, а потом и спину твою прикрывать. К тому же Вит не одобряет стереотипного мышления. Я сделала еще один глубокий вдох.

- Видишь ли, я сильно старше тебя, - медленно начала я. - Настолько сильно, что мне довелось встретиться с твоим отцом на узкой тропинке, аккурат двести лет назад... И только благодаря тому, что я очень хорошо себя контролирую, твоя голова пока еще составляет с туловищем одно целое.

- Да он мне и самому не слишком-то нравился, - обезоруживающе улыбнулся темный, прибавляя скорость. - И хорошо сделал тот, кто упокоил старого г...ка.

- Какие у вас нежные отношения... были, - пробормотала я, окончательно успокаиваясь. Прохладный ночной воздух щекотал коротко стриженную макушку и остужал горящие щеки и уши. Вспышка безосновательного гнева миновала, хотя и признаваться, кто приложил руку к кончине проклятого темного все же не стоило. Именно после этого случая магистр Гроттернбергский обратил внимание на молчаливую аспирантку Кайю Эрихто́.

- Не то слово! - улыбнулся Крикерли-младший. - Пока у меня не проявилась Тьма, он был уверен, что я не его сын!

"Серьезно? - мысленно хмыкнула я. - У черноволосого, худощавого, темноглазого мерзавца могли появиться сомнения при виде такого дитя? Да ну что вы! Я, конечно, твою маменьку не видела, но даже у меня возникло к ней очень много вопросов". Которые, впрочем, имели целью уточнить, как она умудрилась загулять от такого мужа. Но вместо этой длинной тирады, я просто приподняла бровь.

- Гарта, не смотри на меня так, - видимо, поняв ход моих мыслей, расхохотался он. - Я просто похож на деда по материнской линии!

К своему удивлению, я тихо рассмеялась. Душевная боль, сковывавшая меня все эти дни, совершенно непостижимым образом уменьшалась, растворяясь в незатейливых шуточках и намеках рыжего темного. Зверь-Прародитель,