Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Где это я? – удивлённо промолвила она, разглядывая незнакомую спальню.

Память услужливо подсказала последние события, произошедшие с ней. Она отчётливо вспомнила, как могучее тело лорда Менхельского было схвачено жуткими щупальцами разбушевавшихся Теней. Как лорд яростно сопротивлялся, и его меч, сверкая в тусклом свете, отражал атаки. Тени не оставляли попыток поглотить его.

В какой-то момент Люсия подумала, что всё кончено. Ей суждено погибнуть тут, возле разрушенного поместья, так похожего на то, что принадлежало её роду. Девушка уже почти смирилась с судьбой, когда вдруг неожиданно Менхельский вырвался из цепких лап Теней, и, подхватив девушку, бросился прочь.

Сердце Люсии забилось быстрее. Она почувствовала его силу, и слабый лучик надежды затрепетал в её груди. Прижавшись к нему всем телом, девушка закрыла глаза, отдаваясь на волю случая. Сознание её подвело, и она провалилась в заветную темноту.

Вернувшись из воспоминаний, Люсия вновь обвела взглядом комнату, отмечая её сдержанный стиль. Вся мебель стояла на своих местах, и нельзя было ничего добавить или убрать из неё. Каждая мелочь создавала общую гармонию: строгие линии стола, мягкие изгибы кресел, аккуратно расставленные книги на полках.

Ледяной пол холодил босые ступни девушки, но она уже давно к этому привыкла. Мягко ступая по благородному мрамору, она подошла к окну, отодвинув тяжёлую ткань. Её взору предстала белоснежная равнина, что раскинулась под ярким зимним солнцем за пределами старинного замка. Каждый сантиметр этой безмятежной поверхности искрился, отражая солнечные лучи, создавая волшебную атмосферу.

— Где это я? – повторила она свой вопрос, ошарашенно глядя на зимний пейзаж.

Вместо ответа в комнату постучали. Девушка испуганно дёрнулась, запрыгивая на кровать и прячась под одеяло. Стук повторился. Затем дверь в комнату медленно открылась, и Люсия услышала чьи-то тяжёлые шаги.

— Прошу прощенья, – раздался грубый мужской голос.

Девушка интуитивно распространила вокруг себя эманацию уныния. Обычно, испытав на себе такую ауру, любой человек стремился покинуть общество Люсии, даже не понимая, что именно его могло смутить. Однако вошедший возмутился:

— Полно вам, Люсия. На меня ваши чары не действуют, – с досадой произнёс гость, и девушка тут же поняла, кому принадлежит этот голос.

Люсия высунула из-под одеяла свой точёный носик и вопросительно уставилась на лорда Менхельского. Девушка не заметила, что часть одеяла была откинута, и стройная ножка, обнажённая до колена, выглядела особенно соблазнительно на фоне белоснежных простыней. На мгновение в глазах мужчины блеснула похоть. Стараясь усмирить возбуждённую плоть, лорд схватил со стула приготовленный для Люсии халат, и небрежно бросил его на кровать, прикрывая объект желаний.

— Так как вы уже пропустили и завтрак, и обед, я бы хотел пригласить вас на ужин, – произнёс лорд, и в его голосе девушка почувствовала раздражение.

«Странно. Когда это я успела его разозлить? Или он так реагирует на мой дар?» – думала Люсия, но в ответ она лишь удивлённо спросила:

— Сколько я уже здесь нахожусь?

— Не в моих правилах следить за гостями, – соврал Менхельский, – так что, точного времени я вам не скажу. Кажется, около двух дней.

На самом деле он с нетерпением ждал, когда девушка проснётся, осторожно заглядывая в комнату каждые два часа. Менхельский и сам не мог понять собственного поведения. Зачем, спрашивается, он притащил её в своё поместье? Он, спокойно мог оставить Люсию на растерзание Теням. Однако с того момента, как девушка протянула ему свою руку, он и увидел в её глазах надежду, все его мысли были только о ней.

Он никогда не видел, чтобы на него так смотрели. Ненависть, алчность, похоть, страсть, а больше всего страх. Вот что видел он, когда смотрел на собственное отражение в глазах людей. Но не надежду! Люсия поверила ему, и сама, без сомнений, вверила ему свою жизнь.

Два дня тому назад, он ворвался в свой дом, с Люсией на руках, требуя немедленно вызвать врача. Девушка была без сознания. Её тело было покрыто множественными ранами, которые в будущем, даже если она сможет выжить, останутся уродливыми шрамами на её нежной коже.

Старый лекарь сделал всё, что было в его силах, пообещав Менхельскому, что через два дня она придёт в себя. Однако все сроки подходили к концу, а девушка так и не вышла из своей спальни. Постепенно беспокойство начало терзать его сердце, и он, набравшись решимости, зашёл в её комнату.

Люсия лежала на кровати, укрытая тонким одеялом. Её лицо было бледным, а губы чуть приоткрыты, словно она пыталась что-то сказать. Лорд улыбнулся, поняв, что девушка разговаривает во сне. В желание узнать её сокровенные мысли, он склонился над лицом Люсии, внимательно вслушиваясь в бессвязное бормотание.

— Где ты, Бэл? Вернись ко мне! – прошептала девушка, но для Менхельского эти слова прогремели как гром среди ясного неба.

В ту же секунду он вылетел из комнаты, готовый разорвать любого, кто встанет на его пути. Мысли путались в его голове, но он уже решил, что не отдаст Люсию никому.

Сейчас он уже усмирил свои эмоции. Внутренний шторм утих, и на его лице вновь легла непроницаемая маска. Он был самим собой — спокойным, властным и несокрушимым. Взгляд лорда стал ясным и проницательным, как будто он мог видеть сквозь людей и ситуации, предугадывая каждый шаг.

— Хорошо, – сказала Люсия, выдернув Менхельского из его мыслей, – я составлю вам компанию, как только вы покинете комнату, и я смогу одеться.

Он в недоумении уставился на девушку. О чём это она? Однако оглянувшись по сторонам, он понял, что всё ещё стоит в комнате Люсии. Лорд кивнул девушке в знак согласия и быстрым шагом вышел из спальни.

— Можно подавать ужин, – отдал он приказ слуге, ожидавшего его в коридоре.

⃰ ⃰ ⃰

Люсия внимательно вглядывалась в зеркало. В отражении на неё смотрела худая, уставшая девушка с тёмными кругами под глазами. «Боже, на кого я похожа?» – прикрыв лицо ладонью, спросила себя Люсия. Она бы сейчас всё отдала, лишь бы оказаться дома, а не ужинать с этим ужасным человеком.

Каждый раз, когда она думала о лорде Менхельском, в её сердце разгоралось пламя ненависти. Он был символом всего, что она презирала: высокомерия, жестокости и безразличия к страданиям других. Как же она могла оказаться в такой ситуации?

Девушка глубоко вздохнула, стараясь успокоить сбившееся дыхание. «Не поддавайся его манипуляциям», – шептала она себе, но уверенности в этом не было. В её голове крутились образы: его холодный взгляд, самодовольная